— Разве это проблема? Моя лучшая бригада монтажников выедет к вам в восемь утра, — заверил директор, ставя размашистую подпись на документах. — В одиннадцать ноль-ноль вы уже сможете запускать в вольер зверя. Гарантирую.

Я удовлетворенно кивнул, передавая ему конверт с деньгами. Пятьдесят тысяч оставил в кармане, рядом с перетянутой резинкой откупной мошенника. Живчик одобрительно тявкнул, показывая мордочку из моей расстёгнутой куртки. Искорка булькнула в переноске.

Пронин улыбнулся напоследок, с нескрываемым интересом провожая взглядом моих питомцев.

Через пару минут мы уже выходили из здания, направляясь к микроавтобусу. Проблема с ухалем, казалось, была решена. Теперь оставалось самое сложное. Заставить тупого и очень ленивого болотного монстра слушаться команд.

Возвращение на базу прошло в тишине. Белов, кажется, только сейчас до конца осознал, что мы не только вернули украденные деньги, но и умудрились получить вольер с микроклиматом за полцены. Помощник то и дело бросал на меня задумчивые взгляды, в которых прослеживались нотки уважения и признания меня лидером.

Добравшись до базы, я принял звонок владелицы гильдии. Она переживала, что я не мог не записать ей в плюс.

— Кира, выдыхай. Твой перекупщик оказался мошенником. А мы подписали договор с «Молнией», — сообщил я в трубку. — Вольер будет у нас завтра утром. Монтажники приедут в восемь.

— Горай, ты… ты просто маг какой-то, — в голосе финансового директора послышалось неподдельное облегчение, смешанное с шоком. — Но подожди. Для модульного вольера нужна принудительная вытяжка. Мощная. Иначе их климат-контроль попросту не будет работать как надо.

— Я помню. Вентиляционные короба, которые ты заказывала ещё до всей этой суеты с Центрифугой, доставили? — уточнил я, выходя из транспорта у центрального входа в здание гильдии.

— Христофор Родионович принял груз, — услышал я из динамика. — Хотя, что странно, мне они ещё не отзвонились.

Я сбросил звонок, заходя в холл. Христофор Родионович, как всегда, восседал перед мониторами, из его кабинки шумели трибуны и кричал комментатор. Старик смотрел один из матчей арены.

— Христофор Родионыч, — окликнул я охранника. — Короба вентиляционные привезли?

— Привезли, Артур Викторович, — басовито отозвался Дед. — Я их встретил, запустил на задний двор.

— По бумагам всё в порядке?

— Да, в порядке. А сколько там должно быть звеньев? — невзначай спросил дед.

— Семьдесят восемь, — ответил я, вспоминая рассчитанную протяжённость воздуховода из проекта и утверждённое количество материала.

Христофор Родионович недовольно крякнул, сделал потише звук на крохотном телевизоре, тяжело поднялся. Звеня ключами, он скрылся в коридоре.

Я остался ждать у поста, прокручивая в голове завтрашнюю тренировку на погрузчиках. Надеюсь, что пройдёт без происшествий. Тем более работяги говорили о прорабе, он должен будет скоро появиться. Как бы с ним не возникло проблем.

Да ещё стратегия по укрощению тапироида требовала обдуманного подхода. Нужно было найти подход, чтобы заставить шевелиться этого ленивца.

Мои размышления прервал громкий забористый мат.

Родионыч появился в коридоре. Охранник был не просто злой, он был в ярости. Дед яростно чесал затылок, а его обычно невозмутимое лицо аж перекосило.

— Что стряслось? Короба бракованные? — нахмурился я.

— Нет там никаких коробов! — в сердцах рявкнул Христофор Родионович, швырнув связку ключей на стол. — Там вообще пусто! Я всё облазил! А потом вспомнил.

Дед виновато отвёл глаза, тяжело вздохнул, стащив с головы кепку и сминая её в руке.

— Артур Викторович, это я… старый дурак, — признался он, понизив голос. — В час дня приехал, значит, грузовик. Водитель щербатый сунул мне накладные. Там чёрным по белому: «Короба вентиляционные, габаритный груз». Печати, подписи. Всё чин по чину. Я и запустил их, да ещё открыл боковые грузовые ворота, в тренировочный зал. Как сказали, часть оборудования туда сгрузят.

Я лишь хмыкнул в ответ. Вот картинка и сложилась воедино. Поддельные документы, использование нужного момента для доставки посылки.

