— Ты бредишь, — выплевываю я.

Он пожимает плечами, словно у него вся власть мира.

— Ты ведь не хочешь, чтобы наши дети узнали, что их мать — шлюха, которая променяла брак на деньги. Я так и не понял, зачем ты был с моей толстой бывшей женой, если мог выбрать любую женщину в этом зале. Но если она готова так продаться… тут поневоле задумаешься, что сказал бы судья…

Его угрозу обрывает хруст челюсти, когда мой кулак врезается в нее.

— Беккет!

Я различаю голос Лив, но он будто доносится издалека, пока я оседлываю этого ублюдка и молочу его по лицу, не в силах сдержать ярость, разрывающую меня изнутри.

Никто не смеет так говорить с моей женой.



Бруксу и Гэвину хватает минуты, чтобы оттащить Беккета от Дрейка.

Мой бывший муж с трудом поднимается на ноги — ошеломленный, в крови. Он сплевывает на пол, и в сторону отлетает зуб.

Черт.

— Я тебя уничтожу, — цедит Дрейк сквозь прерывистое дыхание, сверля взглядом такого же запыхавшегося Беккета.

— Какого черта? — шипит Гэвин, пока Брукс удерживает Беккета.

— Он назвал мою жену шлюхой. Он ей угрожал, — Беккет тычет в него пальцем. — Я тебя убью.

— Расскажешь братьям о своей маленькой сделке с моей бывшей? — издевается Дрейк. — С компенсацией за это нападение у меня будет достаточно денег, чтобы нанять адвоката и выбить единоличную опеку над детьми.

Гэвин смотрит на меня, потом снова на Дрейка.

— Неа. С того места, где я стоял, выглядело так, будто ты споткнулся и упал. Слишком много алкоголя, не иначе. Наверное, ударился головой.

Глаза Дрейка лезут из орбит, он выпячивает грудь.

— Вы это серьезно? Тут повсюду камеры. Пресса вокруг.

Гэвин кивает.

— Ага. Bouvier Media. Знаешь, кто этим владеет? Джей Хэнсон. А знаешь, кто его лучший друг? — он указывает на Беккета. — Так что давай попробуем еще раз. Ты споткнулся и упал. Верно?

Дрейк переводит на меня жесткий взгляд.

— Тебе это с рук не сойдет.

Сердце колотится, в ушах шумит кровь, и угрозы Дрейка крутятся в голове по кругу.

— Ты с ней не разговариваешь, — рычит Беккет.

Рядом со мной появляется Сара и берет мою дрожащую руку.

— Пойдем отсюда. На нас смотрят.

Оцепенев, я киваю и позволяю ей вывести меня из зала и усадить в лимузин.

Поездка домой проходит как в тумане. Прокручивая в голове каждую минуту последних двадцати четырех часов, я не понимаю, как мы вообще до этого дошли. Все было так хорошо. Даже идеально. После сегодняшнего вечера есть большая вероятность, что вся работа, которую мы проделали, чтобы исправить репутацию Беккета, исчезла в одно мгновение. Стерлась одним эффектным ударом.

А если Дрейк и правда пойдет к судье? Неужели он может забрать у меня детей?

История разлетается почти сразу.

Я лежу в постели, смотрю в потолок, не сняв платье, жду, когда Беккет войдет в дверь, и тут на телефоне всплывает уведомление.

Премьера нового телевизионного шоу Сиенны Лэнгфилд сорвана из-за драки.

Я не открываю ссылку. Не могу заставить себя читать черным по белому то, чему была свидетелем собственными глазами. Каждый момент намертво врезался в память и крутится по кругу в тишине спальни.

Телефон снова подает сигнал — на этот раз сообщение.

Сара: Не переживай. Мы держим ситуацию под контролем. Ты в порядке?

Я:Да. Есть новости от Беккета?

Сара: Братья вытащили его оттуда. Посадили на ранний рейс, чтобы избежать прессы. Ближайшие несколько дней он летит с командой. Наверное, даже к лучшему, что его не будет здесь во время этого дерьмового шторма.

