За четыре дня он ликвидировал всю группировку работорговцев. Главари исчезли бесследно — их тела никто и никогда не найдёт. Рядовые члены банды оказались в руках авроров с железными доказательствами их преступлений. Подпольные аукционы были разгромлены, схроны с золотом конфискованы.

Результатом стало переселение бывших невольников — почти двух сотен человек — в приморское поселение, где им предоставили жильё, работу и шанс начать новую жизнь. В качестве бонуса туда же отправились девушки из «весёлого дома» Лютного переулка, согласившиеся вести респектабельный образ жизни у моря. Многие из них были чистокровными волшебницами, которых обстоятельства загнали в бордель — теперь у них появился выход.

Часть освобождённых невольников и персонала борделя, не обладавшая магией, вернулась в обычный мир как магглы и сквибы, получив денежную компенсацию и стёртую память о самых страшных эпизодах плена. Но и оставшихся в магическом поселении было более чем достаточно — деревня стремительно наполнялась жизнью.

За эту операцию мистер Блэк получил личную благодарность исполняющей обязанности министра магии Амелии Боунс, выраженную в официальном письме за её печатью. Правда, в разговоре с глазу на глаз железная леди намекнула, что методы его работы были чересчур радикальными, но результат она оценила высоко. Сеть работорговли, существовавшая десятилетиями, была уничтожена за считаные дни.

Тем временем деловой почтой Гринготтса пришло официальное письмо, запечатанное сургучными печатями Международного Магического Суда. Джейсон вскрыл тяжёлый пергаментный конверт, быстро пробежав глазами содержимое: Генри Джеймсу Поттеру официально возвращалось право владения и полного распоряжения артефакторными мастерскими его предков.

Дополнительно Арчибальд Дож и его супруга Миллисент обязывались выплатить существенную денежную компенсацию за незаконное присвоение семейного бизнеса, а также покрыть все судебные издержки. Суд также снял все магические ограничения с посещения родового дома Поттеров, поскольку Генри достиг четырнадцати лет — минимального возраста для проведения ритуалов с родовой магией, закрепляющей права собственности.

Джейсон откинулся в кресле, обдумывая информацию, затем попросил Кричера позвать в кабинет Гарри для важной беседы.

Когда подросток вошёл, оглядываясь с любопытством, Джейсон неспешно начал деловой разговор, отложив в сторону остальные документы.

— Сегодня у меня появилось немного свободного времени, — произнёс он, внимательно наблюдая за реакцией мальчика. — Как ты смотришь на то, чтобы посетить родовой дом твоих предков?

— Положительно! — сразу с нескрываемым энтузиазмом ответил Гарри, глаза его загорелись.

— Ну тогда собирайся, и пойдём в магический квартал Лондона, — кивнул Джейсон, поднимаясь из-за стола.

— А разве дом, в котором жили мои родители, находится не в Годриковой Лощине? — с искренним удивлением спросил Гарри, останавливаясь у двери.

— Нет, родовой особняк Поттеров расположен на улице Глициний, дом номер семь, в старом магическом квартале Лондона, — терпеливо пояснил Джейсон.

— А почему тогда мама и папа жили в другом месте, а не в родовом доме? — не отставал Поттер нахмурившись.

— Не имею ни малейшего понятия, — ответил начинавший терять терпение Джейсон, поправляя манжеты. — Меня тогда здесь не было, а твои родители, к сожалению, унесли эти соображения с собой в могилу.

Гарри виновато кивнул наставнику, прекратил расспросы и тихо выскользнул за дверь — собираться.

Через полчаса наставник с учеником активировали порт-ключ и после знакомого рывка за пупок материализовались на фешенебельной улице магического квартала. Их окружили очень красивые и явно дорогие особняки викторианской эпохи, каждый огороженный уникальными коваными решётками — настоящими произведениями металлического искусства.

На одной из оград, выполненной из чёрного металла с позолоченными элементами, висела табличка с цифрой «семь», нарисованная в старинном готическом стиле. Однако самого дома за ней не было видно — лишь мерцающая дымка защитных чар. До соседней ограды с цифрой «девять» было подозрительно далеко, словно между ними пустовало огромное пространство, скрытое магией.

