— Неприятно. Но не удобно.

Вера отметила эту формулировку. Он не пытался понравиться ей любой ценой, хотя явно умел это делать. Кайрен сказал:

— Время.

Рейнар перевёл взгляд на него.

— До заседания два часа тринадцать минут.

— Я не об этом.

— Понял.

Командор повернулся к Лиану.

— Ваши сопровождающие останутся в гостевом секторе. Передвижение по кораблю только с эскортом.

— Вы по-прежнему умеете делать гостеприимство похожим на задержание, Касс.

— Практика.

Лиан улыбнулся Вере.

— До заседания, госпожа Арден.

Когда он ушёл, в помещении стало заметно тише. Вера перевела внимание на Кайрена.

— Вы действительно не любите его.

— Я предупреждал, что не обсуждаю симпатии.

— Вы не предупреждали. Вы отказывались обсуждать.

— Разница?

— Существенная.

Он сел за стол и открыл рабочую панель.

— Корв опасен.

— Потому что умеет разговаривать?

— Потому что редко говорит что-либо без второй цели.

— Вы тоже.

Кайрен поднял глаза.

— Поэтому я это замечаю.

Вера хотела ответить, но вместо этого увидела, как его левая рука на секунду замерла над панелью. Ранение опять напомнило о себе.

— Сайра говорила вам не работать стоя?

— Говорила многое.

— И вы, разумеется, всё проигнорировали.

— Не всё.

— Что именно выполнили?

— Сменил рубашку.

Вера неожиданно рассмеялась. Он смотрел на неё пару секунд, и в этой короткой паузе исчезли Совет, великие дома и серые юридические формулировки. Остались мужчина с плохо скрытым ранением и женщина, которая совсем недавно считала его главным подозреваемым в серии смертей. Потом Кайрен отвёл взгляд к экрану.

— Не доверяйте Корву.

— Я пока не доверяю никому.

— Разумно.

— Даже вам.

— Это я помню.

Почему-то последние слова прозвучали уже не как деловое согласие.

Кайрен дождался, пока дверь за Верой закроется, и только тогда позволил себе опереться ладонью о край стола. Рана под пластырем отозвалась тупой болью; Сайра была бы довольна хотя бы тем, что он её заметил.

— Если собираетесь приказать мне не пускать Корва к госпоже Арден, — произнёс Рейнар, не отрываясь от панели безопасности, — лучше сделать это сейчас. Через десять минут такой приказ будет выглядеть ещё менее профессионально.

Кайрен поднял на него глаза. В разговоре с любым другим офицером этой паузы хватило бы, чтобы тема исчезла. Рейнар лишь ждал.

— Я не собираюсь запрещать ей разговаривать с Корвом.

— Разумно.

— Ваше облегчение оскорбительно.

— Это не облегчение. Я фиксирую редкий случай, когда вы решили не управлять тем, чем способны управлять.

Кайрен хотел возразить и не стал. За последние двое суток Вера несколько раз заставила его заметить неприятную вещь: он слишком легко путал возможность принять решение с правом принять его за другого человека. В армии эта привычка спасала жизни. Рядом с ней начинала разрушать доверие быстрее любой прямой лжи.

Через несколько минут ему придётся объяснить ей, почему после смерти первой кандидатки он закрыл свой профиль и почему Совет всё равно продолжил расчёты. Он предпочёл бы предъявить доказательства, вычислить виновных и лишь потом говорить о собственных ошибках. Вера, как назло, считала обратную последовательность единственно честной.

— Корв вас раздражает не потому, что он опасен, — заметил Рейнар, отключая один из каналов.

— Касс.

— Принято. Не продолжаю.

— Отличное решение.

— Хотя факт от этого не меняется.

Кайрен медленно выпрямился. Он знал Лиана достаточно давно, чтобы понимать: тот использует лёгкость как оружие и редко входит в комнату без заранее рассчитанной цели. Но сейчас гораздо неприятнее было признать другое. Кайрен заметил не только политический интерес Корва к Вере. Он заметил, как свободно она с ним разговаривала, и ему это не понравилось. Это чувство не давало ему никаких прав.

