— С пентхаусом все в порядке, — она отмахивается. — Я хочу услышать про вас двоих. Как это произошло и как мой Беккет сделал предложение. Расскажи мне про моих новых внуков. Когда я смогу с ними познакомиться?

С трудом сглотнув ком, внезапно вставший в горле, я поворачиваюсь к Беккету. Черт, она и правда во все это поверила. Прямо целиком — наживка, крючок и грузило. И тут до меня доходит: мы внаглую водим его семью за нос.

Беккет вытаскивает меня из материнских объятий.

— Мам, дай моей жене сначала взять выпить, прежде чем начинать допрос.

Монро улыбается.

— Слышал, Престон? Он назвал ее своей женой, — она снова поворачивается ко мне, сияя. — Никогда не думала, что доживу до дня, когда мой малыш получит все, о чем мечтал. Мы должны были догадаться, что он ждал именно тебя. Он ведь был влюблен уже много лет.

Я неловко кашляю, хотя живот у меня при этом приятно сжимается. Это дальше всего от правды, но звучит трогательно.

Беккет целует меня в лоб так, будто делает это постоянно.

— Она всегда была той самой, — говорит он матери. — Что ты будешь пить?

Он смотрит на меня, а я внезапно теряю дар речи. Его зеленые глаза светятся, а ухмылка такая, словно он прекрасно понимает, что только что со мной сделал. Засранец.

— Мне подойдет любое открытое красное вино.

— Пино нуар «Джексон». Я буду то же самое, — говорит он легко и радостно.

— Как конкретно, — поддразнивает его мать. — Я его никогда не пробовала. Оно хорошее?

— Лучшее, — Беккет по-прежнему не отрывает от меня взгляда, и я уже чувствую, что он сейчас скажет нечто, от чего у меня снова закружится голова. — Именно его мы с Лив пили в ночь, когда поженились.

— Тогда не трать его на меня, — смеется мать.

Беккет наконец отходит и направляется к бару, но, обернувшись через плечо, добавляет:

— Его у нас много. Я заказал шесть ящиков.

Что за…?

Мозг у меня к этому моменту уже буксует. Этот мужчина сводит меня с ума. Вино было самым обычным. Его семья обычно пьет бутылки, стоящие как моя дневная зарплата. Зачем ему ящиками покупать то дешевое вино, что мы пили в Вегасе?

— Эй, Лив.

Брукс подходит ко мне и притягивает к себе. Он так похож на старшего брата, только с более длинными волосами — у обоих поразительное сходство с Генри Кавиллом.

Да, вокруг меня одни красавцы.

Брукс плотнее Беккета. Под черной футболкой играют мышцы, джинсы обтягивают мощные бедра. Когда он отпускает меня, за его спиной оказывается Сара, моя ассистентка.

— Сара!

От радости я приветствую ее слишком громко, и звук отдается эхом под высоким потолком.

— Привет, Лив. Поздравляю с браком.

Она подходит ближе, ее светлые волосы качаются, и она обнимает меня.

Сара стала отличным пополнением команды с тех пор, как год назад переехала в Бостон. А поскольку Беккет требует от меня больше внимания, чем его брат или отец, я переложила на нее больше ответственности за хоккейную команду. Но она что, встречается с Бруксом? Хотя мне ли судить — я сама вышла замуж за одного из владельцев. Чертов алкоголь и Вегас. Но все равно неожиданно.

Словно читая мои мысли, Брукс поясняет:

— Сара все еще осваивается в городе и заводит знакомства, но когда она узнала, что я обожаю Лейк Пейдж, а идти на концерт ей было не с кем, — он наклоняется ближе, понижая голос до шепота, — мы пошли вместе. Парням не говори.

Лейк — пожалуй, самая популярная поп-звезда сейчас. И она вышла замуж за одного из друзей Беккета, Форда Холла. Когда это случилось, был небольшой скандал, учитывая, что еще на прошлое Рождество она встречалась с его сыном. Но Форд счастлив, Лейк кажется милой, так что каждому свое, верно?

Сара усмехается.

— Лучшие друзья с тех пор, — она обнимает Брукса за талию и сжимает.

Чего она не замечает, так это гримасы на лице Брукса при слове «друзья».

Хм… похоже, наш вратарь не в восторге от френдзоны. Интересно.

— Твой секрет в безопасности, Брукс.

