Я отстраняю бутылку и делаю глоток сам. Пока пузырьки еще танцуют у меня на языке, я тяну ее за нижнюю губу, наклоняюсь и сплевываю шампанское ей в рот. Ее глаза распахиваются, но я не даю ей времени среагировать. Мои губы врезаются в ее, языки сплетаются. От одного вида того, как она принимает то, что я ей даю, меня накрывает голодом. Я глотаю ее стон вместе с шампанским, и Лив делает то же самое.

Она упирается в меня.

— Беккет, подожди… — Ее взгляд дикий, когда она смотрит на меня. — Нам нужно…

— Поговорить? Да, с разговорами я на сегодня закончил, Ливи. Работа? К черту. — Сделав еще один глоток шампанского, я наклоняюсь, кусаю ее нижнюю губу, потом облизываю и снова целую.

— Господи, — шепчет она, притягивая меня ближе.

Я опускаю лоб к ее лбу и выдыхаю, дыхание рваное.

— Иди отдохни немного, Ливи. На сегодня у меня на тебя большие планы.



— Здесь всего одна кровать, — шепчу я в трубку.

— Одна что? — переспрашивает Дилан.

— Одна. Кровать, — шиплю я.

— О! — на другом конце провода Дилан звучит подозрительно довольной. — А где он сейчас?

— В душе. Сказал мне отдохнуть. Что у него, цитирую, на меня сегодня большие планы.

— О боже. Тебя точно сегодня уложат.

Я облизываю губы. Почти уверена, что то, что задумал Беккет, в категорию «уложат» не вписывается. Этот мужчина плюнул мне в рот, и мне это понравилось.

Я всегда думала, что если мужчина сделает нечто подобное, я заеду ему коленом по яйцам. Но когда Беккет Лэнгфилд сплюнул шампанское мне на язык, во мне будто сорвало все предохранители. Я едва не умоляла его сделать это снова.

Боже. Беккет, мать его, Лэнгфилд — зверь, и я абсолютно за.

— Ну, ты сама слышала. Клади трубку и иди отдохни, — говорит Дилан.

Я кладу телефон на тумбочку и шумно выдыхаю. Я чертовски на взводе. Мне сейчас точно не до отдыха. К тому же, а вдруг я задремлю, и он застанет меня в таком виде? Я не знаю, как выгляжу во сне, но когда мужчина, похожий на гребаного бога, принимает душ и, возможно, готовится меня разорвать… в общем, я не хочу валяться в постели, выглядя как свинья. И я имею в виду буквально свинью. Когда мне жарко, руки становятся розовыми, а надеть обратно свитер, чтобы их прикрыть, невозможно. В этом городе чертовски жарко.

Хватит, Лив. Беккету явно нравится то, что он видит.

«Я всегда смотрел. И мне всегда нравилось то, что я видел». Слова Беккета снова заставляют меня ерзать, изнывая от желания.

Может, включить аудиокнигу. Немного вылезти из головы. Сосредоточиться на вымышленной паре, о которой я читаю и которая сама себе мешает. Да, именно это мне и нужно.

— Хочешь, чтобы я трахал тебя, пока ты не поймешь, что ты моя? — голос Джо Ардена вырывает меня из забытья.

Боже, этот мужчина может читать телефонный справочник и это все равно будет звучать сексуально. Похоже, я все-таки задремала. Я пару раз моргаю и понимаю, что взгляд моего мужа прикован ко мне.

Черт. Проклятая аудиокнига все еще играет. Громко. Я дергаюсь, пытаясь ее выключить, и тыкаю в значок паузы раз шесть, прежде чем она наконец замолкает.

В повисшей тишине я украдкой смотрю на Беккета. Черт. На прошлой неделе он был безумно горяч, когда ласкал себя, но тогда я толком не успела рассмотреть. А сейчас он стоит передо мной — полотенце опасно низко на бедрах, каштановые волосы взъерошены и мокрые, зеленые глаза куда более напряженные, чем я когда-либо видела.

— Кто, блять, с тобой разговаривает? — рычит он, тянется к моему телефону.

Я визжу и прижимаю его к груди.

— Никто.

Челюсть у него каменеет, лицо с каждой секундой краснеет все сильнее. Он сжимает кулаки и нависает надо мной на кровати.

