Возле меня приземлился легат Никос. Я лишь краем глаза отметил, что он в обычной одежде, с кровоточащей раной на руке. Не обращая внимания на повреждение, он присоединил свои атаки к нашим. В отдалении вместе с Райасом била врагов Делия. Прореху закрыли, и она вернулась под защиту стен. Постепенно к нам присоединялось всё больше солдат. Все выглядели неважно, переживали последствия отравления, но без раздумий принимались за защиту города.

Так общими усилиями мы уничтожили всех монстров. Я скомандовал перегруппировку и приблизился к легату. Так как он был ранен, лишь сжал его плечо рукой, выражая свою искреннюю признательность и благодарность.

— Никос, не знаю, как благодарить вас.

— Не стоит, это мой долг, — он просто качнул головой.

— И, видимо, судьба, — усмехнулся я. — А я недоумевал, почему император назвал вас особо важным гостем и велел принять со всем возможным гостеприимством.

— Похоже, чтобы мы с вашего разрешения пропустили ужин и избежали отравления, — кивнул он, с тревогой приглядевшись к подошедшей к нему супруге.

Подвенечное платье Делии порвалось и испачкалось, но, к счастью, сама девушка была невредима.

— Но теперь хоть понятно, почему нас отправили именно сюда, — отозвался он.

Выходит, он не знал причин перевода в наш городок.

— Судя по всему, чтобы нас спасти, — я вновь стиснул его плечо рукой и указал ему на лестницу. — Вы ранены, возможно, отравлены. Идите вниз к Рени. Она ведьма крови, сможет спасти даже от отравления мглой.

Надеюсь, она собралась и в состоянии помочь нашему спасителю.

— Я прослежу, — Делия потянула супруга за собой.

Я остался на крепостной стене в окружении солдат.

Пусть спасение мира предсказано императрицей-ведьмой Валери Грамон, она же направляет действия всех союзных стран. Выходит, потому Итан и назвал Никоса почётным гостем, изначально знал, что он станет важной фигурой в защите городка.

Но неужели великая предсказательница не могла увидеть, чем закончится эта миссия для несчастной Рени? Почему не спасла? Или посчитала её жизнь слишком ничтожной? Но ведь в ковене наверняка много других, более взрослых и собранных ведьм, а отправили молодую и совершенно неопытную Рени. Совпадение ли это или тоже происки императрицы? Впрочем, даже если спрошу, ответа не получу. Мне остаётся только жить с последствиями, искать врага и пытаться замолить вину перед Рени.

/Ведьма/

— Рени, держи-ка, надень, — ко мне подошёл Эйвери и всучил свой мундир.

— Что? Для чего? — уточнила я, подтягивая порванный рукав платья к плечу.

Внутренне меня трясло. И пусть я убрала боль в теле, но не могла избавиться от саднящего ощущения между ног. Отсутствие белья не позволяло собраться. Я чувствовала себя донельзя растерянной и жалкой.

— Ты дрожишь, твоё платье порвано и… следы на твоей шее. Их могут увидеть.

Эйвери забрал у меня мундир и сам накинул его мне на плечи.

— Какие следы? — опешила я, нервно проведя рукой по шее.

— Такие следы, — пробормотал он, склоняясь к моей макушке, но я отшатнулась, испугавшись прикосновений. Перед глазами на миг вновь встал возвышающийся надо мной монстр. — Засосы, — шепнул он, нахмурившись в недоумении.

— Что? Что это такое?

Я абсолютно не понимала, о чём он говорит, но решила послушаться: вдела руки в рукава мундира и принялась застёгивать пуговицы.

— Когда сильно втягиваешь кожу в рот или грубо целуешь, появляются такие следы, — пояснил он, хлестнув меня злым взглядом.

Дыхание сбилось. Я сжалась, повернувшись к нему боком.

— Это не то. Это не засосы, — проскрипела я, а слёзы наворачивались на глаза.

Ещё немного — и разревусь. А нельзя: столб в опасности, многим нужна помощь. И если увидят меня в слезах, придётся объяснять своё поведение. Но как рассказать о случившемся, как признаться в подобном? Снова пережить это, хоть и на словах? Столкнуться с сотней реакций? Как потом продолжить здесь работу?