— Гарри, пройдись вдоль ограды, — спокойно попросил подопечного Джейсон, отступая на шаг назад.

Подросток послушно кивнул и медленно пошёл вдоль кованого забора, бессознательно скользя пальцами по холодным металлическим прутьям. Вдруг он резко отдёрнул руку с тихим вскриком и сунул укушенный магией палец в рот. В тот же миг в сплошной ограде проявилась высокая ажурная калитка с изящными металлическими завитушками, украшенными геральдическими львами Поттеров.

— А вот и вход проявился, — удовлетворённо заметил Джейсон, подходя к ученику. — Открывай, Гарри. Всё равно ключа у нас нет, а дом должен узнать законного наследника по крови.

Мальчик решительно взялся за отполированную до блеска бронзовую ручку в форме львиной головы и потянул её вниз. Калитка бесшумно поддалась и распахнулась, словно приглашая войти. Первым в сад, наконец открывшийся взору, осторожно вошёл Поттер, а следом за ним — его наставник, инстинктивно сканируя пространство на предмет магических ловушек.

Парк, окружавший особняк, представлял собой печальное зрелище запущенности и одичания. Высокая нескошенная трава, местами достигавшая колена, почти полностью скрывала некогда аккуратные гравийные дорожки, петлявшие между клумбами. Розовые кусты, когда-то гордость садовников Поттеров, вырождались в дикий шиповник и мельчали, их побеги хаотично тянулись во все стороны. Густая поросль сорняков, плюща и одичавших кустарников застилала подходы к крыльцу величественного трёхэтажного особняка из светлого камня, чьи высокие окна смотрели на мир пустыми глазницами.

Гарри застыл на месте, ошеломлённо глядя на всё это запустелое великолепие. Пока он жил в тесной, крохотной спальне в скромном коттедже тёти Петуньи и дяди Вернона, здесь, на улице Глициний, пустовал великолепный родовой особняк и дичал когда-то ухоженный сад.

Почему его отец не привёл сюда их с мамой? Неужели его родители, дедушка и бабушка, были против этого брака маглорождённой и чистокровного? Сейчас уже не узнать — все они мертвы. Или, возможно, в особняке сохранились портреты предков, которые могли бы ответить на его вопросы?

Мальчик, словно очнувшись от оцепенения, в три прыжка преодолел заросшую дорожку и очутился на широком крыльце парадного входа. Он решительно нажал на массивную бронзовую ручку с точно такой же львиной головой, как и на калитке.

Дверь послушно поддалась и распахнулась сама, словно приглашая законного наследника войти, без всяких усилий с их стороны. Наставник и ученик переступили порог и оказались в просторном холле особняка. Высокие потолки с лепниной, мраморный пол, покрытый слоем пыли, широкая лестница с резными перилами, ведущая на второй этаж — всё дышало былым величием и нынешним запустением.

Дом оказался не меньше особняка Блэков на площади Гриммо. Да, Поттеры были ремесленниками, а не аристократами, но весьма и весьма состоятельными, их артефакторный бизнес приносил огромные доходы. Большой первый этаж буквально кричал об этом богатстве.

Здесь обнаружились просторная столовая на двадцать персон с длинным столом из орехового дерева, бальная зала с паркетным полом и хрустальными люстрами под пыльными чехлами, две гостиные — парадная и семейная, помещения для слуг и внушительный кухонно-бытовой комплекс. А также кабинет главы рода с массивным столом и стенами, увешанными чертежами старинных артефактов, и множество других комнат, назначение которых Гарри так и не сразу понял — мастерские, оружейная, зельеварня лаборатория.

На втором этаже располагались роскошные апартаменты хозяев, рассчитанные на семейную пару и троих детей — спальни, будуары, личные кабинеты. А также отдельные апартаменты для молодожёнов, очевидно предназначенные для наследника и его будущей супруги.

Одна из детских комнат была оформлена именно как покои наследника рода — с гербом Поттеров над камином, дубовой мебелью и книжными полками. Гарри с грустью и горечью вспомнил свою крошечную спальню в коттедже Дурслей — где едва помещалась узкая кровать. А здесь наследнику полагались целых четыре помещения: просторная спальня с балконом, игровая комната, классная комната для занятий с домашними учителями и собственный кабинет с письменным столом и библиотекой.