Я же знала….знала с самого начала, дура. Мои догадки оправдались.

- Что мне делать? - зачем-то спросила я, как будто могла чем-то помочь.

- Ничего, - сказал он спокойным тоном, - Просто верь мне, как тогда на Байкале, когда мы плыли на катере. Ты верила в меня и все закончилось хорошо.

- Верю, - я закрыла глаза и кивнула головой, хотя сейчас он не мог этого видеть.

Он приехал через час, мы сидели на кухне, пил кофе и обменивались уликами. Я показала заключение, которое мне прислала Алиса, а Саша показал свои документы, где была информация о том, что Разумовский нанял детектива, который следил за Сашей две недели.

- Этот тип хотел окончательно нас поссорить, разрушить наши отношения, - сказал Саша, - Если бы все пошло по его плану, я бы был полностью занят нашими с тобой семейными разборками и упустил бы контракт.

- Но ты не упустил.

- Чуть не упустил, - он посмотрел мне в глаза, - Когда я получил твое сообщение с фотографией, у меня руки тряслись. Я не мог думать ни о каком контракте. Я думал только о том, как объяснить тебе, что это неправда. И понял, что если сейчас не разберусь с этим, то потеряю не контракт, а, самое главное, тебя.

Я молчала, у меня в горле встал ком от его слов.

- Я отказался от переговоров, - продолжил он, - Передал их заместителю, рискнул миллионами, потому что ты важнее.

- Ты…правда отказался? - я не верила своим ушам.

- Правда, заместитель подписал предварительное соглашение вчера вечером. Разумовский проиграл, но его попытка меня подставить - это уже уголовное дело. Я подал заявление в прокуратуру и в суд о клевете.

- Ты серьезно идешь до конца.

- Абсолютно, я не позволю никому разрушать то, что у меня есть. Ни Разумовскому, ни кому либо еще.

Я встала, обошла стол и села к нему на колени. Обняла за шею и уткнулась ему в плечо. Как же он вкусно пахнет, чем-то неуловимо родным и немного кофе.

- Прости меня, - прошептала я, - За то, что усомнилась…за то, что снова поддалась страху.

- Не извиняйся, - он нежно погладил меня по спине, - Ты имеешь право сомневаться, я дал тебе повод. И я буду доказывать снова и снова, пока ты не перестанешь бояться.

Мы сидели так долго, он крепко меня держал в своих объятиях и покачивал на коленях, как маленького ребенка.

Утром мы проснулись бодрыми и выспавшимися, за долгое время.

- А, знаешь, - вдруг проговорил Саша, - мы не пойдем в суд. Я решил иначе.

Я посмотрела на него удивленными глазами, бритого, свежего, с холодным блеском в глазах, и поняла, что он задумал что-то серьезное.

- Судебные тяжбы займут годы, - продолжал он, - А я хочу покончить с этим быстро и красиво.

- Что ты хочешь сделать?

- Встретиться с Разумовским, лично. И объяснить ему, что играть с моей семьей плохая идея.

- Ты хочешь его ударить? - испугалась я.

- Нет, - он усмехнулся, - Я хочу, чтобы он сам себя ударил тем, что обманулся в своих ожиданиях.

Через два дня Саша организовал встречу. Не в офисе, не в ресторане, а в загородном клубе, где Разумовский проводил выходные с семьей. Саша знал, что у него есть слабое место - дочь, которую он обожал. И что жена Разумовского не в курсе его грязных дел.

- Ты собрался шантажировать его? - спросила я, когда он рассказал о своих намерениях.

- Нет, я собрался показать ему, что значит рисковать тем, что дорого, - сказал он, - А ты поедешь со мной, не как наблюдатель, а как участник. Ты посмотришь ему в глаза, пусть он поймет, что женщину, которую он пытался унизить, не запугать.

Мы приехали в клуб в воскресенье после обеда. Разумовский сидел на летней веранде с женой и дочкой. Девочке лет десять, с косичками и веснушками. Саша подошел к их столику, я за ним.

- Николай Петрович, здравствуйте, - Саша говорил вежливо, даже дружелюбно, - Позвольте представиться, Александр. А это моя жена Лена.

Разумовский побледнел, а его жена удивленно подняла бровь. Девочка смотрела на нас с любопытством.

