— В смысле?

— Ну в том смысле, что сам уже не способен был и в первую же ночь притащил здоровенный огурец. Это чтобы на утро подтвердить свою мужскую состоятельность родственникам и гостям.

А, то есть предъявить простынь с пятном крови. Бедная девчонка, получается граф вообще был в её жизни первым и единственным мужчиной. Уверен, что других спонсоров у неё не было. Не похожа она на такую, да и разведка в лице Митрия подтвердила этот факт. Дворник и соседка клянутся, что женщина жила уединённо и гостей не привечала.

Встречались мы с Варей нерегулярно, дело в том, что мне частенько приходилось совершать визиты в дома, куда неудобно привести любовницу. Да и друзья-товарищи вытаскивали меня размяться. То на зимнюю охоту, то просто посидеть в мужской компании. Постепенно я свыкся с ними и перестал воспринимать как светских бездельников. Да я и сам веду подобный образ жизни.

Можно сказать, — ну, засосало мещанское болото. Попаданец неправильный какой-то попался. Не стремится покорить сверкающие вершины — соблазнить принцессу из императорского дома или самому вскарабкаться на трон. Не изобретает динамит и бензин, не учит местных совершенно новым и эффективным приёмам сокращения человеческой популяции. Где автоматы и пулемёты. Почему до сих пор не варит сталь или стекло по технологиям XX века. Где кока-кола и таблетки для похудания? Я у вас спрашиваю — где всё это?

Всё очень просто — нет нужных знаний. И главное — я глубоко уверен, что технологии просто обязаны соответствовать современной ментальности и культурным ценностям. Ну на хера этому миру дирижабли и прочая авиация, что это изменит? Даст толчок промышленности? Вероятно. А зачем? Загадить уже сейчас матушку Землю? Боюсь это просто обрушит привычную жизнь ради прогресса.

Так вот, иногда я, практически как верный муж, возвращался к семье. Приносил всякую снедь и зависал у Варвары до обеда следующего дня. Мы любили прогуляться по набережной и полюбоваться катанием детишек с накатанных горок. А порой не виделись неделями.

Дни стали длиннее, зима-красавица готовится передать свои права весне. Вот и я заявился вечерком к Варваре Алексеевной после недельной разлуки. Митька тащит снедь, а я готовлюсь приятно провести ночь в компании с молодой женщиной.

— Варенька, ты приболела? — та лежит в постели, лицо такое несчастное.

— Нет, ничего. Саша, я сейчас встану. Не ждала тебя сегодня.

Выяснилось, что у неё кружится голова и несколько дней как подташнивает.

— Может покушаешь? Вон я сколько принёс.

— Не хочу. А там капустки ядрёной нет. Или огурчика солёного.

Вот те раз. Уж не беременна ли она:

— И давно ты плохо чувствуешь себя?

— С неделю наверное.

Спрашивать о задержке неудобно. Вообще сейчас контрацепции нормальной не существует. Есть вроде некие резинки, кои стыдливо именуют «французская предосторожность». Я стать отцом в такой ситуации не желаю и вот уже почти пять месяцев, как мы встречаемся, использую проверенную тактику. Неделя до и после «опасных» женских дней считаются безопасными. Или же иногда женщины пробуют спринцевание уксусной водой, даже пьют всякие женские травки типа пижмы, полыни и можжевельника. Но я в это не верю.

А на следующий день я даже затащил в кабинет Зою Тихоновну и попытал её насчёт последствий.

Избавляться от плода я решительно не хочу. Огромный риск для матери. Опытная женщина подсказала несколько вариантов:

— Сашенька, я приблизительно представляю статус твоей избранницы. Значит можно просто тайно родить, уехав в другой город. А потом ребёнка сплавить кормилице. Отдать хорошим людям на воспитание. Можно устроить быстрое замужество для твоей дамы. Уверена — небогатый чиновник или отставной офицер возьмёт жену, у которой ребёнок родится немного раньше срока. Бывает. Тут всё зависит только от величины приданого. Все всё понимают и молчат. Ну и, в конце концов, можно просто купить ей домик и содержать обоих, пока есть интерес.

