— Разумное решение.

— Кора, я…

— Остальные, — резко перебил профессор, — идут переодеваться в рабочую форму и через пятнадцать минут ждут меня у кабинета. С чемоданами.

Я поспешила за Марселиной и поймала ее за руку.

— Почему? Ты…

Окрик в спину прозвучал резко:

— Стоять! Адептка с черными косами, подойди.

Мысленно выругавшись, я медленно обернулась. Профессор смотрел на меня с откровенной злостью. Когда я приблизилась, он без предупреждения потянулся к моим волосам.

— Фу! Что это? — охнув, взвизгнула одна из девушек.

Роуд поднес к моему лицу полупрозрачную личинку. Она активно извивалась между его пальцами.

— Я не потерплю в госпитале рассадника бактерий. Если вы не в состоянии проследить за собственной гигиеной, то к пациентам я вас тем более не подпущу. Адептка, вам известно, что происходит, когда подобная дрянь попадает в открытую рану?

Я поймала обеспокоенный взгляд Марселины. Подруга выглядела так, будто мысленно проговаривала траурную речь моему будущему. Я же спокойно посмотрела на пальцы профессора.

— Личинка болотницы. Почти прозрачная, а значит, находится на ранней стадии развития.

Роуд прищурился, а я продолжила:

— Попадание в открытую рану вызовет некроз. В тяжелых случаях заражение разрушит не только ткани, но и кости. Болотница способна быстро развиваться в теле человека за счет его магии.

Кто-то за моей спиной шумно сглотнул. Роуд молча изучал меня. Личинка продолжала извиваться. Наконец он ехидно уточнил:

— Не уж-то в столице новая мода? Дамы теперь украшают прически опасными тварями?

Злость. Она медленно нарастала.

— А по-вашему это похоже на украшение? Личинки болотницы предпочитают сырые низины и места скопления падали. Кроме того, они плохо переносят солнечный свет.

— И что вы пытаетесь этим сказать?

— Что нахожусь в здравом уме.

Я заметила того самого парня, от которого Марселина советовала держаться подальше. Он открыто ухмыльнулся и отсалютовал мне двумя пальцами, будто мы были старыми приятелями. Роуд проследил за моим взглядом.

— Любопытно. Значит, среди вас не только бездари, но и шутники.

Он иссушил личинку, затем его ладони вспыхнули от очищающего плетения.

Голос, подобно грому, прокатился по коридору:

— Запомните здесь и сейчас! За идиотские розыгрыши я жестоко караю. Госпиталь не место для игр. Поймаю зачинщика и лично превращу его практику в Бездну. Нечего стоять! Время стоит дорого. Особенно мое. Всех жду в кабинете, но теперь не через пятнадцать минут, а через пять. И вот еще что: опаздывающих я тоже караю.

Я сорвалась с места первой. Марселина побежала за мной, на ходу извергая ругательства вперемежку с извинениями.

— Позже, Марси!

Легкие жгло так, будто внутри зарождалось пламя. Я остановилась всего на миг, чтобы оглядеться. На мое счастье, мимо проходил мужчина в целительской форме. Едва бросив на меня взгляд, он буркнул:

— К Роуду быстрее через черный ход для персонала. Вон там за углом.

Благодарность выкрикивала уже на бегу.

У нужного кабинета было тихо и пусто. Я взглянула на наручные часы: оставалась минута. Роуд выглянул в коридор и смерил меня оценивающим взглядом. Следом раздался дружный топот. Практически все адепты успели.

— Плюс балл за послушность и скорость. Только не обольщайтесь! После осмотра ваш рейтинг может уйти в минус. Заходить будете по очереди, когда услышите свою фамилию. Том Аренс, ты первый.

Теперь я узнала имя злопыхателя. Запоминать не стала, как и бояться его выходок. Если он не дурак, то поймет, что глупой местью ничего не добьется. Разве что вылетит с практики.

Осмотр прошел быстрее, чем я ожидала. Дверь открылась, и из глубины кабинета раздался голос профессора:

— Дальше! Кора Асвальд.

Я сделала шаг. Даже понять не успела, как Аренс умудрился поддеть мою ногу носком ботинка. Лишь в последний миг я смогла уберечь чемодан, подставив под удар лицо и колени. Действовала глупо и инстинктивно, но ведь для целителя инструменты важнее внешности. По крайней мере, так считала я.

