Это было так непривычно. В моём доме мужчины никогда не касались посуды. Для этого была мама или мы с сестрой, а отец считал быт чем-то унизительным. А Градов просто сгрузил всё в раковину, включил воду, и в этом простом, обыденном жесте было столько... нормальности.

Я невольно залюбовалась тем, как перекатываются мышцы на его спине, когда он двигается.

– Эй, – он вытер руки полотенцем и обернулся, поймав мой взгляд. – Ты чего там затихла? Уснула?

– Нет. Просто смотрю на тебя, – честно призналась я, чувствуя, как от выпитого вина и его внимания я стала чересчур откровенной.

Руслан хмыкнул, бросил полотенце на столешницу и неспешным шагом подошёл ко мне. Опёрся руками о подлокотники дивана, нависая надо мной и загораживая собой закатное небо.

– И как? Нравится то, что видишь? – в его голосе снова появились те самые низкие, хрипловатые нотки, от которых по коже побежали мурашки.

– Очень, – выдохнула я, сама пугаясь своей внезапной смелости.

Глаза Руслана опасно потемнели. Взгляд стал тяжёлым, голодным, от него внутри всё сжималось в сладком предвкушении. Он сел рядом и одним плавным движением притянул меня к себе на колени.

Я тихо ахнула, инстинктивно упираясь ладонями в его твёрдую грудь, но даже не попыталась отстраниться. Наоборот, пальцы сами скользнули вверх, к его шее, зарываясь в короткие жёсткие волосы.

– Ты помнишь, – его губы скользнули по моей щеке, обжигая дыханием чувствительную кожу на шее, – что я обещал сделать, когда мы покончим с рыбой?

– План «Б»? – шёпотом переспросила я. Сердце сорвалось в бешеный галоп.

– Именно. И я привык выполнять обещания.

Его ладонь легла на мой затылок, а губы уверенно прижались к моим. Он целовал жадно, откровенно показывая собственническое желание мужчины, который берёт своё. И, к собственному удивлению, я ответила ему с такой же отчаянной жадностью.

Все запреты, правила генеральской дочки и страхи исчезли. Я прижалась к нему всем телом, чувствуя, как его сильные горячие ладони скользят по моей спине, забираясь под тонкую ткань рубашки и обжигая кожу.

– Руслан... – судорожно выдохнула я, когда он вдруг подхватил меня на руки и легко поднялся с дивана.

– Тихо, Анюта, – хрипло отозвался он. – Наш медовый месяц в самом разгаре.

В спальне монотонно гудел кондиционер. Руслан опустил меня бережно и на секунду замер сверху, упираясь руками по обе стороны от моего лица.

От него пахло дымом от недавнего гриля, морской солью и немного лимоном. Этот простой запах почему-то бил по нервам сильнее любого парфюма. Он делал всё происходящее до одури реальным.

В полумраке комнаты его глаза казались совсем тёмными. Он тяжело дышал, на скулах ходили желваки – было видно, чего ему стоит сейчас этот контроль.

Я сама потянулась к краю его футболки. Потянула вверх, комкая ткань. Руслан глухо рыкнул, одним резким движением стянул её через голову и отшвырнул куда-то в темноту комнаты.

Раздевались мы суетливо. Пуговицы моей рубашки не желали расстёгиваться, Руслан тихо чертыхнулся, в итоге просто стянул её с моих плеч вместе с бретельками белья.Он был тяжёлым, большим и занимал собой всё пространство, но впервые в жизни эта сила меня не подавляла. Наоборот, она успокаивала и придавал уверенности.

И эта внезапная уверенность пьянила хлеще выпитого за ужином вина. Вдруг отчаянно захотелось не просто отдаться ему на милость, а самой вести, самой изучать этого мужчину, который сегодня так безапелляционно отгородил меня от всего мира.

Я скользнула ладонями по его разгорячённой груди и легонько толкнула. Руслан удивлённо приподнял бровь, но послушно поддался, перекатываясь на спину и утягивая меня за собой. Я оказалась сверху, перекинув ногу через его бёдра.

Мои пальцы, всё ещё немного дрожащие от собственной смелости, скользнули по его торсу. Я обводила подушечками рельеф мышц, задерживалась на старых, побелевших шрамах, чувствуя, как под кожей бьётся его пульс. Затем руки спустились к поясу шорт. Я потянула плотную ткань вниз, помогая ему избавиться от остатков одежды вместе с тёмными боксерами.

