- Милена, вы же понимаете, это из заботы.

Я позволила себе едва заметную улыбку.

- Конечно. Как и все остальное в нашем кругу.

Он отвел глаза. На парковке меня уже трясло. Не от страха. От ярости. Они посмели. Они действительно посмели принести мою боль на совет директоров — упакованной, гладкой, приличной, как будто речь шла не о попытке выбить меня из равновесия, а о корпоративной гигиене.

Я села в машину, захлопнула дверь и только тогда позволила себе ударить ладонью по рулю. Один раз. Сильно. А потом набрала Славу. Он ответил сразу. Словно ждал.

- Да?

- Ты полез в мою работу.

Тишина длилась ровно секунду.

- С чего ты взяла?

- Не ври мне.

- Я не вру.

- Тогда скажи, почему мое руководство внезапно озаботилось моим «непростым личным периодом»?

Слава выдохнул.

- Ты сейчас на взводе. Тебе везде мерещатся враги.

Я засмеялась в трубку. Опасно тихо.

- Ошибка, Слава. Мне уже не мерещатся. Я их вижу.

И отключилась прежде, чем он успел ответить.

---

ГЛАВА 32

ГЛАВА 32

Вечером меня ждал новый удар. На этот раз не от Славы и не от Светланы. От Киры. Она приехала к Лене сама. Без предупреждения.

Такси остановилось у подъезда около восьми. Домофон зазвонил, Лена пошла открывать и через минуту вернулась с лицом, на котором читалось: только не сорвись. Я вышла в коридор — и увидела дочь. С рюкзаком, с заплаканными глазами, с теми самыми пуантами в руках, как будто даже в катастрофе они были якорем.

- Кира? — только и смогла выдохнуть я.

Она стояла посреди прихожей, маленькая, бледная и такая потерянная, что у меня сердце в груди просто сжалось в кулак.

- Можно я у тебя побуду? — спросила она.

Не «у нас». Не «здесь». У тебя. И я вдруг поняла: это не примирение. Это побег.

- Конечно, — сразу сказала я. — Иди сюда.

Кира шагнула ко мне и уткнулась лицом в плечо так резко, что я едва удержалась на ногах. Она дрожала. Всем телом.

- Что случилось? — шепнула я, гладя ее по волосам.

Она долго молчала. Потом выдавила:

- Они… они начали разговаривать при мне так, как будто… как будто все нормально. Как будто тетя… Светлана скоро будет с нами всегда. А папа… не остановил ее.

У меня внутри все похолодело.

- Что именно она сказала?

Кира отстранилась. Вытерла глаза рукавом.

- Она спросила, как я отношусь к тому, если у Антона и у меня будет больше времени вместе. Что, может быть, нам всем стоит чаще проводить выходные как семье. А папа… — голос ее сломался. — Папа просто сказал, что надо дать мне время привыкнуть.

Лена тихо выругалась у стены. Я же почувствовала, как во мне поднимается такая ярость, что даже пальцы закололо. Время привыкнуть. Он уже переводил все в новую норму. Уже.

- Я сказала, что не хочу, — быстро заговорила Кира. — А Свет… она улыбнулась и сказала, что сначала всем страшно, когда меняется жизнь, но потом становится даже лучше. И еще… — Кира снова расплакалась. — И еще она сказала, что ты тоже со временем успокоишься, если любишь папу по-настоящему.

У меня перед глазами вспыхнула белая пустота.

- Сука, — прошептала я.

- Мам…

- Прости.

Я прижала дочь к себе крепче. Вот и все. Вот и конец моим попыткам быть аккуратной, зрелой, осторожной и выше всего этого. Эта женщина полезла в моего ребенка после всего. После всего.

- Ты останешься здесь столько, сколько захочешь, — сказала я Кире. — И больше никто не будет заставлять тебя привыкать к чужой подлости.

Кира кивнула, цепляясь за меня. А в моей голове уже складывался следующий шаг. Не эмоциональный. Нет. Очень холодный. Очень точный.

---

ГЛАВА 33

ГЛАВА 33

Когда Кира уснула в гостевой комнате Лены, я вышла на кухню и набрала Инну Сергеевну. Было поздно, почти одиннадцать, и я уже хотела сбросить, но она ответила.

- Да.

