Санни повернулся к сундуку и стиснул зубы. Мгновение спустя вокруг его руки снова появились искры света.

— Не думай, что все кончено!

Крышка сундука задрожала, а затем немного приподнялась. Существо явно напряглось, чтобы добиться даже этого.

Мгновение спустя из его глубин раздалось злорадное, ненавистное хихиканье.

…В этот самый момент Санни швырнул в сундук отполированный малиновый драгоценный камень, появившийся в его руке. Через долю секунды после того, как Нарушенная Клятва влетела в пасть мерзости, крышка захлопнулась, придавленная уничтожающей силой Сдавливания.

Изнутри сундука раздался приглушенный звук, но как бы сильно ни дрожала крышка, она больше не поднялась.

Санни упал на землю и засмеялся, затем застонал и заскулил, с трудом отползая на несколько метров и, наконец, застыв неподвижно за пределами разрушающей душу Нарушенной Клятвы.

Лежа там в полном изнеможении, не в силах больше двигаться, Санни усмехнулся.

— Кто теперь смеется? Попробуй проглотить это, ублюдок…

Искривленная Скала взмывала все выше и выше в небо, и в этот момент страшная сокрушительная сила обрушилась на двух живых существ, прижатых к ее поверхности, отделенных лишь десятком метров темного камня.

Большой адамантиновый сундук выглядел не слишком хорошо. Дерево медленно теряло свой цвет, на полосках металла, укреплявших его, виднелись большие пятна ржавчины. Создавалось впечатление, что существо поразила какая-то страшная болезнь. В каком-то смысле так оно и было… в конце концов, Нарушенная Клятва разрушала его душу понемногу.

Впрочем, Санни выглядел не намного лучше.

Он лежал на твердом камне и смотрел на безжалостное небо, с трудом переводя дыхание и терпя боль. Его доспехи пропитались кровью, а сломанная рука была плотно прижата к груди. Его лицо было смертельно бледным, почти такого же цвета, как высокая и величественная Башня Слоновой Кости, которая парила высоко над миром, окутанная белёсыми облаками.

Каждый вдох был пыткой.

Санни знал, что благодаря Плетению Крови он не умрет от кровотечения, но раны все равно требовали лечения. Особенно его сломанные кости требовали внимания. Однако это Сдавливание оказалось трагически долгим, не давая ему возможности сделать это.

Впрочем, это было неудивительно.

Единственная цепь, соединяющая Искривленную Скалу с остальными островами, была гораздо длиннее, чем у большинства других, а это означало, что маленький остров должен был подняться очень, очень высоко. Выше, чем Санни когда-либо был в этой странной и смертоносной земле.

Сдавливание не только продлится дольше, но и будет гораздо ужаснее, чем те несколько раз, что он пережил. Сейчас часы лишений, которые он пережил вместе с Мастером Роаном несколько дней назад, казались ему приятной прогулкой по парку.

Теперь же казалось, что его медленно раздавливают под тяжестью всех небес.

Санни был жив только потому, что ему больше не нужно было скрывать свои силы, и он мог использовать все свои способности без ограничений. В отличие от того дня, когда он встретил лихого всадника на грифоне, теперь обе тени плотно обхватывали его тело, увеличивая его устойчивость в три раза. По этой причине он еще не превратился в лужу кровавой жижи. Хотя, конечно, чувствовалось, что он уже близок к этому…

Если ситуация станет совсем невыносимой, он все еще мог скрыться в тени и либо переждать худшую часть Сдавливания, либо попытаться сбежать обратно на небесную цепь до того, как закончится его теневая сущность. Поскольку он все это время терпеливо циркулировал по спиралям Змея Души, через его ядра уже протекало значительное количество энергии.

Все это время он также ждал, пока проклятый сундучный демон наконец умрет, а также обдумывал, как переправить золотые монеты обратно в Святилище Ноктиса.

