— Дело в том, что я не собираюсь идти на поводу у психованных придурков, и я ни за что не буду удовлетворять твои интересы, жертвуя при этом своими, так что оставь предложение об ученичестве при себе. Мне это не интересно!

Мастер Теней после моего ответа посмотрел на меня совсем другим, задумчивым взглядом, явно изучая меня и взвешивая каждое сказанное слово. Я понятия не имел — о чем он думает, но долго в неведении я не пробыл, потому что мастер сказал уже практически нормальным голосом, смерив меня оценивающим взглядом с головы до ног:

— Хорошо, я действительно упустил из виду вопрос личной выгоды, который у вас, людей, занимает главенствующую позицию, а потому — давай так… Я помогаю тебе убить хранительницу, ты за это получаешь доступ к колыбели, а потом ты идёшь со мной. Как тебе такой расклад?

Услышав это, я настороженно замер, потому что доступ к колыбели — это было именно то, о чем я совсем недавно думал. Если я все понял правильно, то эта таинственная локация сможет дать мне по-настоящему серьезную силу, достаточную не только для того, чтобы защитить своих друзей, но и чтобы остановить кого-то типа Лосс. Я чувствовал, как внутри меня закипает надежда, смешанная с недоверием, потому что это было слишком хорошо, чтобы быть правдой, но мастер совсем не шутил…

В голове сразу же начали метаться встревоженные мысли, потому что я очень боялся ошибиться, но потом я решил попробовать прислушаться к себе, и практически сразу понял, что я верю мастеру…

Да, глупо считать, что он не преследует в этом деле своих целей, но если ценой моего участия в этом мероприятии будет посещение колыбели — я готов вписаться, не смотря на возможные осложнения…

Сам мастер Теней все это время прекрасно видел все мои колебания, но терять много времени не входило в его планы, а потому он начал меня торопить:

— Кейрон, не тупи! У нас с тобой очень мало времени, потому что уже совсем скоро Лосс вернется из теневого плана, и будет она… Намного злее, чем когда-либо. Если мы не успеем к этому подготовиться, то нас с тобой она уничтожит первыми, а этого хотелось бы избежать…

Посмотрев долгим взглядом в глаза мастера, я решил сделать вид, что принял его предложение, а потому сказал решительным голосом:

— Хорошо, я согласен попробовать, но сразу скажу — если ты попытаешься меня обмануть или причинишь вред моим друзьям — я найду способ тебя уничтожить. Клянусь.

Мастер Теней на это кривовато усмехнулся, после чего чуть заметно кивнул, а потом переключил внимание на темное кольцо, и сказал тихим голосом:

— Вот и славно… А теперь, ученик, слушай, что мы с тобой будем делать…

Интерлюдия. Эскадра НАТО

— Что за чёрт… — прошептал Моррисон, чей уверенный голос звучал сейчас настолько хрипло, будто он беспробудно пил как минимум несколько дней. — Как это вообще возможно? Как этот чертов купол мог выдержать настолько сильный удар⁈

Он не верящим взглядом смотрел на голографическую карту, где пульсирующий багровым светом купол по-прежнему стоял на своем месте, целый и невредимый. Разведчики докладывали о небольшой ряби, пробежавшей по его поверхности, но даже она исчезла уже спустя несколько секунд, будто ничего и не было.

Адмирал не мог поверить своим глазам, потому что он прекрасно представлял мощь запущенных ракет, которые были оснащены самыми мощными боеголовками, какие только были в распоряжении объединённой эскадры, и когда все это обрушилось на эту проклятую стену — там должно было даже море вскипеть, но этого по каким-то причинам не произошло…

Из-за этого в голове адмирала прямо сейчас царил самый настоящий хаос… Впервые с момента захода в акваторию Балтийского моря он задумался о последствиях и о том, что его карьера, репутация и будущее, всё, что он трепетно строил десятилетиями, теперь висит на волоске. И все из-за того, что он отдал приказ нанести удар без согласования с Белым домом. Он был уверен в успехе и пошёл на риск, на который не имел права, и теперь, когда купол по-прежнему стоял на месте, а его флот израсходовал впечатляющую часть своего боезапаса, он понимал, что его ждет: трибунал, увольнение и позор.

