Леди поднялась и надела перчатки. От комнаты в доме отказалась — оставаться под одной крышей с бывшим женихом, его братом и общей Истинной было бы слишком даже для очень воспитанной столичной женщины.

У дверей она задержалась и кивнула мне.

— Госпожа Олден, я вам не враг. По крайней мере, пока вы не решите, что вместе с двумя принцами вам нужен еще и мой жеребец.

— Мне бы сначала справиться с кабачками и принцами. Лошади точно могут жить спокойно.

Виоланта усмехнулась, ударила пару раз перчатками по ладони, раздумывая.

— Метки не заставят двор оставить вас в покое... Кто-то точно приедет разобраться в происходящем. Постарайтесь. Кхм. Хотя бы во время их приезда не раздеваться посреди огорода.

— Ничего не обещаю, — хмыкнул Рейвен. — В огороде жарко.

Она ушла, не удостоив его ответом. Через несколько минут карета выехала со двора, слуги закрыли ворота, а я осталась на крыльце между двумя довольными мужчинами.

— Я действительно должен был рассказать о помолвке утром, — повинно склонил голову Лорен. — Она была договорной и еще не объявленной, поэтому я не подумал…

— Не подумал, — повторила я. — Оба не подумали. Один забыл о невесте, а второй сразу решил, что полностью невиновен. И не знал, да?

Рейвен облокотился на столб крыльца. Рубашка натянулась на груди, волосы окончательно выбились из перевязи, а на губах появилась наглая улыбка.

— Я не просто невиновен. На фоне брата я сейчас почти идеальный мужчина.

Лорен протянул руку и теплыми пальцами, очень осторожно, убрал прядь с моего лица.

— Ты сердишься?

— Я устала, грязная, голодная и узнала, что один из двух мужчин, называющих меня своей, собирался жениться на другой женщине. Пока не решила.

— Тогда сначала тебя накормим, — сказал он. — Голодная женщина страшна в гневе.

— А вечером обсудим награду, — добавил Рейвен, подошел ближе с другой стороны и провел пальцами по моему локтю. — Ты сама пообещала, что когда мы останемся наедине…

Я посмотрела прищуренно на одного, затем на второго. Про накормить — молодцы, верно подумали. Правда, готовили-то ужин не они, чтобы тут разбрасываться “да мы, да мы счас”. А как награда, так в первых рядах. Может, в баню еще с ними сходить? Ага, обязательно.

— После истории с невестой награда временно отменяется.

— Что? Это была его невеста, — возмутился Рейвен.

— А вы у меня, похоже, в комплекте идете, так что если один виноват, то получаете оба. За язык короткий, где не надо.

— О, поверь, мой язык…

Кто знает, чем бы закончился разговор, если бы со стороны сада не раздался хруст яблока.

Мы одновременно посмотрели на деревья. Между нижними ветками стоял высокий мужчина в темной одежде. На фоне темнеющего неба резко выделялись рыжие длинные волосы. Рубашка была расстегнута у горла, а в одной руке он держал надкушенное яблоко.

— Я искал вас в городе и на постоялом дворе. Даже в бордель зашел к мадам Клоде. А потом увидел королевских лошадей возле огорода и решил, что вы окончательно рехнулись.

Я приподняла бровь. Так, видимо, он знаком с драконами. А мне в первый день столько нового на голову упало, что черт знает, что делать.

— Кассиан, — произнес Лорен, затем улыбнулся широко. — И зачем ты нас искал?

— Чтобы спасти наследников от государственной измены и голода, — смачно откусил мужчина яблоко и подошел ближе.

Затем поклонился мне. Вроде и придворно — ну как я себе представляла — но достаточно театрально.

— Госпожа Олден. Сын королевского ассасина Кассиан Рейн. Друг этих двоих, иногда охраняющий наследные задницы.

— Не обращай внимания на профессию его отца, — сказал Рейвен. — Сам Кассиан с радостью бы резал не людей, а гуляш на второе.

Кассиан откусил еще кусок яблока и посмотрел на брата почти возмущенно.

— Я давно никого не резал, не стоит при даме на меня наговаривать.

— На прошлой неделе ты ранил повара, — напомнил Лорен.

— Он положил в соус порченую мяту, что не-до-пус-ти-мо. А еще сделал ужасный маринад для курицы.

