— Охотно разделю участь Яны, — широко улыбаясь, ответила Лида, разворачиваясь.

Мара, пригнувшись, бесшумно побежала вперёд, пользуясь тем, что Морок на неё не смотрит.

— Какая ты покладистая, даже не интересно. Я надеялся, что тебя тоже придётся ломать медленно и с удовольствием, каждый день придумывая всё более изощрённые наказания, — глаза Морока осветились изнутри.

— Надеюсь, Яночка пережила эти муки? Но зачем сопротивляться? Ведь сказали классики: веленью Морока, о Лида, будь послушна.

— Не переживай, пленная носительница осколка Мары ещё жива. Но... Откуда стихи обо мне? — человекообразная тварь выросла и положила бледную руку на макушку девушки.

Лида опустила взор в пол, украдкой глянула на разбегающуюся для прыжка Мару и сказала:

— Есть ода величию Морока. Дозвольте, я прочту часть, чтобы хоть чем-то загладить вину? — Лида склонилась и положила руки на автомат.

— Это не изменит твоей участи, но позволяю, — Морок погладил её по волосам.

Мара прыгнула. Лида громко произнесла:

Читают на твоём челе

Печать проклятия народы,

Ты ужас мира, стыд природы,

Упрёк ты богу на земле.

Последние строки Черных договорила, расстреливая Морока в упор.

Несколько мгновений существо собиралось.

Мара рванула по тросам к центру паутины, прыгнула и впилась зубами в руку Анайкина.

Бетонная крыша разлетелась мелким ледяным крошевом. Четверо провалились в вязкий ледяной туман.

Изуродованное пулями тело Морока теперь срасталось на снегу. Лида поднялась, отряхивая тулуп.

— Добро пожаловать на нашу территорию, — хмыкнула Черных. — Климат тут дрянь, зато хозяйка гостеприимная.

Проекция брата яростно зарычала. Кости хрустнули, плоть начала раздуваться, превращаясь в многоголовую тень.

Мара обернулась. Синие губы воительницы чуть заметно искривились. Она бросила оружие и хлопнула в ладоши.

Монстр подавился рёвом. Огромная тень сжалась, вспыхнула синим пламенем и беззвучно рассеялась на морозном ветру.

На чёрном снегу остался бледный, обессиливший Анайкин. Рваные раны исчезли с его тела. Разорванная шёлковая рубашка висела грязными лохмотьями. Мужчина лежал в позе эмбриона, закрывая голову трясущимися руками.

Лида опустилась на снег рядом. Журналистка положила голову мужчины себе на колени. Вязаная рукавичка легла на вздрагивающие плечи.

— Эй, — тихо позвала девушка. — Всё закончилось!

Анайкин судорожно всхлипнул и приоткрыл глаза. Зрачки парня расширились. Он узнал лицо склонившейся над ним спасительницы.

— Ты... — мужчина дёрнулся, пытаясь отползти. — Это же тебя приказали подкупить или запугать...

— Предлагаю сделку, — Лида чуть склонилась, перекрывая ему вид на неподвижную Мару. — Расскажи про ваши схемы и ложу. А я спасаю тебя от высоты, насекомых и не дам умереть. Хочешь вернуться к дочери?

Мужчина затравленно посмотрел на руки.

— Черви точно не вернутся? — спросил парень, размазывая слёзы по грязным щекам.

— Это сон, — мягко ответила Черных, поглаживая его по коротким волосам. — Здесь нет диктофонов и прокуроров. Только твоя совесть. Облегчи душу, и спокойно проснёшься в постели.

Анайкин судорожно сглотнул, посмотрел на тёмное небо и заговорил.

Рассказал о троих принимавших в ложу: Наимове, Самохвалове и неизвестной женщине лет сорока. Поведал всё, что знал о коррупции. Рассказал, что всеми «серьезными операциями» занимается отряд Белой Общины под руководством мужчины в черном дорогом пальто и белом шарфе. Сказал, что перед сном поехал на встречу с ним к недостроенному дому с фреской, припарковался и уснул.

Лида проснулась и потянулась.

— Вовремя, я хотел эссенцию тратить и будить, — детектив стоял рядом, его глаза затянула белая пелена, — Мара тебя хвалит. Говорит, прощёный разбойник скоро придёт в себя.