- Простите за время, — сказала я быстро. — У меня новая информация. Дочь сейчас со мной. Она ушла от отца после разговора, где его любовница фактически начала навязывать ей новую семейную модель.

Инна Сергеевна помолчала секунду.

- Дочь добровольно приехала к вам?

- Да.

- Есть переписка? Голосовые? Сообщения?

- Пока нет.

- Будут. С сегодняшнего дня все фиксируйте. Если отец начнет требовать немедленно вернуть ребенка — только письменно. Ни устных договоренностей, ни истерик по телефону. И еще: вам нужен семейный психолог как можно скорее. Не ради «лечения», а ради профессиональной фиксации состояния ребенка и контекста конфликта.

Я схватила ручку и начала записывать прямо на салфетке.

- Поняла.

- И, Милена?

- Да.

- Сейчас крайне важно, чтобы вы не превращали дочь в союзника против отца. Даже если он ведет себя мерзко.

Я горько усмехнулась.

- Поверьте, мне сейчас хочется превратить ее в свидетеля обвинения.

- Вот именно поэтому я и говорю. Не делайте этого. Пусть факты говорят за вас.

После звонка я сидела на кухне еще минут десять и смотрела в одну точку. Потом открыла телефон и увидела четыре пропущенных от Славы. И одно сообщение: «Где Кира?»

Я ответила не сразу. Сначала заставила себя дышать. Потом написала: «Со мной. В безопасности.» Отправлено. Прочитано сразу. Через секунду звонок. Я ответила.

- Ты совсем с ума сошла? — в голосе Славы впервые за все это время прорезалась настоящая злость. Живая, открытая. — Почему моя дочь у тебя ночью черт знает где?

Моя. Не наша. Очень интересно.

- Твоя дочь приехала ко мне сама, потому что ты позволил своей любовнице рассказывать ей, как всем будет хорошо, когда она заменит мне место.

- Не неси чушь.

- Это не чушь. Это слова Киры.

- Она ребенок! Она могла понять не так!

- О, а когда ребенок был нужен, чтобы удержать меня на расстоянии, тебя ее восприятие не смущало.

- Верни ее домой.

- Нет.

- Мила…

- Нет, Слава.

Я сама удивилась, насколько твердо это прозвучало. На том конце повисло молчание. Потом он сказал очень тихо:

- Ты делаешь хуже.

- Нет. Впервые за долгое время я делаю хоть что-то правильно.

И положила трубку. Руки тряслись. Сердце колотилось. Но где-то глубоко внутри распрямлялось нечто давно сломанное.

---

ГЛАВА 34

ГЛАВА 34

Утром Слава приехал. Конечно. Не один — с водителем. Как будто собирался не разговаривать с женой, а забирать важный груз.

Я увидела его машину из окна Лени и сразу почувствовала, как все внутри сжалось.

- Не открывай одна, — сказала Лена.

- А с кем? С ОМОНом?

- Со мной.

Мы спустились вдвоем. Слава уже стоял у подъезда. В темно-сером пальто, безупречный, собранный, холодный. Даже сейчас он выглядел так, будто держит ситуацию под контролем. И только очень внимательный человек заметил бы, как напряжены его плечи.

Он увидел меня и сразу сказал:

- Я забираю дочь.

- Нет.

- Это не обсуждается.

- Ошибаешься. Именно это сейчас и обсуждается.

Лена демонстративно осталась чуть в стороне, но не ушла. За что я была ей безмерно благодарна. Слава перевел на нее взгляд, потом снова на меня.

- Ты устроила цирк.

- Нет. Я забрала ребенка от женщины, которая уже объясняет ему, как скоро заменит ей мать.

- Света не говорила ничего такого.

- Не ври мне хотя бы сейчас.

Он шагнул ближе.

- Где Кира?

- Наверху. И если ты думаешь, что я спущу ее к тебе после вчерашнего, ты очень плохо меня знаешь.

- Я как раз слишком хорошо тебя знаю, — процедил он. — Ты действуешь на эмоциях. Через два дня пожалеешь.

- Через пятнадцать лет я уже однажды пожалела. Второй раз не хочу.

Его лицо ожесточилось.

- Не заставляй меня решать это иначе.

Вот оно. Прямо. Без маскировки.