Руслан тяжело, судорожно сглотнул.

– Аня... – голос прозвучал сдавленно, с хрипотцой, больше похожий на рычание. – Ты играешь с огнём. Ещё пара минут таких ласк, и я не выдержу. У меня просто сорвёт тормоза.

Вместо того чтобы испугаться, я улыбнулась. Мне до одури нравилось это его состояние. Осознавать, что этот сильный, опасный, железобетонный мужчина, от одного взгляда которого люди впадают в ступор, сейчас буквально плавится под моими руками. Сходит с ума от моих неумелых касаний. Это дарило невероятное чувство абсолютной власти.

Я отбросила его вещи на пол. Мой взгляд скользнул ниже. Отбросив последние остатки стеснения, я робко прикоснулась к нему. Осторожно провела кончиками пальцев по головке, изучая, чувствуя, какой он твёрдый и горячий. Обхватила ладонью и медленно рукой провела вверх и вниз.

Руслан утробно застонал. Он запрокинул голову, обнажив напряжённую шею, на скулах заходили желваки. Каждое моё движение отдавалось мелкой дрожью в его теле.

Эта реакция придала мне ещё больше смелости. Я наклонилась, позволяя своим волосам скользнуть по его живот, и прикоснулась губами к гладкой головке. Осторожно, пробуя на вкус, дразня.

Но моя власть закончилась слишком быстро. Я успела сделать лишь пару движений губами, когда хвалёный армейский контроль Руслана окончательно треснул.

Сквозь зубы вырвалось глухое ругательство. Огромные, сильные руки перехватили меня за талию, и в следующую секунду мир перевернулся. Я даже пискнуть не успела, как оказалась вмятой лопатками в матрас, а Руслан снова навис сверху.

Он грубо стянул с меня трусики, развёл мои колени и вошёл одним резким, глубоким толчком, до самого основания.

Это было мощно. Быстро. Дико. Никакой нежности и долгих раскачек – только первобытная, жадная потребность. Я вскрикнула, выгибаясь навстречу его напору. Кровать отчаянно заскрипела, ударяясь изголовьем о стену, мой стон потонул в его поцелуе, и я окончательно потеряла связь с реальностью, растворяясь в этом сумасшедшем, сбивающем с ног ритме.

Глава 25.

* Аня *

Прошло несколько дней. Время здесь, на острове, текло совершенно иначе, и мы с Русланом словно забыли о том, что где-то там, на материке, существует другая жизнь. Мы жили беззаботно, легко, отринув привычный нам обоим статус, роскошь и дорогие отели. Нам ничего этого было не нужно. Мы много гуляли по дикому побережью, купались до изнеможения, выходили в море на рыбалку на небольшой моторной яхте, которую Руслан взял в аренду. Мы просто были вместе.

Я чувствовала себя абсолютно, до одури счастливой. Думать о том, что ждёт нас по возвращении в реальный мир, совершенно не хотелось. Мы не сговаривались, но упорно обходили эту тему стороной, хотя каждый из нас прекрасно понимал, что дата обратного вылета неумолимо приближается.

Сейчас мы лениво валялись в кровати, которая за эти дни стала нашим настоящим уютным гнёздышком. Сколько здесь всего было... Сколько сумасшедшей, жадной любви, смеха и откровенных разговоров в полутьме.

Я лежала полуобнажённая, разомлевшая от утреннего солнца, и лениво водила кончиками пальцев по широкому плечу Руслана. В голове яркими вспышками проносились фрагменты вчерашней ночи. С ним я стала совершенно другой – смелой, раскованной. Он так часто повторял, что я красива, с таким восхищением смотрел на меня каждую секунду, что я, кажется, наконец-то сама в это поверила.

От обилия солнца моя кожа приобрела ровный золотисто-тёмный загар, тёмные, слегка выгоревшие волосы от влажного морского воздуха слегка вились, спадая на плечи небрежными волнами. То ли природа, море и отдых так на меня повлияли, то ли слова Руслана и то, как он меня любил, но, глядя в зеркало, я себя не узнавала. Вместо зажатой, вечно серьёзной и правильной генеральской дочки на меня смотрела уверенная в себе, расслабленная и по-настоящему привлекательная женщина. Как всё-таки важно, чтобы человека просто любили, – пронеслось в голове.