— Я, по-моему, ясно сказал. Пока мы женаты, есть только ты и я.

— Что? — я слишком ошеломлена и возбуждена этим рычащим мужчиной, чтобы понять, о чем он вообще. А потом меня накрывает его чистый, свежий, мужской запах и все связные мысли исчезают.

Он закрывает глаза и двигает челюстью из стороны в сторону. Потом снова смотрит на меня и выдыхает.

— Я думал… — Он тяжело сглатывает, кадык дергается. — Я не делюсь, Ливи. Если ты с кем-то еще, нам лучше закончить это сейчас.

Ох. О боже. Он решил, что по телефону был мужчина. Не Джо Арден, мой любимый чтец, а настоящий мужчина… который собирался трахать меня, пока я не пойму, что принадлежу ему? Меня почти разбирает смех. Это же абсурд. Полный. Мужчины в реальной жизни так не говорят. Это все из книжек — те самые книжные бойфренды, о которых Дилан постоянно болтает.

— Беккет, — я смеюсь, и слово выходит с придыханием.

Его глаза сужаются.

— Нет, милый, я… я бы никогда тебе не изменила.

Кто в здравом уме станет изменять мужчине, который выглядит так, как тот, что сейчас нависает надо мной? С такой линией челюсти. С этими гибкими, сильными мышцами и глазами, которые прямо сейчас блестят при одной мысли, что я могу говорить с кем-то другим.

Мужчине, который укачивает малышей и любит проводить время с бойкими четырехлетками и плетет браслеты с восьмилетними девочками, чтобы поднять им настроение. Да, только полный идиот стал бы ему изменять.

Беккет внимательно меня изучает, склонившись надо мной, но молчит.

— Это аудиокнига. Видишь? — Я поднимаю телефон и показываю обложку на экране блокировки. А чтобы уж точно не осталось сомнений, нажимаю «пуск», и нас тут же затягивает сцена, где мой мужчина Джо угрожает перегнуть свою возлюбленную через стол, если она не признается, что принадлежит ему.

Беккет опускается на корточки рядом с кроватью и утыкается лбом мне в грудь. Я теперь полностью тону в смущении и прикусываю нижнюю губу, чтобы она не дрожала. Когда он начинает трястись, я толкаю его за плечо, заставляя подняться, и вижу, как по его лицу текут слезы. Он смеется так сильно, что плачет.

— Черт возьми. Что ты вообще слушаешь?

Фыркнув, я толкаю его в грудь.

— Заткнись.

Он вытирает глаза и тянется к моей руке.

— Служебный роман?

Я стону.

— Ты ведь теперь будешь меня этим изводить, да?

То, как один уголок его губ приподнимается, — уже ответ.

— Вовсе нет. Но, может, позже послушаем вместе? Идей поднаберемся?

— Нет, — шиплю я, дергая руку, но вырваться из его захвата не получается.

Посмеиваясь, он кивает в сторону ванной.

— Я набрал тебе ванну. Иди отдохни… или послушай свою аудиокнигу. Мне нужно кое-что доделать по работе, прежде чем мы выйдем.

Сердце чуть заметно проваливается. Честно говоря, мне бы хотелось никуда не выходить. После того как Джо меня так завел, а Беккет стоит передо мной в таком виде, как я могу хотеть выбраться из номера? Но я натягиваю слабую улыбку и позволяю ему помочь мне встать. Как только я оказываюсь на ногах, он обхватывает меня за талию и притягивает к груди. Ладонь ложится мне на челюсть, он приподнимает мое лицо и целует. Сначала мягко и бережно, но очень быстро поцелуй становится жадным. Подогретые желанием, наши языки сплетаются. Напоследок он слегка прикусывает мою губу и отстраняется.

— Если ты трахаешься так же, как целуешься, я тебя никогда не отпущу.

Черт. У меня подкашиваются колени, в животе все переворачивается. Это я что там говорила про книжных бойфрендов?

Вода в джакузи парит, единственный свет — из душевой, и в ванной воцаряется полумрак и спокойствие. Выдыхая весь накопившийся стресс, я отворачиваюсь от зеркала и раздеваюсь. Почему в гостиничных ванных зеркала торчат со всех сторон? Кому вообще нужно видеть себя в душе? Или, прости господи, на унитазе?