— Вы же знаете, асатру могут порабощать разум. В такой ситуации я обязан проявлять недоверие ко всему.

— Но вы же меня… Я… я пострадала!

— Я видел, как солдаты вредят себе, чтобы не идти в бой, — ответил он похолодевшим тоном. — Для чего вы выпили это зелье?

Похоже, я права, и для него произошедшее — просто интриги врагов, которых срочно нужно схватить.

— Эйвери сказал: Алла планировала десерт с яблоками на ужин. Я бы не смогла отказать подруге, она же старалась, но мой желудок плохо реагирует на яблоки. Только поэтому я выпила зелье.

— Возможно, потому дурман не подействовал на вас в полной мере.

— О чём вы?

— У нас обоих сильная защита, в том числе от ядов и дурманов. Значит, воздействовали несколькими средствами и на разных уровнях. Подозреваю, мне досталась доза возбуждающего. Думаю, его бы применили и на вас, чтобы дольше держать нас в беспамятстве, но…

— Я выпила зелье, — произнесла вмиг осипшим голосом.

Дрожь прошила тело, и я пошатнулась на ослабших ногах. Сеймур поддержал меня, но стало только хуже. Сознанием овладел ужас. Я отпрянула от мужчины, споткнулась и опёрлась на стену, чтобы не упасть.

— Хотите сказать, если бы не зелье, я бы, как и вы, ничего не запомнила? — спросила плаксивым голосом.

— Я этого не знаю, мисс Санглер, но обязательно выясню все детали и найду злоумышленника. Он ответит за то, что сделал. Обещаю вам.

Только мне было плевать на преступника и детали. Ведь прошлого не изменить. Самое ужасное уже произошло. И я не знаю, как с этим жить.

— Мне правда жаль, мисс Санглер.

Впервые с начала этого сложного разговора голос Сеймура дрогнул.

— Что мне от ваших сожалений? — спросила я расстроенно. — Если они, конечно, есть. Вам будто всё равно, — обвинила его, поддавшись переполняющей душу безысходности.

— Это не так, — возразил он хрипло. — Но мои чувства не имеют значения. Особенно сейчас, когда нужно вести расследование. Если вражеский лазутчик сумел проникнуть в город, его необходимо найти до того, как он совершит следующий удар.

— Но я же установила на каждого защиту сигм. Разум каждого в городе закрыт от вселения.

— Враги могли найти способ. В любом случае нужно разобраться. Для начала хотелось бы выяснить, чем на меня воздействовали, и найти способ защиты от этой мерзости, — процедил он сердито, и я сделала ещё шаг от него, с трудом подавляя желание сбежать.

Если раньше он лишь настораживал своей холодностью, то теперь мне виделось в нём чудовище. Бездушное, жестокое, равнодушное к своим злодеяниям.

— Вы сможете взять у меня кровь для анализа? — уточнил он.

— К-конечно.

— Тогда по пути зайдём в вашу лабораторию, — заключил он, жестом предлагая мне продолжить путь.

Мне пришлось подчиниться. По пути Сеймур продолжил расспросы в попытках вытянуть нечто, выпущенное мной из вида.

— Знаю, это неприятный вопрос, но почему вы не сопротивлялись? — спросил он, когда мы вошли в мою лабораторию.

— Я не могла, — пояснила я, обняв плечи руками. — Мной владела ужасная слабость. Мне еле удавалось выдавливать из себя просьбы и крики.

— Понятно. — Сеймур сердито поджал челюсть. На его щеках заходили желваки. — Тогда возьмите кровь и у себя. На вас тоже воздействовали.

Кивнув, я принялась готовить необходимое. В первую очередь набрала в мензурку свою кровь, погрузила её в стазис, но, когда наступил момент провести те же манипуляции с Сеймуром, меня затрясло. Я поняла, что не в состоянии к нему прикоснуться. Потому игла вылетела из моей руки, стоило ему приблизиться.

— Я сам, — вздохнул он, взял новую иглу, воткнул её себе в вену и направил трубку в мензурку.

Даже не поморщился, когда проткнул кожу. Будто и вовсе не живой.

Как только мы завершили эти манипуляции, Сеймур опечатал лабораторию и проводил меня до моей комнаты. Но снова не ушёл, попросился внутрь. Я смогла лишь открыть ему дверь и пропустить его вперёд. От мысли вновь остаться с ним наедине в одном помещении страх сковывал тело. Подняться-то с ним в башню удалось ценой титанических усилий.

