— Полог, Один, — попросила я, и блондин без вопросов понял меня. Вскоре на нас опустилась блаженная тишина, и я даже прикрыла глаза от удовольствия: после крыла целителей возвращаться в обитель шума и гама оказалось непривычно.

— Вот что делает бесцельное лежание на факультете Жизни, — шутливо пожурила меня Айна, и я весело рассмеялась.

— Да, пора вклиниваться в рабочее русло, ты права. Так о чем ты хотел поговорить, Айнон? — обратилась я к воднику.

— О том, что произошло четверть цикла назад во дворе корпуса общежития.

— Я думала, там со всем разобрались и виновных наказали, — ехидно отозвалась Свон.

— Твое отношение сейчас неуместно, — неожиданно жестко осадил ее Онирен. — Я советую прислушаться к словам Айнона — несмотря на сохранение безопасности суолов, в скором времени мы рискуем столкнуться с чем — то гораздо более трудным, чем обезумевший земной демон.

— Договаривай, — потребовала я. Айнон вернул внимание на себя.

— Слова, которые сказал тогда один из нас, не возникли на пустом месте. И до сих пор действительно существуют общины демонов, которые категорически против тех, кто вышел из человеческого рода, обладая магией. Я уже говорил об этом с Таормином, повторяю для вас: люди страшны своей непредсказуемостью. Там, где мы действуем с холодным расчетом, вы, руководствуясь одной только эмоциональностью, способны загубить на корню все, даже самые продуманные, наши планы. А если при этом вы еще и обладаете силой, то становитесь опасны.

— Мы всего лишь человеческие маги, ты сам сказал об этом, — возразила Свон. — Что мы можем по сравнению с мощью диких земель?

— Говорит мне ребенок великой любви своих родителей, встретившихся благодаря счастливому случаю — всего лишь маленькой принцессе Жизни, которая пожалела плененную огненную демоницу, не правда ли? — проницательно посмотрел на нее Айнон.

— Да кто ты, пламя тебя раздери, такой?! — взбесилась Свон. Ее не остановил ни предупреждающий взгляд Онирена, ни моя ладонь, легшая поверх ее стиснутого кулака. — Возомнил себя не весть кем!

Девушка вскочила с места, не обращая внимания на то, что так и не притронулась к еде, и вылетела из столовой. Я собралась последовать за ней, но натолкнулась на спокойный взгляд Айнона:

— Не волнуйся. С этим разберется уже Таорман.

Краем глаза я заметила, что, как только подруга скрылась за дверью столовой, со своего места действительно встал Мани и неспешным шагом направился вслед за ней. Почувствовав облегчение, я смогла вернуться к разговору.

— Ты много знаешь о нашей истории. Будто сам имел к ней непосредственное отношение.

— Сыну Ласотара это позволительно, — за Айнона ответил Онирен, и в его голосе я не услышала ни намека на враждебность.

— Но Свон о нашем происхождении, думаю, пока знать не стоит, — намекнула Айна.

Я не могла поверить своим глазам: передо мной сидели дети того, кто в свое время держал в плену мать Сойи!

— Мы не враги вам, — поняв мое состояние, произнес Айнон. — Мы здесь, потому что должны наблюдать за Семью Королевствами.

Говорить я смогла не сразу.

— Зачем ты нас все — таки собрал, Айнон?

— На диких землях неспокойно, девочка — смерть. Демоны все больше и больше начинают атаковать магов. Они пошли даже на то, чтобы выкрадывать наиболее сильных представителей магической ветви человечества и склонять к сотрудничеству. Догадываешься, к чему могла привести твоя демонстрация силы четверть цикла назад?

— К тому, что я пополнила списки разыскиваемых, — сглотнула я.

— Именно. Но не расстраивайся сверх меры: все, кого я пригласил сюда сегодня, являются такими же кандидатами, как и ты.

— Мани с Мином… — тревожно добавила я.

— Вполне возможно, учитывая уровень их силы. В стенах академии нам ничто не угрожает, — продолжил водник. — Но ты же знаешь, что после посвящения в суолы состоится первая практика за ее пределами. Я постараюсь добиться того, чтобы с каждым первокурсником в пару встал достаточно сильный старший суол. Тебе переживать нечего — Мин с задачей защиты справится. Но если демонов будет слишком много, придется отступать.