Адмирал очень ярко представил себе, как вездесущие газеты, которые никогда не упускают возможности сделать сенсацию, будут писать о его эпическом провале: «Адмирал Моррисон потерял контроль над ситуацией», «Необдуманный шаг привёл к катастрофе», «Ошибка, которая будет стоить нам всего». Он видел перед собой эти заголовки, которые будут кричать о его некомпетентности на весь мир, а рядом с ними его лицо, украшающее страницы всех таблоидов мира, и в этот момент он подумал о своей семье…

О своей жене — Дженифер, которая всегда верила в него и говорила всем друзьям, что ее муж — очень важный человек на флоте, и что его мнения слушают даже в Белом доме. О своей дочери — малышке Синди, которая только недавно окончила школу и собиралась поступать в престижный университет… Моррисон прекрасно понимал, что если его снимут с должности, то всё это рухнет в одно мгновение. Он просто не сможет дать им ту жизнь, к которой все они привыкли, и не сможет защитить их от позора, который падёт на него. На несколько мгновений ему даже послышался крайне разочарованный голос жены, который спрашивал его со слезами в голосе: «Как ты мог? Почему ты не подумал о нас?»

В этот самый момент адмирал окончательно потерял связь с реальностью. Он убедил себя, что его затея была правильной, и что если бы у них было больше огневой мощи… Если бы они использовали что-то более разрушительное, то купол обязательно бы пал. Моррисон не мог смириться с мыслью, что он допустил ошибку, и прямо сейчас он должен был исправить допущенную ошибку любой ценой.

— Мы просто не использовали всё, что у нас есть, — прошептал он тихим, срывающимся голосом, в котором сквозило безумие. — У нас есть спецбоеприпас, и если мы применим его, то он обязательно сломается! Я чувствую это…

Одновременно с этими словами он начал двигаться в сторону пульта связи, только если раньше его шаги были шагами уверенного в себе человека, то теперь он двигался очень неровно и неуклюже. Адмирал был слишком сосредоточен на себе и не слышал ничего вокруг — ни шума турбин, ни голосов офицеров… И именно это бросилось в глаза одного из офицеров, который с паникой в голосе закричал, показывая пальцем в сторону адмирала:

— Стойте! Остановите адмирала Моррисона! Он собирается отдать еще один приказ! Остановите его!

Когда Моррисон услышал свою фамилию, то на несколько мгновений замер. В его безумных глазах мелькнула тень осознанности, но это произошло слишком поздно, и в следующую секунду его уже снесли с места, повалив на пол.

Он слышал, как кто-то отдает какие-то приказы, офицеры пытались решить, что с ним делать, но конкретно здесь и сейчас он не понимал этих слов… Он просто смотрел на пульт, который был издевательски близко к нему, и чувствовал, что его мир необратимо рушится.

— Нет… — прошептал он сорвавшимся голосом. — Я должен был… я должен был сделать это…

Но в следующее мгновение по его голове прилетел чувствительный удар прикладом и сознание покинуло этого когда-то великого человека.

Харрисон все это время стоял немного в стороне и с абсолютным спокойствием наблюдал за происходящим. Он тоже прекрасно понимал, что весь их флот сейчас крупно облажался, но так же он понимал, что они находятся за много километров от родной земли, а значит у него еще будет время, чтобы все исправить, и спешка в этом деле точно не нужна…

— Уведите его, — приказал он, спокойным голосом, после чего немного подумал и добавил:

— И подготовьте рапорт. Мы должны доложить о случившемся.

Кейрон. Разлом

— Я ещё не ученик, — тут же педантично поправил я мастера, чувствуя, как внутри меня закипает странное раздражение на его панибратское отношение, а потом добавил: — Сначала нужно разобраться с этой тварью, а потом уже будем обсуждать наши с тобой отношения.