— Ты ответил за моё унижение в Тафаларе, Гедеон Николаевич. Ещё легко отделался. Не думаю, что твоему отцу повезёт так же. Он ответит за смерть моего отца намного серьёзнее, поверь мне.

Она так и оставила кинжал в его спине, чтобы Николай Ланне сразу понял, кто убил его последнего сына. На рукояти ножа блестел белый герб Дома Снеговых, и мимо него точно никто не пройдёт.

Именно этот кинжал, торчащий из спины Гедеона Ланне, до сих пор стоял у неё перед глазами. Даже сейчас, когда она была далеко от Стокняжья, в Атифе, и смотрела на Кирилла Волкова.

Её руки вдруг задрожали.

Кирилл даже не посмотрел на кубки. Он быстро забрал их и поставил на пол, а потом притянул Акулину к себе и обнял.

— Всё хорошо. Ты жива, это самое главное.

Он прижал её к себе так крепко, что у неё перехватило дыхание.

— Я убила Гедеона, — прошептала она. — И всех, кто был в доме. У Николая Ланне остались ещё два кубка. И сам он тоже жив, его не было в особняке.

— Гедеон всё-таки выжил?

— Ненадолго. Перед смертью он сказал, что император решил усилить армию своих магов соляными амулетами. Это очень дорого, Кирилл, и очень сложно. Ему понадобятся сотни первоклассных алхимиков и много серой соли.

— Понял.

— Мы обшарили весь дом, но больше ничего не нашли.

Его ладонь погладила Акулину по волосам. Он прикоснулся губами к её виску и прошептал что-то невнятное.

Акулина чувствовала все реакции Волкова и теперь могла точно сказать: даже обнимая её, он не на шутку напрягался. Скорее всего, ему уже было известно о том, что Акулина дала клятву продолжить род Колидов.

Что он сам об этом думал, пока оставалось непонятным, но его прикосновения, и его сильные руки, и его близость — всё это выбивало землю из-под ног.

Её Следопыт снова вбесился внутри.

— Перестань меня обнимать, я тебя прошу... перестань меня касаться... Кирилл...

Но он лишь крепче обнял её.

Она вдохнула запах его кожи, такой возбуждающий, и всё-таки не сдержала своего Следопыта. Он вырвался из-под её контроля так быстро, что ей оставалось лишь наблюдать, что тот творит.

Тело моментально преобразилось, став сильнее.

Акулина рывком сдёрнула китель с Волкова и отшвырнула в сторону, затем обхватила его за плечи и толкнула в стену, но он сделал только шаг назад — его Следопыт был сильнее, чем её.

Через пару секунд на Акулину смотрел уже другой Волков: весь в красных татуировках, мускулистый, с короткими клыками. Как всегда, сильный, уверенный в себе и опасный.

В этот момент её сознание поглотил туман.

Акулина кинулась на Волкова, как львица в брачный сезон.

Тем временем Демон, который за всем этим наблюдал, вытаращился, будто не поверил глазам. Что происходило с животным потом, она уже не видела — ей было не до него. Она жарко поцеловала Кирилла, не давая ему даже опомниться.

Её язык задел его клыки.

Тело тут же охватила дрожь. Ей показалось, что она вот-вот потеряет сознание от постыдной звериной похоти, но ничего не могла с собой поделать. Акулина хотела его прямо здесь и сейчас.

Последние крупицы человеческого сознания исчезли.

Опомнилась она, когда поняла, что Волков прижимает её спиной к стене, а сам смотрит в глаза и тяжело дышит, побеждая в себе желание продолжить. Красные татуировки на его теле начали ослабевать, а потом и вовсе исчезли.

Кирилл Волков в очередной раз победил своего Следопыта... в отличие от самой Акулины.

— Извини, не сдержался, — прошептал он с хрипотцой в голосе.

Она перевела дыхание.

— Мы ведь от этого всё равно не уйдём?

— Скорее всего, нет, — ответил он прямо и уверенно. — Но это будет не сегодня и не так.

От его признания у неё ослабли колени. Если не сегодня, то когда-то всё равно будет.

— Сейчас мне нужно найти Оракула Ма, — добавил он всё так же твёрдо, — пока Жрец не ушёл далеко. Дождись, когда вернусь. Кубок с белыми кристаллами спрячь у Галея. Второй я возьму с собой.

