– Да я вижу, десять человек должно быть, – отозвался водитель и закурил.

К автобусу подошли еще двое, Алина не могла вспомнить их имен, но точно помнила фотографии в анкете.

– Стася.

– Лана.

Представились девочки одна за другой. Старх кивнул, отметил пришедших и коротко проинструктировал их на будущее.

Стася и Лана выглядели как картинки из какого-нибудь мудборда. Одинаковые широкие штаны, топы, длинные прямые волосы и два одинаковых чемодана. Они мало походили на участниц фольклорного лагеря.

– А вы откуда? – завела разговор Галка.

Алина слишком нервничала, чтобы налаживать коммуникацию.

– Из Питера, – хором ответили Стася и Лана.

– Мы сестры. Она меня на полтора года старше, – уточнила Лана, кивнув на Стасю.

– А кажется, что наоборот, – прокомментировал Наум и получил от Ланы крайне возмущенный взгляд.

– Еще собраться не успели, ты уже дружбу заводишь, – закатив глаза, подметил Миша, который все это время пытался дописаться до родных и сообщить, что все хорошо. Он доехал.

Софья вопрос проигнорировала, сделала вид, что не с ней разговаривают, Галка не стала настаивать.

Алина сверилась со списком. Надо было дождаться еще двоих. Какую-то девушку с грустными глазами по имени Ясна и того самого писателя.

– Да мы про фольклор ничего не знаем, – призналась Стася Галке. – Решили, что надо кругозор расширять, новое что-то попробовать. А то все Турция да Турция.

– Ага, все включено и мариноваться на лежаках.

– Сейчас будет «все выключено и кормить комаров», – выдал Наум.

Лана снова смерила его негодующим взглядом.

– А мы вот на этом поедем? – спросила она у Старха. – Винтажно.

Водитель крякнул, услышав комментарий. Лана хотела что-то еще сказать, но не рискнула.

– Долго еще ждать? – спросил Наум, подойдя к Алине.

– Позвони, узнай, – ответила она.

– Ты чего такая колючая?

Вопрос загнал ее в тупик. Наум ведь и сам любил подкалывать других, а теперь вдруг решил обидеться.

Алина хотела что-то ответить, но обратила внимание, что участники уже сгибаются под тяжестью багажа.

– А можно вещи в салон кинуть? – спросила она у водителя.

Тот пожал плечами и открыл двери в автобус.

Старх передал свой телефон Алине, чтобы освободить руки, и стал помогать девушкам затаскивать сумки по ступенькам.

Алина все оглядывала парковку и рассеянно вертела телефон в руке. Время шло, а оставшихся двоих участников видно не было.

– Я вас еле нашла! – послышался рядом голос.

От неожиданности Алина выпустила телефон, и тот с оглушительным стуком ударился об асфальт. Старх резко обернулся. По глазам было видно: в эту минуту он перебирает в уме все матерные слова, которые только знает.

– Разбила? – просто спросил мастер.

Алине страшно было наклониться, чтобы проверить, что с телефоном. За нее это сделала подошедшая девушка.

– Хана телефону, – выдала она. – Экран на асфальте остался.

Теперь было страшно смотреть на Старха, который уже закончил с погрузкой чемоданов и рюкзаков и подошел оценить ущерб.

– Ну. – Он покрутил в руках бесполезный кусочек металла. – Я вас теперь не отмечу. И не проверю.

– У меня есть все анкеты, – сказала Алина и трясущимися руками достала свой телефон. – Вот. Ясна?

– Ага. – Девушка закивала. – Туда можно? – Она указала на автобус.

– Да-да. – Алине все еще страшно было поднять глаза на Старха, который смотрел на телефон и что-то обдумывал.

– Сколько еще человек осталось? – спросил он.

– Сейчас посчитаю, – засуетилась Алина.

Участникам уже надоело стоять на улице, и они распределились по автобусу.

Алина залезла следом и стала пересчитывать группу. Разбитый телефон не давал покоя, в ушах еще стоял звук удара. Лучше бы Старх наорал на нее, послал ко всем чертям. Его спокойствие заставляло нервничать куда сильнее старого доброго ора.