— А руководство академии? Неужели не отменит практику?

— Во — первых, доказательств нет. Во — вторых, когда это маги перед демонами пасовали? — совершенно спокойно вставил Онирен.

— Да вы что, все с ума посходили? — кажется, сейчас я была целиком и полностью на стороне Свон. Только не из — за осведомленности Айнона, а безголовости Онирена. И тьма странно зашевелилась внутри, будто… будто учуяла кого — то знакомого.

— Наоборот, рассуждаем в здравом уме.

— И что, Мин тоже на эту авантюру согласился?

— За стенами академии расправиться с демонами можно будет так, чтобы не держать свою силу на привязи, — спокойно ответил Айнон.

Ну, конечно. Айнон, живущий, как и Мин, в башне, когда — то не мог контролировать воду. Зато сейчас, выучившись в академии, посчитал, что вполне может поиграть в воина. Но Мин — то? Мин куда смотрел, когда на это подписывался?

Вставая из — за стола, я ощутила особенно сильный всплеск тьмы. Правда, он был успешно подавлен раздражением на огневика, не пожелавшего присутствовать на собрании. Хотя и это оказалось не совсем правдой: глаза будто сами почувствовали, в какую сторону смотреть, и в одном из затемненных уголков столовой я его увидела. Пусть он находился далеко, я почувствовала: Таормин пристально наблюдал за нашим разговором. Отчего — то стало горько, что меня в будущем походе на практику могут использовать в качестве подручного материала. Послав огневику неприязненный взгляд, в котором выражалось все — от обиды на то, что ни разу не зашел в лазарет, до полного несогласия с его планами — я тоже двинулась к выходу.

— Иви, ты куда? — расстроился Онирен.

— Ухожу. От меня здесь все равно ничего уже не зависит.

— Не трогай меня! — зашипела девушка, очутившись в крепких и до боли знакомых объятиях.

Он не стал следить за ней слишком долго: поймал рядом со столовой, затащив в плохо освещенный магическими светлячками угол коридора. Прижал к стене, не давая ни единой попытки к бегству, но и не предпринимая ничего лишнего. Только зарылся носом в пахнущие пламенем волосы, понимая, как сильно соскучился по ее аромату. Возможно, фарс с Эвани действительно стоило прекратить, но он не мог отказать себе в удовольствии полюбоваться на ревнующее личико Свон.

— А то что? — искушающим шепотом выдохнул Таорман.

— Я отомщу! — в сердцах пообещала она, продолжая бешено вырываться. Однако все попытки привели только к тому, что девушка попала в и без того неудобное положение. Грудь Мани крепко прижалась к ее груди, вызывая позабытый трепет в душе, колено оказалось меж ее коленей, а барабанящие его по спине кулачки огневик предпочел отстранить подальше, так что теперь они, как и спина Свон, чувствовали холод от находящейся позади стены.

— Да неужели? — развеселился он. — И что же ты сделаешь?

— Закричу! — выдохнула Свон ему в губы, когда Мани отстранился настолько, чтобы видеть ее лицо. — Сюда сбежится вся столовая! Я устрою скандал, каких тебе еще не доводилось видеть! Да отпусти же ты меня! — с истерическими нотками в голосе добавила девушка.

— Закричишь, — словно пробуя на вкус слово, медленно повторил Мани. — Кричи. Я давно хочу это услышать. Правда, мечтал об этом в несколько другой обстановке, но, раз уж тебе подходит коридор рядом со столовой, давай устроим это здесь.

— Ты о чем говоришь? — поразилась его самообладанию девушка. Странно, но сопротивляться ему раз от раза хотелось все меньше. Может, дело было в том, что, испугавшись ее гнева из — за обмана, он все же не спасовал тогда, когда ее довел водник, и отправился следом? Может, Мани действительно было небезразлично ее состояние?

— Я о том, моя дорогая, — вкрадчиво начал объяснять ей огневик, — что кричать тебе будет уместно только в моей постели. Но в качестве репетиции можешь попытаться и здесь.