Когда Розыгрыш конкурса красоты подошел к концу и толпа начала расходиться от Попрошайничества, организаторы фестиваля stoned festival ликовали от своего достижения. В тот же вечер члены группы Oracle собрались в доме Майкла Боуэна, чтобы обдумать свой следующий шаг. Боуэн был ключевой личностью в клике Oracle, и его студия некоторое время служила офисом психоделического таблоида. Художник с битни-ческими корнями, он проводил большую часть своего времени, изображая третий глаз и оккультные символы среди завитков яркого цвета. Когда он не касался кистью холста, пропитанного кислотностью, он выступал в качестве самозваного связующего звена между сотрудниками Oracle и различными светилами психоделики и искусства, такими как Аллен Гинзберг, Тимоти Лири и Лоуренс Ферлингетти.

Несколькими годами ранее Боуэн попал под исключительное и харизматичное влияние загадочной фигуры типа гуру по имени Джон Старр Кук. Человек состоятельный и с влиятельными семейными связями, Кук не был новичком в общении с высокопоставленными сотрудниками ЦРУ. Его сестра Элис, с которой он был очень близок, была замужем за Роджером Кентом, видной фигурой в Демократической партии штата Калифорния; брат Роджера, Шерман Кент, был главой Национального оценочного совета ЦРУ (чрезвычайно влиятельная должность) и служил правой рукой директора ЦРУ Аллена Даллеса во время холодной войны. Джон Кук дружил с Шерманом Кентом на ежегодных семейных встречах и, как говорят, познакомился с рядом оперативников ЦРУ во время путешествия по Европе.

Движимый живым интересом к оккультизму, Кук путешествовал по всему миру, подружившись со многими мистиками и духовными учителями. В начале 1950-х он стал близким доверенным лицом Л. Рона Хаббарда, бывшего офицера военно-морского флота, основавшего саентологическую организацию. Кук высоко поднялся в рядах новообразованного религиозного культа. (Он был первым «чистым» в Америке, что означает, что он достиг уровня продвинутого саентологического посвященного.) Однако вскоре он разочаровался в Хаббарде, и их пути разошлись. Несколько лет спустя, живя в Алжире, Кук заболел полиомиелитом, который сделал его калекой и приковал к инвалидному креслу на всю оставшуюся жизнь. Несмотря на свой физический недостаток, суфийская секта в северной Африке почитала его как великого целителя и святого. Некоторые из его поклонников утверждали, что он мог активировать шакти, или энергию кундалини, и вызывать блаженный спинальный припадок, просто прикасаясь ко лбу человека.

К началу 1960-х годов Кук вернулся в Калифорнию, где погрузился в интенсивное изучение карт таро. По оккультным кругам Западного побережья быстро распространился слух об экстраординарном экстрасенсе, у которого была колода карт Таро с рукописными пометками ее предыдущего владельца, печально известного Алистера Кроули. Толпы молодых людей начали стекаться в Кармел, чтобы навестить Кука, и они не были разочарованы. С лысой головой, козлиной бородкой и пронзительными серыми глазами Кук выглядел так, словно его место было за хрустальным шаром. Вскоре после того, как он принял участие в серии сеансов «ченнелинга», результатом которых стала Новая колода Таро для Эпохи Водолея, он впервые попробовал ЛСД-25. Очевидно, психоделик пришелся ему по вкусу, поскольку он продолжал употреблять кислоту почти каждый день в течение двухлетнего периода. По словам одного из его учеников-единомышленников, Кук тоже был в некотором роде вакханом. Временами его пристрастие к алкоголю и кислоте делало его пьяным и обезумевшим в инвалидном кресле.