— Тот стальной ящик, что ты резал болгаркой, завезли именно они, — медленно произнёс я, понимая, насколько изящно Ветров-старший провернул свою операцию.

— О чём и толкую, — мрачно кивнул охранник. — Но он был запакован в плёнку, туго замотан прям. Я ещё спросил, чего он такой тяжёлый. А щербатый мне — там мощные вентиляторы. Я и поверил.

— Не вини себя, Родионыч, — я похлопал охранника по плечу. — Накладные были поддельными, а люди Ветрова умеют пускать пыль в глаза. Главное, что разобрались. А с коробами… придётся решать проблему прямо сейчас.

Набрав номер Киры, я приготовился сообщить владелице гильдии не очень хорошую новость.

Узнав о пропаже коробов, Кира выдала такую тираду, от которой покраснел бы даже барон Сверчанский. Однако факт оставался фактом: вентиляции у нас не было, а без неё установка модульного вольера теряла всякий смысл.

Я проверил карманы. В наличии по-прежнему пятьдесят тысяч рублей, оставшихся после сделки с «Молнией», и двадцать тысяч «штрафных», любезно пожертвованных скользким перекупщиком. Семьдесят тысяч. Вполне достаточно, чтобы заставить шестерёнки местного бизнеса крутиться быстрее.

Первым делом я набрал номер поставщика вентиляции, договор с которым лежал у Киры в папке.

— Слушаю, — раздался в трубке ленивый голос менеджера.

— Гильдия «Огненные львы». Артур Горай, — ледяным тоном начал я. — Вентиляционные короба ещё не пришли. Мне безразлично, что у вас произошло. Меня волнует, что коробов на базе нет.

— Эээ… подождите… — замямлил менеджер, теряя свою вальяжность. — У нас в базе отметка о доставке…

— Отметка явно липовая. К нам ничего не приезжало, и накладные мы не подписывали. Если через час короба не будут лежать на нашем складе, я активирую пункт о неустойке, прописанный в договоре, — жёстко оборвал я его. — Плюс заявление в полицию о мошенничестве. Время пошло.

Я бросил трубку. Судя по испуганному сопению на том конце, проблема с материалом решена. Уж очень скоро его доставят, и разгрузят куда надо. Теперь нужны были рабочие руки, которые поставят их куда требуется, согласно чертежей, которые Кира с горем пополам выбила из местного проектного бюро.

Спустя десять минут я договорился и по установке, всё с той же компанией-поставщиком коробов. Через полчаса бригада монтажников уже стояла в коридоре базы. Это были четверо здоровых мужиков, которые, судя по их сонным лицам и неторопливым движениям, являлись прямыми родственниками присланного нам тапироида.

— Так, мужики. Задача ясна? — я обвёл их суровым взглядом. — Раскидать трассу под потолком, врезаться в старые шахты, вывести в вольеры. Срок до завтрашнего полудня. Артём Сергеич Белов отправляется в тренажёрный зал.

Я не дал помощнику и рта открыть. Видел, что он хотел сделать перерыв, но команде нужна тренировка.

Сам же пока отправился в свой кабинет. Нужно было убрать весь накопившийся хлам в ящиках стола и старом шкафу, которые я уже скоро поменяю.

Больше получаса я набивал мешки мусором. Не знаю, кто обитал в этой комнате. Но принцип «Авось пригодится» зачастую неверен. Чего здесь только не было. И неопознанные пузырьки с непонятным содержимым, и трафареты, измазанные краской. Пуговицы, ржавые зажимы для бумаг, рулоны бечёвки, рассыпавшейся в руках. И много ещё того, что уже бесполезно и не пригодится никогда.

Параллельно я выпустил Искорку, которая старалась приглядывать за Живчиком. Пару раз терьер чуть не проглотил большие пуговицы, потом зажевал лист бумаги, на котором отпечатались пятна, будто в него рыбу заворачивали. Следом попытался погрызть ржавый степплер. Каждый раз Искорка пыхала струйками дыма в сторону щенка, отгоняя его от совсем не полезной еды. В итоге Живчик обиженно заурчал и устроился под шкафом, вгрызаясь в одну из ножек.

— Экий баламошка, — насмешливо прострекотал гусар, посматривая в сторону Живчика. — Совсем инстинкт самосохранения потерял. Слава усам, мадам держит периметр.