Алина сбилась, дважды посчитала Наума. Пришлось начать заново. Сзади протиснулась Ясна. Или она уже сидела в автобусе? Нет, надо заново. От стресса и привычки себя накручивать в глазах двоилось. Показалось, что в самом конце уже сидит тот самый писатель. Странно. Как он прошел? Старх его встретил и пропустил? А как этого писателя зовут? Надо посмотреть в анкете.

– Алина? – позвал Старх.

С упавшим сердцем она вышла из автобуса. Сейчас точно будет ругать.

– Эй. – Он положил руку ей на плечо и заставил посмотреть на себя. – Это всего лишь телефон, к тому же его давно менять пора.

– Неправда, ты месяц назад новый купил. – В голосе Алины послышались слезы. – Я разбила твой новый телефон.

– Та-а-а-ак, – протянул Старх, лихорадочно соображая, как купировать ненужную истерику.

Алина стояла вся красная и всхлипывала.

– Погоди, – сказал он тихо. – Ты хочешь, чтобы новые участники видели тебя такой?

Глаза, полные слез, отражались в окне соседней машины.

– Ты же организовала этот выезд, они собрались по твоему объявлению, – тихо напомнил Старх. – И как раз ничего не знают о том, что нас ждет в деревне, куда волки срать не ходят.

Алина улыбнулась.

– Хватит оплакивать то, что легко заменить.

– Ну не так уж и легко, – начала Алина.

– Прекрати! – строго и грозно перебил Старх.

Этого тона Алина и ждала. Надо было взять себя в руки и зайти в автобус. Пора ехать туда, куда она так давно хотела попасть.

– Программу рассказывать будешь ты, – предупредил Старх. – В автобусе все?

Алина неуверенно кивнула.

– Я сажусь, еще раз всех пересчитай и командуй.

Мастер нашел себе место у окна, спрятал в сумку разбитый телефон и стал наблюдать за действиями Алины. Та сосредоточенно осмотрела автобус. Старх закрыл глаза, давая понять, что теперь она рулит процессом.

Надо было еще раз всех пересчитать и убедиться, что все на месте. Алина достала телефон и стала открывать анкеты.

– Стася и Лана, – назвала она. Сестер сложно было различать, даже выражения лиц и голоса были похожи.

Дальше шла анкета Софьи. Та сидела, отгородившись от всего мира наушниками, и качала головой в такт какому-то треку. Следом Ясна.

Ясна устроилась в глубине салона. Русые волосы, серая флисовая кофта. Алине показалось, что рядом с ней сидит кто-то еще. С темными волосами, в другой одежде. Ясна повернула голову, а потом то же сделал ее сосед. Писатель, точно!

Его анкета была последней. Теперь точно все на месте.

Алина подошла к водителю и сказала, что можно трогаться. Тот оглядел автобус, с сомнением посмотрел на Алину, пожал плечами и дал по газам.

Связь пропала почти сразу, как автобус выехал из города. Впереди тянулась длинная дорога, где-то на горизонте маячила река.

Алина попыталась расслабиться. Ее ждала та самая деревня. Но что-то не давало покоя.

Наум и Миша успели о чем-то поспорить, Галка общалась со Светой и Ланой. Старх дремал. Когда анкеты только сыпались, Алина переживала, что не сможет всех запомнить.

А сейчас, посмотрев на участников вживую, поняла, что они все очень разные. Наверное, Старх так же запоминал своих учеников. Выделял какие-то качества и цеплялся за них.

Софья – отстраненная. Алина для себя отметила, что вряд ли сможет заставить ее участвовать в мастер-классах. Света и Лана – компанейские, но вообще ничего не смыслят в фольклоре, они сами так и сказали. Ясна.

А какая она, Ясна?

Алина повернулась в ее сторону и столкнулась взглядом. У Ясны глаза были серые. Но сейчас на Алину смотрел совсем другой человек. Какая-то зеленоглазая женщина с тяжелым взглядом сидела на месте участницы. Алина помотала головой. Показалось. Ясна никуда не пропала, она смотрела в окно и что-то напевала себе под нос. А писатель? Надо наконец его имя запомнить.

Алина оглядела автобус, но не увидела никого похожего. Еще раз открыла анкету. Большие очки, то, что осталось в памяти еще с первого дня, как пришел от него ответ, не принадлежали никому в салоне. А как она посчитала так?