И вот как мне понять, шутят они или нет? Кассиан тем временем заметил одну из банок, оставленных возле телеги, подошел, открыл крышку и понюхал яблочный соус.

— Кто это готовил?

— Ммм… Наверное, я, — ответила неуверенно. — Но у меня немного амнезия, так что будем считать, что прежняя я, — а то еще убьет за не тот вкус. — Мы сегодня продали семь банок, между прочим.

Он провел пальцем по краю крышки, попробовал и нахмурился. После этого достал из кармана маленькую ложечку. Ложечку, представляете? Не кинжал, не яд, как положено ассасину, а ложечку.

— Слишком сладко, мало кислоты, специи немного не те. Но яблоки хорошие. Если изменить рецепт, добавить острый перец и уварить плотнее, этот соус можно продавать к мясу втрое дороже.

У меня в голове зазвенели монетки, и я шагнула к нему, позабыв страх.

— Ты умеешь готовить?

Лорен закрыл глаза, а Рейвен отвернулся, скрывая улыбку. Кассиан перестал жевать яблоко и несколько мгновений изучал мое лицо.

— Нет.

— У тебя в кармане ложка, а ты ассасин.

— Я предусмотрительный ассасин, у меня работа такая — быть готовым ко всему.

— Ты только что разобрал рецепт по вкусу!

— Наблюдательный.

Я уперла руки в бока, надвинувшись на него. Жаль, что ростом не вышла… Три дылды-мужика стояли вокруг меня, глядя сверху вниз.

— И ты знаешь, сколько стоит соус к мясу.

— Жадный.

Тогда я забрала у него банку. Ага. Вот так тебе. Кассиан возмутился и протянул руку, чтобы вернуть.

— Будешь готовить тут на продажу?

Кассиан посмотрел на банку, потом на меня. Наклонился, давно выбросив огрызок яблока. Его улыбка стала коварной, взгляд загорелся.

— А вы меня нанимаете?

Я посмотрела на близнецов, но они только пожали плечами. Что значит?.. Мол, сама решай, нанимать ли того, кто может незаметно прирезать за дурной маринад?

— Нанимаю. Зарплату завтра обсудим.

Кассиан принял банку, затем снял темный камзол, закатал рукава рубашки и направился к дому.

— Тогда покажите кухню. Заодно решим, что делать с урожаем, у вас тут, смотрю, катастрофа.

Я пошла следом, но возле двери обернулась к близнецам. Оба расслабленно смотрели на нас, посмеиваясь.

— Что? — спросила я.

— У тебя есть два принца, которые таскают ящики, — загибал пальцы Рейвен. — Новые контракты. И первоклассный ассасин в качестве повара.

Лорен снял с крыльца корзину с кабачками и пошел в дом, брат за ним. Я посмотрела в спину драконов, на курицу, которая уже бежала к дому.

Завтра обещало быть прекрасным.

Кухню Кассиан захватил профессионально и быстро. Снял камзол, бросил его на спинку стула, собрал длинные рыжие волосы на затылке, закатал рукава выше локтей и все. Король и бог кухни, которую я еще своей-то не научилась называть.

Марта стояла возле печи с половником в руке и смотрела на незнакомого мужчину все тяжелее, но раз я молчала, то и она не решалась остановить.

В большом котле тушилось мясо, рядом остывали лепешки. После целого дня на дороге желудок готов был серенады петь, но Кассиан уже вытащил из шкафа три мешочка со специями и высыпал понемногу на ладонь.

— Вот это оставляем, это тоже, тут надо выбросить, выдохлись. Кто положил сушеную мяту рядом с чесноком, того пока не хочу знать, мне здесь еще работать. А теперь покажите погреб, надо знать, сколько всего погибает.

Марта подозрительно посмотрела на меня. Я виновато развела руками, потому что да, что я поделаю. Он, наверное, и ложечкой убить может. Решив, что сначала еда, потом выяснение про погреб, села за край стола и наконец стащила с тарелки кусок лепешки.

— Да, Марта, он теперь с нами. Знакомься, Кассиан. Но если завтра выяснится, что ты умеешь только красиво держать яблоки, выгоним.

— Выгонять будете вместе с двумя наследниками? — поинтересовался Кассиан и открыл одну из банок. — Понимать бы заранее условия труда.