У меня сводит желудок, в глазах жжет от слез. Я совсем забыла, что на этой неделе у Беккета поездки. Обычно я летала бы вместе с ним, но после того как утром он настоял, чтобы я осталась дома с детьми…

Я вздыхаю. Мне просто хочется его увидеть. Поговорить. А он теперь в чертовом самолете?

Сара: Он сказал, чтобы ты завтра не приходила в офис. Дай нам сначала согласовать версии.

Я: Ладно. Я даже не отвечаю. Не знаю, что сказать.

В дверь стучат, и Дилан протискивается внутрь. За ней следом заходят Шейла и Делия. Видя их встревоженные лица, я выдавливаю слабую улыбку.

— Кого мне убить? — спрашивает Делия, усаживаясь рядом со мной на кровать.

Я фыркаю и провожу ладонью по лицу.

— Дрейка.

— Никогда не любила это имя. Надо придумать что-нибудь более подходящее. Возьмем страницу из книги Беккета, — размышляет Шейла, расхаживая по комнате. Эта девчонка вообще не умеет стоять на месте. — Мудак? Урод? Крошечный член!

Дилан сворачивается клубком на стороне Беккета и внимательно смотрит на меня, ее рыжие волосы разметались по подушке.

— Ты в порядке?

Я пожимаю плечами.

— Дрейк подслушал, как мы говорили о сделке. Назвал меня шлюхой, и Беккет его ударил. А потом он пригрозил отобрать детей… — я падаю обратно на подушку. — Кажется, это краткая версия.

— Офигеть, — бормочет Делия. — Очко Беккету.

— Где он сейчас? — Дилан хмурится.

Я выдыхаю смешок.

— Наверное, в самолете, очень-очень далеко отсюда, — я закрываю глаза и долго вздыхаю. — Он предложил мне переехать в пентхаус, — шепчу я.

Делия втягивает воздух.

— Ты нас бросаешь?

— Нет, — я качаю головой. — Никогда. Мы — это навсегда.

Дилан хмурится, все еще лежа на подушке Беккета, но теперь повернувшись ко мне лицом.

— А что Беккет сказал на это?

Я давлюсь смешком. Если не смеяться, я точно разревусь.

— Он не хочет здесь жить, он никогда не хотел детей. А теперь я говорю ему, что если он хочет быть со мной, ему придется жить не только с моими детьми, но еще и с тремя моими лучшими подругами и их детьми? Это слишком.

Шейла останавливается и нависает над кроватью с другой стороны от Дилан.

— Мы тебя любим, и последние месяцы были для меня лучшими с тех пор, как я потеряла Аджая, но это не значит, что ты обязана оставаться.

Делия сжимает мою ногу.

— Если Беккет делает тебя счастливой, а это очевидно, хоть он и большой идиот, тебе стоит дать этому настоящий шанс.

Я перевожу взгляд с Делии на Шейлу, потом на Дилан, совершенно не понимая, что делать. Я знаю одно — я их не оставлю. Но если Беккет не хочет остаться, готова ли я с ним попрощаться?

Когда звонит телефон, я вздрагиваю. Резко тянусь к нему и принимаю видеовызов от мужа.

— Привет, — шепчу я, морщась, увидев свое отражение в маленьком окошке экрана. Лицо красное, глаза распухшие от слез.

Он проводит перевязанной рукой по лицу. Глаза покрасневшие, привычная хмурость сменилась выражением боли и изнеможения.

— Мне так жаль, Ливи. Ты в порядке?

— Я в порядке, — я выдавливаю улыбку, но выходит неубедительно. — За что ты извиняешься? Это мой ублюдок бывший все устроил.

Челюсть Беккета напрягается, взгляд уходит в сторону от экрана.

— Он больше не будет проблемой.

— Откуда ты знаешь?

— Мы разберемся.

Между нами опускается тяжесть. Правда ли? Историю уже не остановить — она вышла наружу. Я сознательно ничего не читаю, но это лишь вопрос времени, когда правда всплывет. Когда детали нашей договоренности будут изложены черным по белому. И что тогда?

— Я поговорю с Сарой. Мы составим план.

— Нет, Ливи. Пока держись подальше от Langfield Corp. Я не хочу, чтобы это задело детей. Отвези их к брату. Просто… — он с усилием выдыхает. — Просто занимайся детьми, а остальным я займусь сам.