— Передай, я знаю, как победить Морока. — Черных аккуратно открепила пластырь и вытащила капельницу, прижимая открывшуюся ранку пальцем. — В своём изолированном магическом осколке он всесилен, но не всеведущ. Он может изменять себя и Навь быстро, но не мгновенно.

— А может быть, сначала разберёмся с проблемами за окном?

Журналистка подошла к подоконнику и отодвинула шторку.

Между корпусами больницы, на парковке стоял джип «Стражей Реальности», полицейский УАЗ и восемь человек в разномастном камуфляже. Мужчина в чёрном пальто и белом шарфе, с кожаной папкой в руках, раздавал цветные фотографии Лиды и Артёма.

— Скоро нас начнут развешивать по заборам с подписью «их разыскивают»? — журналистка пригляделась к соседней крыше и заметила двух крупных воронов.

— С другой стороны ещё столько же. Альбина написала, что они останавливают каждого и опрашивают.

— Убежать не выйдет. Полиция за них. ОМБ может попробовать нас вытащить, но скомпрометирует вас. — Черных опёрлась о подоконник и побарабанила пальцами.

— Здесь оставаться не вариант. Все выходы оцеплены, скоро полицаи начнут обход и опрос. — Детектив подошёл к двери и украдкой выглянул в пустой коридор.

— Хорошо, что они ищут Лиду, а не бородатого смазливого очкарика в кепке, — журналистка прошлась по комнате.

— При пристальной проверке тебя раскроют и застрелят. — Детектив отошёл и судорожно осмотрел палату.

Дверь распахнулась. В комнату вошла Альбина в синем парике и тельняшке.

— Всё, звезда, рулю. Мы не прорвёмся, их слишком много. Звони в ОМБ, пусть вытаскивают!

— Погоди, расскажи что ты узнала в отделение интенсивной терапии?

— Да почти ничего, психопатическая кома. Вроде как начал приходить в себя. Жена сказала, что Анайкину пришла повестка, он поехал обсудить линию защиты с каким-то юристом и пропал. Нашли под утро.

Лида села на кровать. Закрыла глаза, глубоко вдохнула и выдохнула несколько раз.

— Я, кажется, придумала план. Мы не побежим. Отвлечём внимание врага, измотаем и обхитрим! — Лида с улыбкой встала. — Альбина, иди в соседний корпус по переходу, поджигай бумагу и парик в туалете. Жми сигнализацию, выбегай и кричи, что видела Черных.

— И чё? Меня тут же сцапают и допросят! — Альбина нахмурилась, поджала губы.

— Ты частный детектив, ловишь коварную меня. Почти настигла, но Черных устроила поджог, чтобы всех отвлечь! — Лида прищурилась и широко улыбнулась.

— Чё, прямо думаешь, там такая паника будет из-за дыма? — татарка скривилась.

— Нет, учебные тревоги каждые два месяца включают. Часть персонала и больных с кислыми рожами выйдут. Их начнут опрашивать. Потом будут обыскивать тот корпус.

Альбина кивнула и быстро вышла из палаты.

— А мне что делать? — спросил Павел.

— Ты палату на себя снимал? Ложись на койку, делай вид, что отдыхаешь после капельницы. Я твой двоюродный брат Тагир, жду, когда тебе полегчает, чтобы отвезти домой.

— Не сработает... — сказал детектив, передавая халат и бахилы.

— На расстоянии сотни метров от Анайкина два шестиэтажных здания больницы. В каждом по три отделения, десятки палат и кабинетов. Ещё подвал и чердак. — Лида продолжила говорить басом с восточным акцентом: — Брат, а сколько времени займёт осмотр соседнего корпуса?

— Полицейские наберут понятых из числа общинников, медперсонала и посетителей. Будут осматривать четырьмя тройками свои зоны. — Павел снял ботинки и сунул их под кровать, лёг и укрылся. — Учитывая сотни помещений, осмотр займёт часа три.

— И насколько внимательно полицейские будут проверять каждого в нашем отделении?

— Визуальный осмотр, пара контрольных вопросов и пошли дальше. Может шанс и есть.

Лида усмехнулась, села в кресло, достала телефон.

Подготовила отчёт для ОМБ, зашифровала его ключом «Лисёнок-ноябрь». Текст превратился в набор латинских букв и символов. Отправила шифр с фейкового аккаунта в ВК через личные сообщения. Подождала, пока отчёт прочтут, удалила сообщение и отправила нейтральное «Привет, давай познакомимся?».