Я посмотрела на одного, затем на второго. Внешне, прямо скажем, не похожи. Были крупными, очень красивыми и слишком мало одетыми мужиками без крыльев и хвостов.

— Настоящие прям?

— Я могу обратиться во дворе, если тебе нужны доказательства, — предложил Рейвен.

Я не стала уточнять, насколько большой у него дракон, потому что меня явно не так поймут.

— Хорошо, — я села поудобнее на кровати. — Вы драконы. У вас появились метки. Какое отношение это имеет ко мне и почему вы до сих пор в моем. Моем же? Доме.

Теперь и Лорен сел на край кровати. Матрас прогнулся под его весом, и я невольно качнулась в его сторону. Он поймал меня за локоть, коротко удержал горячими пальцами.

Теперь я оказалась между братьями. От Рейвена все еще пахло водой и почему-то хвойным дымом. От Лорена — чистой тканью, деревом и чем-то горьким.

Я вообще не знала их, впервые видела. Не помнила вчерашнюю встречу, ярмарку, курицу, спальню.

— Метки появляются у драконов, когда они встречают Истинную, — сказал Лорен, не отводя взгляда. — С момента их появления мы точно знаем, кто ты.

Я посмотрела на серебряную линию на его запястье, затем на золотую метку Рейвена.

— Истинная кого из вас?

— Обоих, — ответил Рейвен.

Что? Простите, что? Несколько мгновений я просто смотрела на них. Два дракона. Одна Истинная.

— Мы не собирались оставлять тебя на ярмарке среди людей. Они уже решили, что ты нас зачаровала и подняли шум, — Рейвен усмехнулся.

Очаровательно. Теперь я еще и ведьма? Скосив взгляд, поняла, что из брюнетки превратилась в рыжую. Рыжих сжигали первыми, разве нет?

Рейвен наклонился ближе, отрывая меня от важных размышлений.

— Возможно, ты действительно нас приворожила. Уходить-то нам не хочется…

Он вроде и шутил, но взгляд оставался серьезным, и вот это чуточку пугало. Хотя бы потому что, если они неадекватные, я что делать буду?

— Я никого не привораживала.

— Абсолютно согласны, — Лорен положил ладонь на край кровати с другой стороны и тоже придвинулся ближе. — Драконы внутри сами решили, что ты будешь нашей.

Я посмотрела сначала на его руку, затем на Рейвена. На мокрые волосы, открытую грудь, сильные пальцы у моего локтя. На распахнутый ворот рубашки Лорена и серебряную метку на его запястье.

— А вы… без ваших драконов этих, что решили?

Рейвен наклонился еще ближе, его дыхание коснулось моей щеки, а улыбка стала куда хитрее.

— Мы пока пытаемся вести себя прилично.

— Мы пока пытаемся вести себя прилично.

Я медленно перевела взгляд с Рейвена на Лорена. Прозвучало весьма интересно. И, честно сказать, не то чтобы была рада с разбегу прыгнуть в объятия двух незнакомых мужиков. Так что все красиво, мускулисто, но давайте нормально друг друга узнаем?

Ответить я не успела. За дверью раздался осторожный стук, после которого Марта заглянула в спальню и сообщила, что лекарь уже приехал. За ее спиной стоял сухощавый мужчина лет шестидесяти с большим кожаным саквояжем и недовольным лицом.

Лорен первым поднялся с кровати, освобождая лекарю место возле меня. Рейвен тоже встал и встал у окна, не торопясь сменить полотенце на что-то приличное.

Лекарь вошел, посмотрел на меня, курицу, затем на двух мужчин. Его брови поползли вверх, поклонился так низко, что саквояж едва не ударился о пол.

— Ваши высочества, рад видеть вас в добром здравии. Госпожа Олден, вам лучше не вставать до окончания осмотра. Вы… вы не беспокойтесь.

Лицо лекаря мгновенно потеряло недовольство. Я повернула голову к близнецам, подозрительно прищурившись.

— Высочества? Мне ведь не показалось, он сказал «ваши высочества» во множественном числе?

Рейвен отвернулся к окну и провел ладонью по мокрым волосам, делая вид, что вообще ничего не слышал. Лорен застегнул еще одну пуговицу на рубашке, не поднимая головы.