В то время как The Haight были в расцвете, Кук был изолирован в уединенном форпосте в Куэрнаваке, Мексика (его доме до смерти в 1976 году), откуда он руководил небольшой, но преданной делу группой кислотных евангелистов, известной как Psychedelic Rangers. Майкл Боуэн был членом этой группы. По указанию Кука полдюжины рейнджеров были отправлены в различные психоделические горячие точки Северной Америки и Европы. Боуэн отправился в Миллбрук, чтобы попытаться повлиять на образ мыслей клана Лири и заманить некоторых из них обратно в Мексику, где Кук проводил спиритические сеансы, находясь под воздействием кислоты. Среди тех, кто, как говорят, посещал искалеченного экстрасенса, были Ральф Метцнер, автор песен Леонард Коэн, Андрия Пухарич, проводившая парапсихологи ческие эксперименты и эксперименты с наркотиками для вооруженных сил США в конце 1950-х годов, и Сеймур («Голова») Лазар, богатый деловой партнер Уильяма Меллона Хичкока.

Следуя «генеральному плану» Кука, «Психоделические рейнджеры» выбирали отдельных людей для посвящения в высокие дозы ЛСД. Они использовали от 2000 до 3000 микрограммов (от 100 до 250 микрограммов обычно достаточно для полноценного кислотного трипа) в течение одного сеанса, пытаясь добиться быстрой и постоянной трансформации психологического настроя. Боуэн утверждает, что он облил кислотой ряд известных общественных деятелей, включая комика Дика Грегори и Джерри Рубина, будущего лидера Yippie. Он также тайно опоил ЛСД некоторых журналистов (среди них репортера журнала Life) в надежде, что они, так сказать, прозреют и представят в прессе более благоприятную картину ЛСД.

Кук и его «Психоделические рейнджеры» верили, что, распространяя откровение о ЛСД, они помогают просветить человечество. Они воображали себя космическими Хорошими Парнями, тайно сражающимися с Силами Тьмы в тотальной борьбе, которая в конечном итоге определит судьбу планеты. Их мировоззрение было явно манихейским: Эрос против Тана-тоса, великое мифическое противостояние, а история — всего лишь отголосок этих титанических противоположностей, сцепившихся в вечном конфликте. В этом отношении их восприятие было сродни восприятию другой группы приверженцев психоделиков, которые действовали тайно, ссылаясь на ма-нихейскую демонологию для оправдания своей деятельности. Подпитываемое двойным призраком всемогущего врага (коммунизма) и постоянной угрозы национальной безопасности, ЦРУ взяло на себя роль первой линии обороны Америки. В своей бесконечной битве против Красной угрозы культ интеллекта использовал все имевшееся в его распоряжении оружие, включая тайную войну с использованием ЛСД.

В 1966 году Майкл Боуэн поселился в Хейт-Эшбери по особой просьбе Джона Кука. Двое мужчин регулярно общались, держа друт друга в курсе новых событий в рамках растущей молодежной культуры. Когда люди из «Оракула» собрались в доме Боуэна после конкурса красоты, он послушно позвонил своему духовному наставнику, чтобы рассказать ему о случившемся. Во время их беседы, по словам Боуэна, был задуман план еще более масштабного мероприятия: «Собрания племен», духовного события потусторонних масштабов, которое повысило бы вибрацию всей планеты. В Хейте пройдет «Событие событий». Это будет первое появление человека.

Одной из главных целей be-in, сформулированной Куком, Боуэном и остальной командой Oracle, было объединить культурных и политических бунтарей, которые не всегда сходились во взглядах на стратегии освобождения. По сути, целью было психоделизировать левых радикалов. С этой целью организаторы решили включить по крайней мере одного представителя сообщества активистов Беркли в список приглашенных докладчиков. Боуэн предложил Джерри Рубина, лидера протеста в честь Дня Вьетнама в Беркли, который все еще был убежденным марксистом, хотя недавно пристрастился к кислоте (свидетельство, по словам Боуэна, того, что процесс восстановления с помощью ЛСД был лишь частично успешным). Было получено разрешение на проведение демонстрации на площадке для игры в поло в парке Золотые Ворота 14 января 1967 года. Для рекламы мероприятия было напечатано пять различных плакатов, в том числе один с изображением индейца Равнин верхом на лошади, держащего в руках электрогитару. Плакаты появились в витринах магазинов, в киосках и на досках объявлений кофеен. Berkeley Barb, первая подпольная газета в районе залива, объявила об этом событии на первой странице с заголовком-баннером.