- Мы по делу, - продолжил Саша, - Но не при дамах, может выйдем?

- Я не…- начал Разумовский.

- Выйдем, - перебил его Саша, в его голосе сталью прозвучало нечто, не терпящее возражений.

Разумовский встал, извинился перед женой и вышел с нами к пруду. Я шла следом, чувствуя как колотится мое сердце.

- Что тебе нужно? - Николай пытался изобразить наглость, но голос очень дрожал.

- Я хочу, чтобы ты посмотрел в глаза моей жене, - Саша кивнул в мою сторону, отходя, чтобы меня было видно, - Ты пытался унизить ее фальшивым фото. Ты знаешь, что она пережила? Что она пережила из-за меня, из-за моей глупости, а теперь еще из-за твоей подлости?

- Я не понимаю, о чем ты…- начал снова включать дурака Разумовский.

- Не надо, - я шагнула вперед, - У нас есть доказательства, детектив уже дал показания нотариусу. Фрилансер, который делал монтаж, написал все как было. Если мы подадим в суд, ты сядешь. Пусть ненадолго, но репутация будет испорчена навсегда.

Он смотрел на меня с ненавистью, но я не отвела взгляд.

- Вот что, Николай Петрович, - сказала я спокойно, - Мы не пойдем в суд при одном условии, ты публично признаешь, что фото было фейком. Не в газетах, не в соцсетях , а при личной встрече с партнерами Саши. Извинишься перед ним и передо мной и забудешь дорогу к нашему бизнесу.

- А если я откажусь? - попытался он усмехнуться.

- Ну тогда я расскажу твоей жене, - я посмотрела на веранду, где сидела его жена и дочь, - И твоей дочке. Расскажу, какой ты на самом деле. Не как бизнесмен, а как человек.

Разумовский побелел, его губя перекосило. Саша молчал, наблюдая.

- Ты не посмеешь, - прошипел он.

- Посмею, - я улыбнулась ледяной улыбкой, - Я прошла через ад, а твой ад для меня цветочки.

Он сдался. Через три дня собрал партнеров Саши в переговорной и признался, что заказал фейковое фото. Извинился и сказал, что действовал из-за зависти и глупости.

Саша принял извинения, даже пожал ему руку, а потом сказал:

- Убирайся из моего бизнеса навсегда.

Разумовский ушел, его контракты перешли к Саше. А я, впервые за все это время, почувствовала себя не жертвой, а победительницей.

- Ты была великолепна, - сказал Саша, когда мы остались одни и обнял меня.

Вечером мы поехали в итальянский ресторанчик, заказали бутылку лимитированного вина, чтобы отметить окончание этого дела.

Саша поднял бокал, посмотрел на меня глубоким, нежным взглядом и проговорил:

- Лен, давай сыграем свадьбу. Не откладывая, через пару недель, на Байкале?

Я смотрела на него и не могла решиться, чтобы что-то ответить.

- Ты не хочешь?...Я подожду тогда…- немного замешкался он от моего молчания.

- Ты уверен, что мы не поторопимся?

- Уверен, как никогда.

Он улыбнулся, подошел ко мне, взял меня за руки, присел рядом и крепко обнял:

- Не бойся, я больше не обижу тебя. Это будет самая лучшая свадьба на свете, и самая лучшая невеста в мире.

Мы готовились к свадьбе почти месяц. Целый месяц споров, смеха и бесконечных списков. Вера взяла на себя организацию, она оказалась настоящим талантом в этом деле. Алиса отвечала за девичник и мой образ. Саша занимался домом, который он купил на Байкале. К нашему приезду это должна быть не просто дача, а настоящая усадьба с верандой, камином и огромными окнами.

- Я хочу, чтобы ты шла по песку, - сказал он однажды вечером, когда мы сидели вечером на кухне, - Босиком, и чтобы ветер трепал твои волосы. Чтобы Байкал был свидетелем, что у меня самая красивая невеста.

- А если пойдет дождь? - спросила я.

- Значит будем целоваться под дождем, - засмеялся он, - Так будет даже романтичнее.

Платье я выбрала не белое, а кремовое, легкое, с открытыми плечами и длинным шлейфом. Когда я впервые его примерила, Алиса расплакалась:

- Ты как нимфа, - сказала она, вытирая слезы, - Байкальская нимфа.