Конечно, такая рана не была критической, да и вообще вряд ли могла подобного монстра сильно обеспокоить. Однако боль змея точно почувствовала — она зашипела громче и подняла голову. Скорее всего, собралась ударить мордой — форма морды прямо намекала, что она этот приём использует. И учитывая её массу, такой удар для любого из нас с гарантией стал бы последним.

Ударить змея не успела — Арна метнула свой нож, и у неё это получилась гораздо лучше, чем у меня. Её нож промелькнул так быстро, что я только краем глаза уловил полёт. Змея тоже не успела уклониться, и её нож глубоко вошёл прямо в центр тупого змеиного носа. Змея задрала голову и зашипела так, что у меня заложило уши. До меня донеслось ощущение такого бешенства и жажды крови, что душа буквально ушла в пятки — я всегда воспринимал эту фразу как всего лишь заезженный оборот, но сейчас полностью ощутил, что это именно буквальное описание.

Ноги и руки меня, к счастью, всё ещё слушались. Мелькнула было мысль метнуть ещё и своё копьё, но задержка даже на мгновение могла закончиться очень плохо, так что я просто крикнул «Беги!» и побежал сам. Арна тоже медлить не стала.

Всё-таки нравится мне характер Арны, с ней как-то очень легко. Никаких капризов, никаких обсуждений, никаких возражений — она может спросить после, почему я делал то-то или то-то, но это будет потом, а сейчас она выполняет команды без малейшей задержки. Здесь, конечно, больше сказывается боевой опыт, который у неё явно есть, но видно, что и характер тоже подходящий.

Вообще, большинство змей довольно медленные и не способны догнать идущего быстрым шагом человека. Однако не все — некоторые способны соревноваться и с бегущим человеком, а кое-какие могут догнать и бегущую лошадь. Эта оказалась как раз из быстрых. Мы бежали изо всех сил, однако она не только не отставала, но и постепенно догоняла. Догоняла совсем понемногу, но я чувствовал, что расстояние между нами уверенно сокращается.

— Перед озером уходи влево! — крикнул я на бегу.

— На уступ? — сразу же догадалась она. — Ты первый!

Не очень-то хорошо прятаться за девчонку, но предложение выглядело разумным — в отличие от меня, Арна могла что-то сделать своим копьём, зато у меня может получиться пострелять из-за её спины. Спорить я, разумеется, не стал, а просто ещё чуть-чуть прибавил хода, чтобы забежать на уступ первым.

На уступ я заскочил, чуть не упав на резком повороте, но всё-таки удержался на ногах и сразу кинулся вверх. Боковым зрением уловил, как следом за мной на уступ запрыгнула Арна, буквально на насколько вершков разминувшись с вылетевшей следом головой змеи.

Змея по инерции залетела в озеро на пару саженей, но быстро сориентировалась и определила, куда подевалась излишне прыткая добыча. Это заняло у неё всего лишь несколько секунд, но мы к этому времени уже были почти под потолком пещеры, где уступ сужался настолько, что там едва мог уместиться один человек. Змея быстро заскользила по уступу к нам, а я начал стрелять. Не очень успешно — я видел дырки от попаданий, но змею они даже не замедлили. Впрочем, в голову мне не удалось попасть ни разу. Да если бы даже и попал… не думаю, что один-два попадания в голову сильно бы помогли — слишком уж эта змея была велика, чтобы остановить её несколькими пулями обычного винтовочного калибра. Крупнокалиберный пулемёт, скорее всего, мог бы её остановить, но пулемёт я с собой прихватить не догадался, а винтовочный калибр рассчитан на людей, а не на монстров, способных, не напрягаясь, проглотить корову.

Когда змея оказалась уже совсем рядом и подняла голову, готовясь нанести удар, Арна стремительно переместилась навстречу и на всю длину вогнала лезвие копья ей под челюсть. Этого было, конечно, недостаточно, чтобы убить или хотя бы серьёзно ранить, но змея подняла голову ещё выше, зашипев опять. Арна рубанула по туловищу, и кристаллитное лезвие оставило огромную открытую рану, из которой потоком хлынула кровь. Для такого монстра это всё равно было лишь чуть больше, чем царапиной, но змея, громко шипя от боли, отпрянула ещё дальше, и тяжёлая туша, наконец, соскользнула с узкого карниза и рухнула в тёмную воду, подняв огромную волну, почти доставшую до нас.