Хм, а ведь я совсем забыл о доме, который Завадский нашёл для меня. Я бегло осмотрел его из окна кареты и поручил привести в приличный вид. И напрочь забыл.

Прямо с утра в сопровождении Гриши, Тимофея и Митрия отправился осматривать своё приобретение.

В принципе внутри работы проведены качественно, поклеены обои, частично заменены полы в комнатах. Перебрали обе печи, но разумеется нужно определиться, как обустроить помещения для скорого начала занятий.

Это двухэтажный дом, выкупленный за 4300 рублей у купца II гильдии Анохина. Тот сворачивал свои дела в Ярославской губернии, перебираясь на юг. Вот мой управляющий довольно удачно и выкупил солидное здание, совсем недалеко центра. Тихая улочка рядом с набережной.

— Митя, найдёшь артель. Пусть всё сделают как я тебе сказал. Выбери нормальных, чтобы красиво сделали.

— Варенька, я рад, что тебе получше. Потому что у меня будет к тебе одна просьба. Завтра нам предстоит посмотреть один дом. Мой знакомый купил его в целях благотворительности. Хочет организовать там пансион благородных девиц. Мне нужно твоё мнение как умной и образованной женщины.

Варя согласилась, тем более, что по моему настоянию она бросила работать в купеческом доме и пока что безработная. Ждёт меня, много гуляет, посещает новых подружек. Точно знаю, что она стала завсегдатаем литературных салонов. Где дамочки совместно читают книги модных авторов и конечно же обсуждают их. Женщина похорошела, появилась уверенность в себе и оказалось, что ей дано располагать к себе людей самых разных сословий. Варя отлично находит общий язык даже с княгинями на светских раутах. А также со своими соседками и дворником Василием. К ней тянутся детишки и я тоже тянусь, не скрою. Когда выкраиваю время для вечерних посиделок. Но, всё-таки госпожа Троекурова тяготится своего положения любовницы состоятельного дворянина и предпочитает реже появляться в высшем обществе. Нет-нет, а какая-нибудь завистница постарается её задеть.

В самый полдень карета подъехала к дому. В основном работы завершены, но несколько человек ещё возятся внутри.

Двухэтажный дом понизу сложен из камня, а вот второй — чисто деревянный. Есть ещё цокольный этаж.

— Значит здесь у нас этаж для воспитанниц, — я веду женщину по первому этажу, придерживая за локоть. Ещё пахнет краской и свежепрокалёнными обоями. Часть комнат отделана росписью по штукатурке и деревянными панелями. Тут жилая зона и учебные классы. Осталось только завезти мебель. У нас тут четыре спальни для девочек по возрастам, три в каждой. Здесь гостиная и комната воспитательницы. На втором этаже апартаменты старшей наставницы.

Я провёл Варвару по комнатам. Три из них составляют отдельный блок, здесь планируется проживание хозяйки. А также комнаты двух помощниц и небольшая библиотека.

А вот внизу в полуподвальном помещении у нас два класса и помещения хозяйственного назначения.

— Хорошо, мне нравится, — Варя выглядит заинтересованной, — а вот тут можно было бы сделать зал для занятий танцами. Если на стенах повесить зеркала, то получится очень мило.

Меня распирает желание раскрыться, но уж очень хочется увидеть её глаза в этот момент.

Да, Варь, давай подымемся в кабинет. Нужно посмотреть на вид из окна.

Комната почти пуста, только стол и пара стульев говорят о её предназначении. За окном крыши домов, колокольни и заснеженное русло реки.

— Вид прекрасный, — Варя подошла к окну и сняв перчатки положила на стол. Прямо рядом с бумагами.

— Возможно, — у меня от волнения немного охрип голос, — но прежде посмотри эти бумаги.

На столе лежит сложенный лист гербовой бумаги с сургучной печатью.

— Что это?

— Прочти.

Женщина осторожно взяла документ, сперва пробежала текст немного рассеянно, как чужое письмо. Но затем выражение её глаз изменилось.

— Саша, я не пойму тут путаница какая-то, — её лицо стало таким смешным.