Именно поэтому он собирался оставить его при себе.

— Подготовьте полную копию моей блокировки, — сказал Кайрен. — Без фильтров Совета.

— Вы расскажете ей всё? — спросил Рейнар, и впервые за разговор в его голосе не осталось и следа иронии.

— Всё, что относится к шести женщинам и моему профилю.

— Это правильное решение.

— Сегодня вы удивительно разговорчивы.

— Пользуюсь моментом. Он может не повториться.

Кайрен почти улыбнулся, но взгляд уже вернулся к закрытой двери. На заседании он мог спорить с Советом, домами и половиной правовой системы. Гораздо труднее было не делать самого привычного: не решать за Веру, какую правду ей полезно знать и когда она готова её услышать.

Чрезвычайное заседание началось точно по времени. Переговорный зал «Ауриги» был рассчитан на значительно большее число людей, чем сейчас находилось внутри. Вера сидела по одну сторону длинного стола, Кайрен — справа, Сайра — слева. Рейнар остался у стены рядом с панелью безопасности. Лиан расположился напротив вместе со своим юристом.

Остальные участники появились в объёмной связи: семь членов Совета, представители двух великих домов и руководитель Центрального генетического управления.

Вера раньше участвовала в технических слушаниях, где компании пытались объяснить аварии «непредвиденным поведением системы». Те заседания казались ей неприятными. Теперь она поняла, что просто не имела материала для сравнения.

— Госпожа Арден, — начал председатель Совета, мужчина с узким лицом и аккуратно уложенными седыми волосами, — мы понимаем, насколько необычным стало ваше положение.

— Хорошо. Тогда начните с отмены слова «субъект» в документе, который ограничивает мои права.

На дальнем экране кто-то слегка изменил позу.

— Формулировка имеет технический характер.

— Я специалист по системам. Технические формулировки особенно люблю. Эта позволяет ограничить моё перемещение и передать меня Генетическому управлению без моего согласия.

— Временно.

— Значит, похищение становится приемлемым, если указать срок?

Кайрен не вмешался, и Вера была ему за это благодарна. Председатель сложил руки.

— Никто не рассматривает вас как собственность.

— Тогда зафиксируйте это юридически.

— До получения дополнительной информации Совет не может исключить риски для генетической безопасности.

— Риски от кого?

— От вашего статуса.

— Вы не знаете, что он означает.

Молчание длилось меньше секунды, но оказалось достаточно красноречивым. Лиан откинулся на спинку кресла.

— Именно поэтому дом Корв оспаривает чрезвычайное постановление.

Представительница другого дома холодно заметила:

— Дом Корв оспаривает его, потому что не контролирует исследование.

— Это замечание было бы убедительнее, если бы ваш запрос не содержал предложения перевезти госпожу Арден на вашу родовую планету.

— Под гарантии безопасности.

— Разумеется.

— И вы называете это Советом?

— В хорошие дни бывает хуже, — тихо ответил он.

Председатель услышал.

— Регент Роу, напоминаю, что ваше положение в данном вопросе также требует рассмотрения. Шесть предыдущих кандидатов имели экстремально высокий индекс совместимости именно с вами. Седьмой субъект находится на вашем военном корабле.

— Госпожа Арден находится на моём корабле после двух попыток добраться до неё через скомпрометированные государственные системы.

— Что лишь усиливает необходимость независимой оценки.

Вера подняла руку. Несколько человек замолчали скорее от неожиданности, чем из уважения к жесту.

— Я правильно понимаю, что вся ваша юридическая конструкция держится на слове «совместимость»?

Председатель взглянул на руководителя Генетического управления.

— В значительной степени.

— Тогда покажите расчёт.

— Ваш?

— Мой с каждым претендующим домом. Вы ведь пытаетесь доказать, что категория № 0 имеет отношение к брачному праву.