Часть туловища ещё оставалась на суше, но задний ход эта змея давать явно не умела. Она, конечно, всё равно выбралась бы достаточно быстро, но у обитателей озера были совсем другие планы. Кровь, льющаяся из ран змеи, буквально свела их с ума. Озеро кипело. Когда змея подняла голову над водой, на ней сплошным слоем висели червяки, по-моему, даже в несколько слоёв.

— Артём, меня сейчас стошнит, — жалобным голосом сказала Арна.

Я и сам чувствовал тошноту, глядя на это зрелище. Змея всё равно могла бы вылезти из озера, но червяки висели и на голове. Похоже, они выели её глаза или что у неё было вместо глаз. Змея просто не видела, куда убегать — берег был совсем небольшим, попасть туда наугад было трудно, и она с размаху тыкалась в каменные стены, давя висящих на ней червей. На смену им немедленно приходили новые, выпрыгивая из воды навстречу струйкам крови.

Сейчас было самое время, чтобы смыться отсюда подальше, но дорога обратно оказалась полностью перекрыта. Змея билась в судорогах, и её хвост беспорядочно колотил по стенам прохода. Как-то пробраться мимо было совершенно невозможно.

В принципе, нам достаточно было немного подождать, а потом спокойно уходить. Было уже ясно, что даже если змея сможет выжить и уползти, ей будет сильно не до нас. План был вполне хорош, но тут к веселью присоединился новый участник. Вода заволновалась ещё больше, и из глубины показалась пасть огромного червяка, привлечённого суматохой.

— Какой же величины это озеро? — ошеломлённо пробормотал я.

Судя по размерам пасти, этот червяк ничуть не уступал по размерам змее, а скорее всего, заметно её превосходил. Он помедлил мгновение, по всей видимости, оценивая ситуацию, а затем быстрым движением ухватил змею за голову и стал постепенно её заглатывать. Мелкие червяки при этом так и висели на змее, не желая отцепляться, но крупный ничего не имел против этого дополнения к меню.

— Нам нужно уйти отсюда при первой же возможности, — озабоченно заметил я. — Если сюда придут и другие большие червяки, пусть даже меньше этого, они снимут нас с этой полки не напрягаясь.

Арна молча кивнула. Вид у неё был такой, будто её действительно вот-вот стошнит, я её вполне понимал. Зрелище было совершенно отвратительным, но приходилось на это смотреть. К сожалению, уйти не было никакой возможности, потому что змея окончательно взбесилась. Хвост её колотил по стенам прохода, дробя камни. Вода волновалась так, что брызги долетали до нас, но, к счастью, мелкие червяки не обращали на нас внимание, собравшись там, где потоком лилась кровь. Однако больше всего меня заботило то, что волны выплёскивались и в проходы, заодно вынося туда множество червяков. Оставалось только надеяться, что когда всё немного успокоится, и мы сможем проскочить в проход, эти червяки будут слишком заняты остатками змеи и не обратят на нас внимания.

Мы стояли, прижавшись к стене и не шевелясь, до тех пор пока червяк не заглотил змею до половины. Хвост змеи уже не колотил стены, а лежал спокойно, лишь изредка судорожно сокращаясь.

— Пора, — скомандовал я. — Бегом, и следи, чтобы случайно не подцепить кого-нибудь на себя.

Нами никто не заинтересовался. Проход был залит водой и кровью, везде валялись раздавленные червяки. Были и живые — они вяло шевелились, раздувшись от съеденного, и, похоже, подыхали, не в силах вернуться в воду. Мы пробежали мимо уже порядком объеденного хвоста, который временами ещё содрогался, а когда всё осталось позади, Арну, наконец, начало тошнить. У меня был сильный позыв к ней присоединиться, но я всё-таки сдержался и просто отошёл чуть подальше, чтобы не смущать девушку.

— Знаешь, Артём, — с отвращением сказала Арна, когда, наконец, пришла в себя, — я, наверное, больше никогда не полезу в пещеру. А в пещеру со змеями уже точно не полезу.