Я присоединился к ритуалу.

Коньяк был хорош.

— Честно, я признателен за то, что вы сумели вытащить нашу семью, — сказал Чу без лишних предисловий. — Но вам известны мои принципы. Я не готов постоянно работать на некую… организацию.

— И не надо, — парировал я. — Выполняйте мои заказы.

— Вас, барон, интересуют люди. Я специализируюсь на технологиях.

— Разве это отменяет ваши связи? — удивился я.

— Старые связи.

— Никогда не поздно возобновить. За хорошее вознаграждение.

— Потребуется время. Кроме того, я сейчас… в отпуске.

Что касается времени, то оно меня поджимало. Светят крупные оборонные заказы. И что-то мне подсказывает, не только от Эфы. Старки живут у самой воды, а опасность со стороны Наска вполне осязаемая.

Я протянул Кунтуру чек.

Перуанец автоматически взял фирменный бланк «Прогресса», бросил небрежный взгляд на цифру и подвис. Буквально на пару секунд. Но быстро взял себя в руки.

— Аванс, — пояснил я. — Чтобы шестерёнки начали вращаться.

То, что кланы договорятся между собой и пришлют мне специалистов… Нельзя сказать, что я вообще не верю в такой сценарий. Сильно сомневаюсь. Да, общая проблема. Но борзый конкурент, ворвавшийся на рынок, защищённый иммунитетом и формирующий новые правила игры — это зашквар. Ещё и ценными кадрами его снабжать? Маловероятно. Действовать надо самому, на опережение.

Кунтур выпил ещё немного коньяка.

Взглянул на меня с плохо скрываемым интересом.

— Я так понимаю, вы рассчитываете на быстрый результат.

— Срочность в приоритете, — кивнул я. — Но не в ущерб качеству. Поэтому я не скуплюсь на деньги. Будет много заказов, сами понимаете.

— Хорошо, — перуанец принял решение. — Вам удалось меня заинтересовать. Но в чеке — мой гонорар. Потребуются дополнительные расходы. Подкуп, оплата посредников, перевозка специалистов. Некоторые будут пересекать границы с липовыми паспортами, под иллюзией. Доставка таких людей — сложная операция.

— Я всё оплачу. Действуйте.

Я давно намеревался посетить Стамбул, но что-то всё время отвлекало. А ведь там находилась Панорамная Башня — бизнес-центр, подаренный нам с Джан на свадьбу. В конце декабря, когда у моей жены закончился очередной семестр в Университете, я таки решил отправиться в Халифат. Джан надо было встретиться с родными, у меня намечались кое-какие переговоры с партнёрами «Прогресса», а ещё я решил осмотреть Башню.

Левент был центром деловой жизни Стамбула.

В этом районе сосредоточены штаб-квартиры халифатских компаний, представительства мировых концернов, опорный пункт Ганзы, всевозможные банки и знаменитая Стамбульская биржа. Богатство лезло из каждой щели. По улицам разъезжали дорогие машины, из кафе и ресторанов выходили люди в костюмах, стоивших как небольшая африканская страна. Всё здесь было вылизано, каждая плиточка подогнана, всюду царила идеальная чистота. Район тщательно охранялся полицией, встретить тут бомжа или какого-нибудь религиозного психа практически невозможно. Даже остановки общественного транспорта на глаза не попадались.

Бродяга встроился в Башню, использовав её верхнюю часть. Просто прибавил к конструкции два этажа и спустил вниз лифтовую шахту.

Никто не знал о нашем прибытии.

Башня хранила следы массового исхода. Мы с Джан слонялись по опустевшим офисным пространствам и гулким коридорам, любовались панорамой деловых кварталов и прикидывали, где что будет находиться. Федя остался у себя, его эти вопросы не интересовали.

— Очень много места, — сказала Джан, когда мы добрались до конференц-зала. — Тут квадратов хватит на десять представительств «Стрижа», и ещё куча места останется.

— Хочешь сдать эти площади в аренду?

Жена пожала плечами:

— Ну, мы вполне можем разместить тут филиал «Прогресса». И представительство «УралМеха». Но, раз уж ты спросил… Я уверена, что оставшиеся площади можно сдать с немалой выгодой. Доход небольшой, но получим диверсификацию.

