– Это мы и без вас поняли, – сказал Ник. – Но раз уж вы гений, позвольте задать вопрос общего характера. Как считаете, такой образ мышления характерен для преступной организации, о которой мы сейчас беседуем?

– Прекрасная формулировка, – кивнул мистер Чижевски, – но ответ отрицательный. Эти ребята помельче. Действуют более грубо и прямолинейно.

– Тогда кто за ними стоит?

– По-моему, чья-то разведка, причем первоклассная. ЦРУ, «Моссад», «Ми-пять», Министерство государственной безопасности Китая, Служба внешней разведки России… Крутые парни, знатоки отвлекающих маневров, медийных тенденций и мастера расставлять приманки. Они знают, что будет, когда болванчики в телевизоре разжуют все для среднестатистического дебила. Если судить по опыту, разведчики такое любят.

– Ближний Восток?

– Как вариант, но с натяжкой. Я вижу людей поумнее.

– Ну ладно, – произнес Ник. – Будем и дальше звать его «мистер Чижевски», он заслужил такое обращение. Хотя стоп. По-моему, что-то вылетело у меня из головы. Черт, о чем же я забыл?

– Я надеялся, что и правда забудете, – сказал, помолчав, Чижевски.

– Простите, дружище, только что вспомнил. Без имени ваш рассказ никуда не годится. Да, картель, отпетые злодеи, заклятые враги всего живого и так далее. Но мне нужно имя, причем настоящее. Или готовьтесь к встрече с дикими зверями.

– Я ничего не говорил. Вы меня даже не знаете. Меня нет. Зато есть человек по имени Менендес.

Он решил, что дело в климате, и мишень номер два заплатила жизнью за новый эксперимент. Стало ясно, что в программу попадают неточные данные. Приложение скачивает их с ближайшего метеосервера, а тот находится в нескольких милях от места выстрела. Такая погрешность допустима, когда речь идет о прогнозе погоды или работе правительства, но не годится, если нужно убить человека, стоящего в миле от стрелка.

Поэтому Джуба решил отказаться от автозагрузки данных. Вместо этого он начал кропотливо вносить в «Первый выстрел» показания карманной метеостанции «Кестрел». Да, это нудно, но снайперу не привыкать к нудной работе. Итак, скорость и направление ветра, высота над уровнем моря, температура, влажность и прочие нюансы, известные лишь метеорологам. В прогнозах погоды о таком не рассказывают.

Он выстрелил.

Уже лучше, но все еще плохо. Первая пуля легла в пятнадцати ярдах от цели. Со второго выстрела он поразил мишень номер два, но в день «Д» шанса на пристрелку не будет. В реальном мире другие законы. Надо быть уверенным, что попадешь с первого раза.

Оставалось одно: проверить точность барабанов и прицела, сделать нужные расчеты. На следующий день Джуба стрелял по бумажным мишеням, и не на милю, а на сотню ярдов.

Пять мишеней, прикрепленных к пустой картонной коробке одна под другой. Коробка стоит вертикально. Расстояние измерено не лазером, а вручную, причем не от дула винтовки, а от настроечного барабана «Шмидт и Бендер». Ровно сто ярдов. Джуба начал с трех выстрелов по нижней мишени. Потом поднял прицел на одно деление и выпустил еще три пули во вторую мишень. Затем в третью, в четвертую, в пятую, всякий раз поворачивая барабан на один клик. Разумеется, при смене угла группа из трех пуль смещается вверх, но насколько? На одну минуту, как обещают специалисты компании «Шмидт и Бендер»? Чуть больше? Чуть меньше? С помощью штангенциркуля Джуба выяснил, что один щелчок барабана поднимает пулю не на паспортные 0,552, а на 0,489 дюйма. Расхождение мизерное, на трех сотнях ярдов им можно пренебречь, но с увеличением дистанции оно будет расти. Джуба внес поправки в параметры «Первого выстрела». Новое значение клика – 0,489.

Цель номер три. Первый выстрел пришелся в лодыжку. Лишившись ноги, человек – здоровенный негр с чувственными пухлыми губами – заверещал и рухнул бы на землю, не будь он прикован к столбу. Плоховато. Джуба повернул барабан на один клик, выстрелил еще раз, и негр затих навсегда.