Сеймур не стал комментировать моё поведение, проверил мои комнаты и вышел в коридор.

— Лучше запритесь, установите защиту и отдохните, мисс Санглер. Вы… пострадали серьёзнее всех. Мне отправить к вам целителя?

— Нет! Не надо! — воскликнула я испуганно. — Тогда же все узнают. Я не хочу…

— Я не контролировал себя, наверняка навредил вам… — начал пояснять он.

— Нет, я сама! — перебила я его.

— Хорошо, — кивнул он, мимолётно поджав губы, словно в недовольстве.

Может, он винит меня? Считает слабой для этой миссии, неспособной справиться с эмоциями? Он-то сам собрался почти мгновенно, когда меня до сих пор трясёт и возвращает мыслями в те пугающие события.

— Отдыхайте, мисс Санглер. И свяжитесь со мной, если что-то вспомните.

Жнец Сеймур принялся спускаться по лестнице. Несколько мгновений я провожала взглядом его прямую спину, после чего шмыгнула к себе. Сразу заперла дверь, набросила на неё и окно защиту сигм и нервно прошла в ванную комнату.

В зеркале показалась бледная встрёпанная девушка, в которой мне не сразу удалось узнать себя. Кожа стала прозрачнее, проявился рисунок вен. А на шее, как Эйвери и говорил, алело несколько пятен. Засосов. Я провела по ним подрагивающими пальцами, потом снова, словно пытаясь стереть, убрать оставленный Сеймуром след со своей кожи.

«Рени», — пронёсся в мыслях его полустон-полурык, и тело содрогнулось во всхлипе.

Дрожа на каждом шагу, я пробежала к ванне, врубила на полную набираться воду и принялась сдирать с себя одежду. А в мыслях снова оживали леденящие душу мгновения пытки. Алчные прикосновения, хриплые вздохи, болезненные толчки, горящий взгляд чудовища надо мной и мои жалкие просьбы о пощаде.

Меня продолжало бить дрожью. Я сбросила с себя остатки одежды и замерла, рассматривая бурые разводы на внутренней стороне бедра. По щекам потоком хлынули слёзы. Рыдания вырвались из глотки, разрезая безмолвие комнаты. Кое-как забравшись в ванную, я окропила шею и грудь водой, провела по пылающей коже руками, словно пытаясь стереть след чужих прикосновений. А всхлипы продолжали срываться с губ, слёзы не кончались. Душа металась в агонии, билась, разлетаясь в лоскуты. И я не представляла, как смогу вновь собрать её воедино. Хотя бы один кусочек да затеряется.

Наверное, прошло несколько часов в единении с родной стихией, прежде чем мне удалось выбраться из ванны и добраться до кровати. Раны зажили, боль отступила, но душа по-прежнему плакала. Слёзы не заканчивались. Поэтому я выпила успокоительное и закуталась в одеяло.

Сон вскоре пришёл, только и он не принёс успокоения, потому что в ночных образах меня преследовал монстр. Я бежала, неслась среди ночного леса, а он нагонял, отрывал от меня плоть острыми когтями и снова отставал, чтобы продолжить свою кровавую охоту.

Разбудил меня стук в дверь. С трудом разлепив опухшие веки, я выбралась из кровати и отправилась открывать. В коридоре ждал жнец Сеймур. В чёрной форме, с отведёнными назад волосами и тенями на суровом лице. На миг почудилось, что вновь ожил мой кошмар, и я задохнулась, невольно отступив вглубь помещения.

— Мисс Санглер? — нахмурился он. — Вы… как вы?

Наверное, хотел спросить, в порядке ли я. Но и так понятно, что нет.

— Плохо спала. Уже… сколько времени?

— Почти полдень. Я волновался, — ответил он всё тем же замораживающе невозмутимым тоном.

— Не похоже, — пробормотала я.

— Что? — нахмурился он.

— Я соберусь и спущусь, — сообщила я, проигнорировав его вопрос.

— Вам действительно лучше привести себя в порядок и показаться внизу. Потом жду вас в своём кабинете.

— Снова будете допрашивать? — предположила я.

— Расскажу вам о результатах расследования, потом… обсудим нашу ситуацию. — На мгновение он потемнел лицом, но вновь принял спокойный вид.

— Я… я пока не готова к этому разговору, жнец Сеймур.