— Хорошо.

Тимур открывает дверь и выходит из машины.

Я несколько секунд сижу, пытаясь перестроиться с разговора о поцелуях на обычное «пора домой».

Потом беру туфли, прихватываю с заднего сиденья жакет и тоже выбираюсь из машины.

Тимур к этому моменту уже закрыл водительскую дверь. Я думаю, что сейчас мы просто попрощаемся, но он обходит машину и направляется вместе со мной к подъезду.

— Ты куда? — спрашиваю я.

— Провожу.

— До подъезда двадцать метров.

— Ночь.

— Здесь двор.

— Я вижу.

Я поворачиваюсь к подъезду, и мы идём по тротуару.

Мы идём по тротуару. Фонари освещают дорожку, в окнах домов горит редкий свет. Возле детской площадки тихо качается пустая качеля.

Я несу туфли в руке.

После долгого вечера босиком идти значительно приятнее.

Тимур идёт рядом.

Молчит.

У подъезда я останавливаюсь.

Он тоже.

— Спасибо, что забрал.

— Не за что.

— И за честность.

— Пожалуйста.

Я поднимаю голову.

Опять эта разница в росте.

Опять тёмные глаза.

И теперь всё ощущается иначе, потому что я знаю: для Тимура наша игра уже перестала быть только игрой.

Я ему нравлюсь.

Тимур делает один медленный шаг ближе.

Я сразу напрягаюсь.

Он замечает и останавливается, оставляя между нами немного пространства.

— Если бы не твой третий пункт, — произносит он тихо, — я бы тебя сейчас поцеловал.

По коже проходит жар.

Я сжимаю пальцами ремешки туфель.

— Но он действует.

— Ты сказала, что да.

— Да.

Тимур смотрит на мои губы.

Долго.

Потом снова в глаза.

— Тогда спокойной ночи, Алина.

Он отступает, разворачивается и идёт к машине, а я ещё несколько секунд стою у двери подъезда, сжимая туфли в руке и глядя ему вслед.

Чёрная футболка, широкие плечи, спокойная походка.

Через несколько секунд Тимур открывает дверь автомобиля.

Я наконец захожу внутрь.

Лифт приезжает быстро.

Поднимаюсь на восьмой этаж.

Открываю квартиру.

Тихо.

Лера ещё едет с Русланом.

Я ставлю туфли в прихожей, бросаю жакет на банкетку у стены, прислоняюсь спиной к закрытой двери и несколько секунд просто стою.

Потом закрываю глаза.

Хуже всего было даже не то, что Тимур хотел меня поцеловать.

Хуже было другое.

Я тоже хотела.

Фонари освещают дорожку, в окнах домов горит редкий свет. Возле детской площадки тихо качается пустая качеля.

Глава 12

Глава 12

В четверг утром я просыпаюсь раньше будильника.

Первое, что вижу, — серый свет за шторами. Второе — телефон на тумбочке. Третье — сообщение от Тимура, отправленное в восемь двенадцать.

Доброе утро. Файл с презентацией отправил на почту. Посмотри, когда будет время.

Всё. Ни слова о вчерашнем разговоре, ни намёка на поцелуй, которого не было. Очень взрослое и разумное поведение. Почему тогда я лежу под одеялом и смотрю на сообщение дольше, чем требуется для прочтения трёх предложений?

Я переворачиваюсь на спину и закрываю глаза.

— Ты мне нравишься.

Господи. Мужчина мог выбрать любую другую фразу. Например: «Спокойной ночи». Идеально. Коротко. Полезно для нервной системы.

Вместо этого он сначала признался, что ревнует, потом сообщил, что я ему нравлюсь, а у подъезда спокойно добавил, что хотел меня поцеловать. И ушёл. Последнее вообще особенно возмутительно.

Я открываю глаза, снова беру телефон и печатаю:

Доброе. Увидела. После десяти посмотрю.

Ответ приходит через минуту.

Хорошо.

Я смотрю на это его любимое слово, невольно улыбаюсь, потом раздражаюсь на себя за эту улыбку и наконец выбираюсь из кровати.

Лера ещё спит. После девичника мы вернулись с разницей минут в двадцать, но она легла значительно позже меня, потому что Руслан уже после того, как уехал, позвонил ей и ещё сорок минут обсуждал то ли ресторан, то ли доставку цветов.