Кто-то тихо охнул, кто-то засмеялся. Тяжело поднявшись, я зажала нос и остановила магией кровь. Оборачиваться на однокурсников не стала.

— Асвальд, я не люблю повторять дважды! — прозвучало нетерпеливо и холодно. — И вы все! Запомните это раз и навсегда.

Шум в коридоре и мой внешний вид оставили профессора Роуда равнодушным. Он лишь мазнул взглядом по моему лицу и указал на массивный стол.

— Инструменты к осмотру. Надеюсь, за ними вы следите лучше, чем за собой.

Кабинет Роуда оказался просторным. Высокие шкафы были заставлены книгами, склянками с лекарствами и коробками с различными надписями. В углу стояли два человеческих скелета. На одном из них были мышцы и сухожилия, а внутри другого — органы. Я отметила это отстраненно, пока ожидала вердикта своим инструментам.

Роуд рассматривал их долго и придирчиво. Поднимал к свету иглы, зажимы, скальпели, проверял заточку пальцами. С каждой секундой я напрягалась все больше. Складка между бровей профессора становилась все заметнее. Наконец он раздосадовано произнес:

— Идеально.

Я вопросительно выгнула бровь. У Роуда дернулся кадык.

— Инструментами регулярно пользуются. Это заметно по степени износа. И тем не менее они в идеальном состоянии. У скальпелей даже не сбит баланс. Вы бережно заботитесь о них, адептка Асвальд. Признаться, я удивлен. Вы получаете балл.

Мрачное удовлетворение покинуло меня, стоило Роуду продолжить:

— И тут же теряете его за неопрятную форму. Какая жалость. Не забудьте позже зашить дыру на колене. Кажется, с иглой вы умеете обращаться.

Я хотела было возмутиться и даже открыла рот, но профессор вдруг вынул из ящика стола платок, смочил водой из графина и протянул мне. Несколько секунд я просто озадаченно моргала.

— Лицо, Асвальд. Или вам нравится ходить с кровавым макияжем? Странные пошли девушки… — последнюю фразу он пробормотал едва слышно.

Смутившись, я забрала платок и сухо поблагодарила.

— Ждите в коридоре. Бриана Дорсен!

Когда я вышла за дверь, адепты отвели взгляды. Том Аренс, лениво прислонившись к стене плечом, смотрел в потолок. Утирая лицо платком, я размышляла:

«Стоит ли тратить силы и время на противостояние? Что я вообще могу? Осадить словами? Броситься в драку? Нет, все это было нелогичным и неправильным. Но и полностью игнорировать не получится… Если ничего не предпринять, то Аренс испортит мне практику. В шаге от цели я не должна этого допустить! Но что же делать?»

Я так погрузилась в мысли, что не заметила, как последний адепт вышел из кабинета вместе с Роудом.

— Проверка окончена, — спокойно произнес он, окинув нас взглядом. — Сейчас вас четырнадцать, но сколько дойдет до конца? Сразу хочу обозначить еще один момент.

Я едва не закатила глаза. У Мартина Роуда было слишком много «моментов». Тот образ, который я представляла, зачитываясь его статьями, начал рушиться. Идеальный лекарь имел ужасный характер и склонность к шовинизму.

— Ваше соперничество, мелкая возня — меня не интересует, поэтому вмешиваться не буду. Развлекайтесь сколько угодно, но настоятельно советую вспомнить: зачем вы учились пять лет и зачем прибыли сюда. Если что-то или кто-то помешает работе госпиталя или навредит пациентам… — Профессор поочередно посмотрел на каждого притихшего адепта. — Вылетите за ворота быстрее, чем успеете собрать вещи.

В коридоре стояла идеальная тишина.

— А теперь мое любимое. Асвальд, Дорсен, Саммерс и Хотч. Я ведь предупреждал, что караю опаздывающих? Ваша четверка прямо сейчас отправляется к госпоже О'Райли, чтобы получить задание. За провинности вы будете отрабатывать.

Я подняла голову.

— Профессор Роуд, но я ведь не опоздала.

— Верно. Вы совершили худшее: притащили в мой госпиталь личинку болотницы. За это и будете наказаны.