Цель номер четыре: уже лучше, но все равно – попадание в нижнюю часть живота. Ранение опасное, но медицинская бригада окажется на месте в мгновение ока, а современная хирургия творит чудеса. Нельзя исключать, что цель выживет. Нужно попасть в грудь, уничтожить оба легких и сердце, повредить все соединенные с ним вены и артерии. Гарантировать такой результат может лишь заостренная пуля диаметром чуть больше трети дюйма, ударившая в грудную клетку с импульсом в тысячу фунтов.

Цель номер пять.

Цель номер шесть.

Цель номер семь: крепкий парень, настоящий боец, он постоянно находился в движении, дергался, извивался, выкручивал руки, даже попробовал увернуться от пули, но умер после первого выстрела.

Наконец-то программа сработала как надо.

Он сделал комплекс физических упражнений, хорошенько пропотел, провел сорокаминутный спарринг с боксерской грушей по русской системе «Спецназ», принял душ, съел все, что ему принесли, и совершил намаз, после чего взял в руки любимую книгу – «Полное руководство по стрельбе» Джека О’Коннора. Джуба в достаточной мере знал так называемый стрелковый английский: сперва изучил основы языка, а потом – технические термины. Поначалу было непросто, но, потратив массу времени и сил, он научился разбирать текст, не упуская математических тонкостей, а такое доступно далеко не всем. Он углубился в главу «Революционная концепция № 2: фактор ветра», и тут в дверь постучали.

На пороге стоял сеньор Менендес, а рядом с ним – переводчик Хорхе и парень с черным чулком на голове.

– Да?

– Друг мой, нам нужно поговорить.

– Да, конечно.

Он пригласил их войти и сел на кровать. Менендес опустился на стул, парень в чулке застыл у него за спиной, у правого плеча, а непоседливый Хорхе разместился слева, возле кровати, чтобы лучше слышать обоих мужчин.

– Говорят, вы делаете замечательные успехи, – сказал Менендес. В последнее время он не появлялся на стрельбище.

– Я настроил прицел, рассчитал баллистику и добился удовлетворительных результатов. Разумеется, есть и другие факторы, которые трудно предусмотреть. Что, если в день выстрела пойдет дождь или поднимется сильный ветер, если изменится расписание, если в зоне выстрела неожиданно случится мероприятие? Я не властен над этими факторами, и они меня тревожат. Но это продлится недолго.

– Да, понимаю. Значит, скоро вы нас покинете?

– Да. Винтовку нужно передать моим людям, чтобы те разместили ее в нужном месте, после чего я отправлюсь туда же, соблюдая все меры предосторожности. Все это очень утомительно. Не будь моя вера столь крепкой, я давно опустил бы руки. Но я не глуп, я понимаю, что сеньор Менендес пришел не для того, чтобы поболтать о моем настроении и успехе в делах.

– Вы правы.

– Чем могу помочь?

Джуба заметил, что Хорхе дышит тяжелее обычного. Значит, разговор будет непростым. Человек в чулке сверлил Джубу взглядом. Готовится отразить возможную атаку? Нехорошо.

– Итак… боюсь, ваши планы придется изменить.

– Расписание уже готово, – сказал Джуба, – и я намерен его придерживаться.

– К сожалению, друг мой, это невозможно.

Джуба молчал. Он пытался сообразить, что случилось. Неужели евреи обо всем пронюхали и предложили Менендесу деньги за голову Джубы? Даже больше, чем вложили в операцию его хозяева?

– Вы знаете, что я управляю внушительной империей. Я построил ее с нуля, учитывая ошибки старших товарищей и свои собственные. Я крайне серьезно отношусь к безопасности, умею распоряжаться активами и прекрасно разбираюсь в тонкостях, о которых почти никто не знает. Поэтому у меня есть власть.

– Это очевидно и бесспорно.

– За всю свою карьеру я не сталкивался с серьезными угрозами – ни от конкурентов, ни со стороны блюстителей закона.

– Но теперь?

– Но теперь удача повернулась ко мне спиной. Контролировать можно все, кроме невезения. Обстоятельства сложились так, что мне грозит опасность. Лично мне, моей персоне. Если меня арестуют и посадят в тюрьму, пусть даже всего на пару лет, моему бизнесу конец. Сейчас все идет как идет, но потом будет иначе. Без меня система затрещит по швам. Мои заместители – прекрасные люди, но они станут принимать неверные решения. Конкуренты найдут у нас слабые места, наши люди начнут переходить на их сторону, полиция удвоит, а то и утроит свои усилия. Теперь вы понимаете, почему я так озабочен.