Рядом с нами появляются Эйден и Джилл.

— Какой секрет? — ворчит он. — Ты теперь и от меня тайны держишь? Я отлично умею хранить секреты.

Джилл согласно кивает и протягивает идеально ухоженную руку.

— Это правда. Я сказала ему название цвета лака, которым крашу ногти, — обращается она к Саре, словно они состоят в каком-то тайном обществе.

Может, я такой же засранец, как Беккет, но лак для ногтей? Серьезно?

Сара смотрит на ногти Джилл, склоняет голову.

— Разве это не «кроличий белый»?

Лицо Джилл вытягивается.

— Эм… никто никогда не угадывал. Как ты поняла?

Сара пожимает плечами.

— Моя лучшая подруга красила таким в колледже.

Беккет снова оказывается рядом со мной, протягивая бокал вина. Пока я тихо благодарю, он приподнимает мой подбородок, смотрит мне в глаза, а потом наклоняется и касается губами моих губ.

— Все для моей жены.

Я таю. Превращаюсь в лужицу. Прямо на полу. Можно фиксировать: Лив умерла от доброты, нежности и романтичности Беккета. Все. Конец.

Он отстраняется, и эта его самодовольная улыбка тут же возвращает меня к жизни.

— Раз у Лив в руке есть бокал, рассказывайте все, — требует Монро, забирая бокал, который предлагает ей Беккет.

Он снова идет к бару за своим вином.

— Пусть Лив расскажет. Она куда лучше умеет это делать.

Черт. Какую историю он хочет услышать? Правду рассказать нельзя. Мол, ваш сын и я так напились, что я ничего не помню, кроме того, как проснулась голой рядом с ним и с кольцом на пальце.

Кстати, об этом. Мне срочно нужно выяснить, был ли у нас секс.

— Да, Лив, расскажи нам все, — поддразнивает Гэвин.

Фыркнув, я тыльной стороной ладони хлопаю его по груди.

— Не уверена, что именно вы хотите узнать.

Легкие сжимаются, и слова даются с трудом.

Беккет с важным видом возвращается с бокалом и ухмылкой.

— Их интересует, когда между нами все изменилось. Ну, тот момент, когда ты перестала называть меня мистером Лэнгфилдом.

Я прикусываю губу и выбираю нечто, максимально близкое к правде.

— Ну, все действительно изменилось, когда он заставил меня поехать с ним в дом на Киз вместо того, чтобы лететь в Сан-Франциско с друзьями, как я планировала.

— Твоя ежегодная поездка с девочками? — Гэвин приподнимает бровь и переводит взгляд с меня на моего мужа. — Чувак, ты сорвал ей ежегодную поездку с девочками?

Беккет хмурится.

— Я работал над сделкой с Эмерсоном. Мне нужно было, чтобы Лив была рядом.

Гэвин фыркает.

— Мы тебе мало платим.

— Мальчики, — одергивает их Монро. — Лив, расскажи нам, что было дальше.

— Ну, моя подруга Дилан — чревовещатель.

— И чертовски хорошая, — Беккет внимательно смотрит на меня, будто не понимает, к чему я веду. Но он сам дал мне в руки поводья, позволив вести рассказ.

— Ей было очень весело изводить Беккета за то, что он украл нашу поездку.

— Засранец, — бурчит Гэвин.

Брукс усмехается, Сара прижимается к нему, и, когда их взгляды встречаются, я буквально чувствую, как между ними пробегает искра.

— В общем, — я отмахиваюсь от этой картинки и от едва заметного укола зависти при виде такой чистой, искренней привязанности. — Она ходила по дому, притворяясь покойной бабушкой Беккета.

Я копирую голос Дилан:

— Беккетттт, тебе нужно быть добрее к Лив. Беккетттт, не будь таким ворчливым. Беккетттт…

Сам Беккет стонет.

— Мы поняли.

Монро хмурится.

— Обе наши матери живы.

— Дилан факты не волнуют, — бурчит мой ненастоящий муж.

Я не могу удержаться от смешка.

— От этого было только смешнее.

Глаза Беккета играют, пока он смотрит на меня, будто спрашивая: и к чему ты, черт возьми, ведешь?

Улыбка расплывается по моему лицу так широко, что начинают ныть щеки.

— Она продолжала по ночам, и большого парня это реально пугало.

Его губы дергаются, все внимание приковано ко мне.