— Одобряю, — я согласился, не раздумывая. — Только клиентов надо подыскать… пореспектабельнее.

— Поговорю с папой.

Мы ещё немного побродили по Башне, оценивая масштаб своих новых владений. Потом Джан, как бы невзначай, намекнула на размер налогов и коммунальных платежей, с которыми связано владение этим объектом недвижимости. У меня чуть волосы дыбом не встали. И сразу после этого мы решили, не сговариваясь, форсировать наполнение бизнес-центра. Я позвонил в холдинг Николаю Филипповичу, обрисовал положение вещей и приказал как можно быстрее подготовить внедрение наших проектов на гостеприимную турецкую землю. А Джан пообещала уже сегодня переговорить с отцом и найти солидных арендаторов.

И тут выяснилось, что здание не полностью безлюдное.

В наше распоряжение перешёл работающий здесь персонал. Управляющий, менеджер по аренде, администраторы, охранники, уборщики, главный инженер, слесари и электрики… В общем, целая толпа. Все турки, всем надо платить зарплату. И эти ребята вообще не поняли, как мы проникли на объект через крышу, не попав на камеры наблюдения в холле, у главного входа и на парковке. Пришлось объяснять, знакомиться, расставлять точки над «ё». Хорошо, что арабским прекрасно владеет не только моя жена, но и я сам.

Управляющий оказался душевным мужиком, который сильно переживал за коллектив. До нашей беседы он вообще не был уверен, что люди сохранят рабочие места. О моих планах никто не знал, и в теории ничто не мешало всех уволить, а комплекс продать. Я заверил, что не собираюсь так поступать, и что отныне я для этих ребят — новый работодатель.

Выяснилось, что Панорамная Башня принадлежала кому-то из родственников Махмуда, и всех, кто раньше тут арендовал помещения, попросили на выход. Никто, естественно, в суд не подавал. Потому что судиться с правителем Халифата — это заявка на премию Дарвина. А хорошая новость заключалась в том, что управляющий не разругался с бывшими арендаторами, сохранил их контакты и заявил, что может начать переговоры о восстановлении договоров, если я не возражаю.

— Видишь, — сказал я Джан. — Не придётся твоего папу тревожить.

Мы сразу приступили к обсуждению главного вопроса — где разместить наши филиалы, сколько под это отвести площадей и на каких этажах. Зафиксировали базовые хотелки. Я тут же предоставил управляющему прямой канал связи с холдингом, чтобы уладить детали. И поставил задачу: составить список благонадёжных арендаторов, а с остальными договора не подписывать. И вообще, никого не вселять, пока мои люди не переберутся в Башню и не наведут порядок в своих владениях.

После визита в бизнес-центр пришлось ехать в Дом юстиции и подавать заявку на регистрацию структурного подразделения холдинга. Иначе мы не могли платить здесь налоги, нанимать местных и начислять им зарплаты. К счастью, «Стриж» в Стамбуле уже работал, и мы просто отдали распоряжение перенести его штаб-квартиру в Левент. То же самое и с «Прогрессом». По словам Джан, мы изрядно сэкономили на аренде, повысили свой престиж и «поднялись на новый уровень». Всю дальнейшую работу по расширению и переездам взяло на себя руководство холдинга.

Забросив Джан в имение Куртов, я снова направился в Башню. Требовалось подписать какие-то бумажки и поставить родовую печать. Бумажки ещё готовились юристами, и я решил погулять по верхним этажам бизнес-центра. До пролива Босфор отсюда далековато, но с высоты сорокового этажа мне открывались интересные виды.

Я занял кресло в лаундж-зоне перед изгибающейся стеклянной стеной.

А в следующую секунду ощутил энергетический всплеск.

Резкий, как при телепортации нескольких человек.

Всплески меня напрягают.

Всегда.

И первое, что я сделал на инстинктах — стал проницаемым. Не полностью, чтобы не провалиться на нижний ярус. Сохранил материальными подошвы ботинок и резко выпрямился.

В спинку кресла со свистом вонзилось несколько игл.