На кухне тихо. Я ставлю чайник, открываю окно и впускаю внутрь прохладный утренний воздух. Ночью прошёл небольшой дождь. Асфальт во дворе тёмный, с листьев на подоконник периодически падают капли, снизу доносится гул первого плотного потока машин.

Кофе помогает окончательно проснуться. К девяти я уже сижу за кухонным столом в домашней футболке и шортах, с собранными в небрежный пучок волосами и ноутбуком перед собой. Сначала закрываю свои рабочие задачи и только потом открываю письмо Тимура.

В теме коротко:

Презентация ЖК.

Внутри прикреплён исходный файл и ещё одно сообщение.

Платно. Я помню.

Я невольно улыбаюсь. Сам виноват. Раз сказал — получит нормальную профессиональную работу.

Следующие полтора часа я разбираю презентацию по страницам. Часть слайдов действительно нормальная, часть можно спасти небольшими правками, а несколько хочется закрыть и больше никогда не видеть. Я создаю отдельный документ с комментариями, отмечаю слабые места, прописываю предложения по визуалу, собираю три примера композиции для обложки.

В одиннадцать двадцать на кухне появляется Лера. На ней длинная белая футболка, волосы торчат в разные стороны, на лице выражение человека, который искренне не понимает, зачем человечество придумало утро.

Она открывает холодильник, замирает, смотрит внутрь, закрывает и снова открывает.

— Ты что ищешь? — спрашиваю я, не отрывая глаз от экрана.

— Счастье.

— Там сыр.

— Подойдёт.

Лера достаёт упаковку, садится напротив меня и только после этого замечает открытую презентацию.

— Работаешь?

— Да.

Она прищуривается.

— Это не твой проект.

— Пока нет.

— А чей?

Я молчу.

Лера медленно откусывает сыр прямо от куска.

— Алина.

— Не ешь так.

— Чей?

Я разворачиваю ноутбук чуть сильнее к себе.

— Тимура.

Подруга перестаёт жевать.

— Уже?

— Что «уже»?

— Ты ему работаешь.

— Я дизайнер. Он показал рекламную презентацию своей компании и спросил мнение.

— И ты решила бесплатно переделать половину?

— Не бесплатно.

Лера кладёт сыр на тарелку.

— О.

— Даже не начинай.

— Я вообще восхищена.

— Чем?

— Вы знакомы меньше недели, а у вас уже фиктивные отношения, семейные ужины и совместный бизнес.

Я медленно поднимаю голову.

— Совместного бизнеса у нас нет.

— Пока.

— Лера.

Она улыбается.

— Ладно. Молчу.

Молчит она секунд десять.

— Он тебя вчера поцеловал?

Я возвращаю взгляд к экрану.

— Нет.

— Ты его?

— Нет.

— Хотела?

Моя рука замирает над мышкой. За что я люблю близких подруг, так это за их удивительную способность задать вопрос, после которого внезапно хочется жить одной в лесу.

— Лер.

— Что? Я просто спросила.

— Хотела.

Она тихо ставит ладонь на стол.

— Так.

— Только не устраивай спектакль.

— Я сижу.

— Ты уже сияешь.

— Я счастлива за человечество.

— Человечество тут вообще ни при чём.

— Тимур тоже человек.

— Спорный вопрос.

Лера смеётся. Телефон рядом с ноутбуком вибрирует, на экране высвечивается имя Руслана. Она берёт трубку и, продолжая улыбаться мне, выходит из кухни.

Слава богу.

Я успеваю вернуться к работе и даже закончить ещё два слайда, когда Лера появляется в дверях снова. Теперь лицо у неё другое.

— Есть проблема.

Я сразу отрываюсь от ноутбука.

— Какая?

Она проходит к столу и кладёт телефон рядом со мной.

— Помнишь схему рассадки?

— Ещё бы.

— Её перепечатали.

— И?

— Нормально перепечатали. Руслан видел фотографию.

— Тогда где проблема?

Лера садится напротив.

— Типография сегодня работает до семи. Завтра они закрыты, поэтому схему нужно забрать сегодня.

Я смотрю на часы.

Половина первого.