— Всё в порядке, Рени, в порядке. — Эйвери подёргал рукав мундира, чтобы привести меня в чувства. — Ты свободная девушка, сейчас большинству не до твоих… ран. Просто лучше спрятать. Да и замёрзла ты, — он чуть растерянно растрепал пепельные волосы.

— Спасибо, — гулко выдохнув, прошептала я.

— И я ревную, — признался он. — Завидую ему.

— Это не то…

Меня снова затрясло от воспоминаний. Разве можно завидовать такому? Но Эйвери просто не знает всего. Пусть и дальше это остаётся тайной.

— Мисс Санглер, — позвал жнец Сеймур, и его голос прошёлся словно наждачной бумагой по коже.

Я поёжилась, ощущая почти животный страх. Даже не знаю, где нашла силы взглянуть на него.

Он застегнул рубашку под горло, заправил её в штаны. Чуть отросшие волосы торчали в разные стороны. На измождённом лице застыло нечитаемое выражение.

— Да, жнец Сеймур?

Мой голос напоминал испуганный писк.

— Я провожу вас наверх, по пути поговорим, — сообщил он, указав мне в сторону крепости.

Меньше всего я желала бы оставаться с ним наедине. Всё внутри противилось его предложению. Но иных причин отказаться, кроме моего страха, и не было. Впрочем, ответить мне не удалось. Я нашла в себе силы только на слабый кивок.

— Потом вернёшь, — махнул рукой Фостер на мою попытку снять мундир. — Отдыхай, ведьмочка, на тебе лица нет.

Вымученно улыбнувшись мне, он двинулся прочь. Пусть и занимался разведкой, но у него наверняка тоже много дел в связи со случившимся.

А жнец Сеймур ждал, поэтому я приблизилась к нему, и мы двинулись в сторону здания.

— Вы помните что-нибудь подозрительное, мисс Санглер? — сухим тоном спросил он, окружая нас сферой безмолвия.

Теперь никто не сможет услышать наш разговор.

— Подозрительное? — растерялась я.

Думала, он намерен обсудить случившееся между нами, но, похоже, тряслась от ужаса и не могла успокоиться только я, а он, как всегда, был сама невозмутимость. Возможно, для мужчины и вовсе не произошло ничего ужасного.

— Да. Пока обстоятельства выясняются, но, судя по всему, все солдаты и дежурные получили порцию снотворного во время ужина. Только мы с вами выбиваемся из общей схемы. И это логично: меня отвлекли, чтобы я не организовал солдат к обороне, а вас — во избежание усиления защиты столба, — ответил он всё таким же ровным тоном. Мы вошли в здание и зашагали по тёмному в это время дня коридору. — Сегодня я ни с кем не сталкивался, большую часть дня провёл в кабинете. Странности начались под вечер, перед приходом Келли с отчётом. Его я ещё допрошу, но мои воспоминания отрывочны. Возможно, вы что-нибудь помните?

— Что значит, воспоминания отрывочны? — пролепетала я.

— Я не помню момента вашего прихода в кабинет, очнулся только… когда всё закончилось.

— Что⁈ — я задохнулась от нахлынувшей на меня обиды.

— У вас не так? — напряжённо спросил он.

— Я помню всё!

— Мне жаль, — прочистив горло, отозвался он. — Но сейчас мы говорим не о нас. Я обязан найти злоумышленника. Проще всего это сделать по горячим следам. Нужно понять, как он действовал.

Колкий ком горя встал поперёк горла, лишая меня дыхания. Глаза застлала пелена слёз.

— Мисс Санглер… — заговорил Сеймур.

— Нет, я не помню ничего подозрительного, — прохрипела я, отворачиваясь от него, и спешно стёрла пробежавшие по щекам слёзы. — Келли сказал, вы меня вызвали. Я решила не откладывать и отправилась к вам. Вы стояли возле стола, покачивались, не реагировали на мои слова и… просьбы.

— А днём? Общались ли вы с кем-то неожиданным, с кем обычно не контактируете? Может, анонимный подарок?

— Нет, день как день. Ко мне заходили подруги, Эйвери с букетом, как всегда, Райас просил средство от отравлений для него и сестры.

— Средство от отравлений? — насторожился он.

— Да, я готовлю его почти с первого дня их появления. Они тяжело переносят местную пищу. Я и сама его сегодня выпила.

— А вы для чего?

— Вы и меня подозреваете? — я резко остановилась и обратила к его бесстрастному лицу изумлённый взгляд.