— Хорошо, Кирилл Миронович, — еле слышно ответила Акулина.

Он отпустил её, быстро накинул на себя порванный китель, прихватил кубок с красными кристаллами и вывел Демона из комнаты.

Акулина же осталась стоять у стены, будто парализованная. Ей казалось, что она никогда раньше не ждала возвращения Кирилла Волкова так мучительно, как сейчас.

Мой Следопыт в очередной раз сорвался.

Чтоб его.

Еле остановился. Ещё бы немного — и крышу точно снесло. Если бы не Демон, который пробурчал «Ничего, я подожду», то Акулина бы стала моей женой уже по-настоящему. Прямо там. И вместо брачного ложа у нас была бы волчья лежанка.

Только мысли о Джанко и свитке до сих пор проедали мне мозги.

Джанко: «Это не твоя воля, Кирилл, и не моя. Это воля богов».

Мидори: «Мы договорились. Всё в порядке».

Акулина: «Мы ведь от этого всё равно не уйдём?».

Боги: «Только так вернётся могущество твоей Династии! Так восторжествует справедливость!».

Я: «Род Колидов прервётся на следующем поколении, если моё решение останется прежним».

— А ты хорош, Чародей. Как ты её сгрёб, а! Осталось довести дело до конца, — довольный голос Демона выдернул меня из раздумий. — А потом можно и друидку приласкать, чтобы она не плакала.

— Лучше молчи и иди по следу, — бросил я ему.

Мы как раз покинули Атифу.

— Да иду я, иду! — осклабился Демон и помчался по пустынным котлованным землям. — Запах еле заметный. Этот маг ушёл далеко, но мы его настигнем... и кстати... он не один. С ним идёт кто-то ещё...

Демон сказал, что Оракул Ма сбежал не один.

— Ты точно уверен, что с ним кто-то есть?

— Я, по-твоему, совсем не чую? Их двое! — Демон рванул по котлованной пустыне ещё быстрее, из-под его крупных лап полетела пыль.

Я вцепился в шерсть на его шее и пригнулся.

«Их двое».

Двое, мать их!

Почему тогда заметили лишь исчезновение Оракула Ма? Кто ещё с ним сбежал? Второй Жрец?

Только их осталось наперечёт, и я бы сразу заметил. К тому же, мне все командиры отчитывались о численности своих отрядов, и никто не сказал, что кого-то не досчитался.

Это наводило на паршивые мысли.

Демон долго нёсся вперёд без передышки, порой останавливался, чтобы ещё раз принюхаться. Пустыня чернела и раскалялась под лучами солнца, пыль поднималась клубами, дым шёл из трещин и разломов в земле.

Весь потный, я тоже всматривался в горизонт и принюхивался, как Демон. Даже сменил облик на Следопыта, чтобы самому ничего не упустить. От жажды частенько прикладывался к фляжке с водой и давал попить Демону из бурдюка, а потом мы продолжали поиски.

Оракул сбежал две недели назад, угнал варана, и за это время должен был уйти очень далеко, но Демон всю дорогу утверждал, что чует близкий запах, а значит, Оракул всё ещё прятался в Котлованных Землях.

Только зачем?

На его месте я бы улепётывал отсюда в сторону океана, хрен бы меня кто нашёл.

Но Оракул Ма чего-то ждал и что-то знал. Что-то важное. Я чувствовал это, и от нетерпения подгонял волка всё чаще.

— Давай, дружище! Быстрее! Если ты чуешь запах, то Жрец всё ещё в Котлованах!

И вот уже к вечеру, когда в пустыне стало холодать, Демон наконец остановился, высунул язык и объявил:

— Всё! Нашёл. Вон та гора.

Он пристально посмотрел на небольшую горную гряду вдалеке. До неё было приличное расстояние, но я решил не подходить напрямую и использовать прикрытие: барханы чёрного песка и дымящие разломы.

Быстро спешившись, я перекинул сумку с кубком Колидов через плечо и потрепал волка за ухом.

— Жди здесь. Ты молодец, дружище, я в тебе не сомневался.

— Лучше пожрать принеси, — вздохнул он и глянул на меня так тоскливо, что пришлось пообещать ему нормальной еды вместо фарша из котлованных червей.

В образе Следопыта я скрылся в дыму и пыли, бесшумно пронёсся по песку, перемахнул пару крупных трещин в земле и начал продвигаться вдоль подножия горной гряды.