— Мы собирались рассказать тебе после осмотра. Не хотелось сообщать все сразу, пока ты не пришла в себя окончательно.

— То есть два дракона на одну женщину можно считать щадящим началом, а два высочества сверху уже что-то не то, да?

Осмотр начался с вопросов, на которые я даже не знала толком, что ответить. Голова не болела, тошноты не было, в глазах не двоилось. Но я не помнила ни поместья, ни собственных работников, ни вчерашней ярмарки. Про машину молчала, близнецы тоже.

Лекарь послушал дыхание, проверил пульс и посветил мне в глаза маленьким магическим камнем. Камень оказался холодным, неприятным и, слава местным богам, не показал, что я вообще не из этого мира.

— Телесных повреждений нет. Магическая вспышка могла повлиять на память, поэтому я советую покой, простую пищу и никаких сильных потрясений хотя бы несколько дней.

Я посмотрела на Рейвена в полотенце, затем на Лорена с меткой Истинности на запястье. Считаются на потрясения?

— А память вернется? Или мне теперь придется знакомиться с собственной жизнью по рассказам окружающих

Лекарь сказал, что воспоминания могли вернуться полностью, частично или не вернуться вовсе, после чего оставил Марте несколько порошков и строго приказал мне не перенапрягаться.

У двери он снова поклонился близнецам и вышел спиной вперед. На этот раз сомнений быть не могло: два почти голых мужчины в моей спальне действительно являлись членами королевской семьи.

Когда дверь закрылась, я поправила сползшее с плеча одеяло и посмотрела на них. Рейвен первым понял, что молчание становится опасным, поэтому все-таки снял с кресла одежду и направился к ширме. Спасибо, что не тут решил полотенце снимать.

— Меня зовут Лорен Корвейн. Я старший сын короля и наследник престола. Рейвен — мой брат-близнец. Мы приехали в эту часть королевства по государственным делам и заехали на ярмарку по дороге обратно. Вот и вся история.

Прям вся, да? Я ждала продолжения, но Лорен и вправду замолчал. А как же всякие “наши земли простираются вот отсюда и дооо туда” и прочее?

Рейвен вышел из-за ширмы уже в черных брюках и распахнутой рубашке.

— Наши драконы проснулись одновременно, люди вокруг начали кричать, а ты просто потеряла сознание.

Я задумалась. С одной стороны, падать в обморок при виде двух принцев было несколько унизительно. С другой, если они выглядели хотя бы вполовину так же, как сегодня утром, прежнюю Анну можно было понять.

— Значит, вы привезли меня домой и остались здесь. А остальные решили, что обычная хозяйка небольшого поместья приворожила сразу двух королевских драконов.

Лорен коротко кивнул. Их как будто вообще ничего не смущало.

— Мы знаем, что никакого приворота не было, — пожал плечами близнец. — Метки невозможно подделать, так что пусть говорят, что хотят.

— Прекрасно. Значит, остается убедить всех остальных, что я не ведьма, не преступница и не коллекционирую принцев. А еще я хотела бы увидеть поместье.

Раз уж застряла и придется как-то жить. Что-то есть, во что-то одеваться как минимум. Я осторожно сняла Аграфену с коленей и поставила на кровать. Марта попыталась возразить, напомнила про лекаря и покой, но я уже устала от неизвестности.

В результате сошлись на том, что сначала оденусь, поем и только потом выйду во двор.

Комната, в которой Марта помогала мне переодеться, находилась рядом со спальней. В большом зеркале я впервые увидела Анну Олден целиком и некоторое время просто рассматривала женщину, чье тело теперь принадлежало мне.

Красивая. Рыжая, кудрявая, с веснушками. Глаза оказались зелеными, грудь размера второго, бедра округлыми. Жить, как говорится, можно. Еще бы как-то маме дать весточку… Боги. Она там, наверное, с ума сошла.

Я смотрела в зеркало, стараясь не представлять, что происходит в том мире. Качнула головой и сощурилась, удерживая слезы.

— Госпожа?

— Д-да… Да, Марта. Так, — я вдохнула глубоко. — Мне сколько лет? Только честно.

Марта посмотрела на меня через зеркало и сообщила, что госпоже Анне двадцать девять. Новость меня устроила, в прошлой жизни я успела прожить тридцать один год.