Поскольку выяснилось, что настоящим был только верхний слой груды сокровищ, у него появилось гораздо больше вариантов… однако все они требовали сжечь много эссенции, чтобы пробраться обратно через рой Цепных Червей. Проблема осложнялась тем, что Искаженная Скала скоро будет разрушена, а значит, он не мог рисковать, совершая несколько рейсов в Цитадель и обратно. Он должен был унести свои трофеи, пока остров еще был связан с остальными Скованными Островами.

По этой причине Санни старался пережить как можно дольше Сдавливания, прежде чем превратиться в тень.

…Он также не забывал о странной реакции своей интуиции на умирающий остров. Прежде чем бремя Сдавливания стало слишком непосильным, он послал одну из своих теней прочесать все вокруг в поисках того, что могло быть достаточно важным, чтобы повлиять на нити судьбы.

Однако на Искривленной Скале не было буквально ничего, кроме бесплодного камня и древних, почерневших костей. Тень исследовала каждый уголок этого жалкого места, но ничего не нашла.

Он даже послал ее взглянуть на нижнюю часть маленького островка, но она оказалась такой же пустой и безлюдной, как и все остальное.

Санни был очень озадачен таким поворотом событий. Он был уверен, что на Искривленной Скале нет ни одного места, которое бы он не обыскал. И все же на острове не было ничего, что могло бы вызвать такую сильную реакцию его интуиции. Что же происходит? Он что-то не заметил, или он изначально заблуждался на этот счет?

К сожалению, через некоторое время Сдавливание стало слишком страшным, чтобы он мог выдержать его без помощи второй тени, поэтому ему пришлось отозвать ее.

И вот теперь они были здесь.

Внезапный звук привлек внимание Санни. Посмотрев в сторону, он заметил, что на поверхности адамантинового сундука появилась трещина. Из нее просочилась черная кровь, которая вскоре превратилась в ручей. Через несколько секунд рядом с первой трещиной появилась вторая.

Он бы улыбнулся, если бы не тот факт, что даже такое простое действие было довольно напряженным сейчас, так высоко в Верхнем Небе.

«Осталось совсем недолго…»

Через несколько минут вокруг большого деревянного сундука образовалась лужа черной крови.

Санни терпел боль и считал секунды.

Прежде чем он досчитал до тысячи, мерзкое существо слегка вздрогнуло и хихикнуло в последний раз, его гнусавый голос был полон тоскливого негодования. Затем причудливое чудовище задрожало и стало абсолютно неподвижным.

Оно наконец-то умерло!

Санни не мог удержаться от легкой усмешки.

«Наконец-то… все эти монеты… мои!»

Когда небесная цепь загрохотала и застонала, над адским каменным островом раздался голос Заклинания. Его слова звучали как музыка для его ушей…

[Вы убили Падшего Дьявола, Язвительный Мимик.]

[Ваша тень становится сильнее.]

[…Вы получили Память.]

Несмотря на мучительное бремя Сдавливания, Санни не мог не испытывать ликования. Он не только получил восемь Фрагментов Теней и мощное Воспоминание, но и в одиночку победил Падшего Дьявола, даже без помощи Святой.

Черный Рыцарь тоже был Падшим Дьяволом. Поэтому убийство одного из них в одиночку много значило для Санни. Это была важная веха, которая помогла ему почувствовать, что вся его тяжелая работа и все мерзкие вещи, через которые он прошел, были не напрасны. Он достиг своей цели.

Становится сильнее.

…Конечно, Язвительный Мимик не был таким страшным противником в бою, каким был страж разрушенного собора. Один был существом, созданным, казалось, исключительно для боя, а другой для достижения победы полагался в основном на обман и засаду. И все же, сундук-чудовище отнюдь не был легким противником. Его дьявольская природа делала его еще более опасным.

«Аргх!»

Когда Искривленная Скала поднялась выше, Сдавливание ударило по Санни с еще большей ужасающей силой, заставив его веселье рассеяться в волне жалких страданий. С его губ сорвался приглушенный стон.