- Может, обсудим текущую ситуацию?

      Тобиас кивнул.

      - У вас есть опасения.

      - У меня есть... вопросы, полагаю. Как бы то ни было, на этой неделе Фан выглядит более уравновешенным, чем на прошлой.

      Ной кивнул.

      - Думаю, это дорогого стоит.

      - Да, - сказал Тобиас. - Возможно, вы могли бы задать несколько вопросов - это дало бы нам представление о том, в чем заключаются проблемы, если таковые имеются.

      На мгновение она задумалась.

      - Я знаю, что у вас давняя история с Фантомом, доктор Винсент. У меня есть опасения, что один из вас или вы оба, возможно, пытаетесь вернуть прошлое. Как мы все знаем, назад пути нет.

      Тобиас подождал, но она больше ничего не сказала. Ной заметно поерзал на стуле, положив одну лодыжку на колено другой, но ничего не сказал. Взглянув на Фана, Тобиас спросил:

      - Почему?

      - Я думаю, что в таких отношениях, как ваши, когда вы так хорошо знаете друг друга, вполне вероятно, что прежние модели поведения будут повторяться. Основываясь на том, что вы знали раньше, вы будете делать выбор, не обращая внимания на текущую ситуацию. Если вы не будете бдительны, границы станут размытыми в ущерб всем вашим отношениям. Например, прямо сейчас вы все очень внимательно относитесь к установлению правил и ориентиров, но по мере того, как каждый из вас привыкнет к динамике новых отношений, думаю, что, возможно, вы с Фантомом начнете делать взаимные предположения.

      Тобиас склонил голову набок.

      - Предположения?

      - Возьмем, к примеру, секс, - сказала она, наклоняясь вперед.

      - Мы не занимаемся сексом, - сказал Тобиас, глядя на Фана. - Ну, в сцене он отсосал мне, так что, полагаю, это считается. Но мой любовник и партнер - Ной. - Он быстро ухмыльнулся. - Фан часто трахается, но не со мной.

      Доктор Брюэр посмотрела на Ноя.

      - И вас устраивает нынешнее положение дел в этом плане?

      Ной кивнул.

      - И Фан, и Тобиас очень внимательно отнеслись к моим чувствам. Фан живет со мной, и у нас есть установленные правила, которые облегчают нам задачу. Мы знаем, что нам разрешено делать, а что нет, нам не нужно принимать решения. Это очень раскрепощает. Что касается Тобиаса и Фана, то у них тоже есть правила. Правила, с которыми я согласился, и я им доверяю. Если Тобиас захочет пойти дальше или изменить правила, мы обсудим это в контексте.

       Доктор Брюэр вздохнула и откинулась на спинку стула.

      - Я не специалист по взаимоотношениям, и не лечу никого, кроме Фантома. Я не собираюсь рассказывать вам, как с этим работать; меня беспокоит только здоровье Фантома. Так что просто расскажу, что я вижу, и в чем, по моему мнению, заключается опасность.

      Тобиас резко кивнул.

      - Пока вы думаете о Фантоме, мы будем рады хотя бы выслушать.

      Она посмотрела на него, легко встретившись с ним взглядом.

      - Я вижу трех мужчин с сильными характерами, пытающихся наладить отношения с разными уровнями близости. Полиамория сложна даже при самых благоприятных обстоятельствах, но у вас может быть реальное преимущество, поскольку вы все очень основываетесь на правилах. Пока все четко понимают границы и знают, что они изменчивы и о них нужно говорить, через регулярные промежутки времени, это очко в вашу пользу.

      Тобиас снова кивнул, соглашаясь с ней. Правила были основой почти всех его взрослых отношений, ему было с ними комфортно.

      - Однако. Вы Мастер с двумя сабами. Нужно удовлетворить множество потребностей - ваших, Ноя и Фантома. Я задаюсь вопросом, почему вы это делаете - помимо очевидной привязанности, которую вы испытываете к Фану. Вы пригласили в свои нынешние отношения бывшего любовника и начали доминировать над ним. Вы добавили работы, стресса и энергии к и без того насыщенной жизни. Какова ваша выгода?

      Тобиас открыл было рот, но она подняла руку.

      - Короче говоря, если вы делаете это только потому, что пытаетесь спасти его, то все это обречено. Вы не можете разумно добавлять третьего партнера в отношения только ради его блага. Вы с Ноем должны быть эмоционально привязаны друг к другу, и вы должны быть готовы немного пожертвовать собой и взять немного от него. Попытка спасти не сработает, это могут сделать настоящие отношения.

      - Мы не пытаемся спасти его, доктор Брюэр, мы уже это сделали. - Перебил Ной.

      - Вы так думаете? Почему? Потому что он не со своими родителями? - Она посмотрела на Ноя с искренним любопытством на лице. - Он не в клинике, но вы должны думать о более долгосрочной перспективе, Ной.

      - Да. Мы думаем. Мы не создаем что-то краткосрочное, чтобы Фану стало лучше, мы создаем образ жизни, удовлетворяющий все наши потребности. Часть этого - продолжение терапии Фана с вами, но остальное - нечто гораздо более масштабное для нас троих. Фан принимает такое же участие, как и мы, в организации этого. Иногда он неохотно вносит свой вклад, и я это понимаю, но он быстро понимает, что в его и наших интересах быть честным. - Ной посмотрел на Фана. - Он знает, что мы заботимся о нем.

      Тобиас посмотрел на Фана и увидел улыбку, которой тот одарил Ноя.

      - Я знаю, - тихо сказал Фан.

      - Правда? - Спросил Тобиас так же тихо. - Должно быть, это... странно - внезапно получить такое.

      - Конечно, странно, - согласился Фан. - Но я знаю, что Ной заботится обо мне - уже давно. И ни для кого не секрет, что ты, на каком-то уровне, любишь меня; мы с тобой никогда не переставали заботиться друг о друге, мы просто изменили то, как мы это делаем. Я никогда не представлял, что мы сможем так, но мы смогли, и я благодарен за это.

      Доктор Брюэр молча наблюдала, как они это обсуждают.

      Тобиас посмотрел на нее, затем на Ноя.

      - Я люблю тебя, - сказал он. - Я влюблен в тебя. Но Фан прав - мы действительно любим друг друга, просто я в него не влюблен.

      - В данный момент, - вставила доктор Брюэр. - Вот что я имею в виду - правила хороши, ярлыки могут быть хороши, если они устанавливают границы, но воспринимаются как изменчивые. Эмоции - это гораздо сложнее.

      Тобиас вздохнул.

      - Мы это знаем, - раздраженно сказал он. - И мы хотим сказать, что если эмоции изменятся, то мы втроем сможем, захотим и жаждем поговорить об этом.

      - Доктор Брюэр, если позволите, - сказал Ной, снова выпрямляясь в кресле, - я вижу с вашей стороны много скептицизма, направленного на то, чтобы посеять сомнения в голове Фана относительно того, насколько это будет хорошо для него. Зачем вы это делаете? Зачем выбивать почву, когда он только начинает вставать на ноги? - Ной глубоко вздохнул и взял свои эмоции под контроль, и когда заговорил снова, его тон был более ровным. - Простите. Послушайте. У нас еще не все продумано. Это непрерывный, развивающийся процесс. Происходит много нового. Новые отношения, новый дом, новый контракт, и мы ничего не делаем вслепую. Мы все хотим попробовать, и пробуем. Мы обещали честно общаться и полны решимости преодолевать проблемы, по мере их возникновения. Я не понимаю, как вы можете ожидать от нас или от кого-либо еще лучшего отношения к Фану.