— Зушаш Ишша Хирра’ур. Прибыл на последнем корабле… молодые никогда не умеют оценивать свои силы.

Герда решила, что разговор окончен и направилась дальше по коридору. Но собеседница двинулась за ней, представившись своим длинным именем, из которого гокта выделила главное имя Суорхи. Довольно необычное для вераксианки — не особо «шепелявое». При общении на равных его вполне достаточно, а собеседница продолжала проявлять интерес.

— Слышала, капитана, носящего славное имя Хирра’ур низвели и судят за полный провал в Оке Зверя. На мой взгляд верховное командование слишком сурово, ведь он действовал правильно для своей ситуации. Корабль тонкокожих атаковал из режима незаметности и имел невероятно мощное оружие.

Герда догадалась, что лёгкой флотилией, стёртой Меркурием, командовал родственник их пленного. Возможно дальний, но также высокопоставленный военный. Огромный вераксианец ведь не случайно столько знал о произошедшем. Промолчать не получалось, но высказывать мнение было опасно.

— Я слышал многое и пока ситуация выглядит туманно. Сейчас важнее отбросить тонкокожих.

— Уважаю справедливое отношение. Ты прибыл сюда из-за этого? И, кстати, куда ты направляешься? Жилой блок прямо по коридору.

Герда надеялась, что спутница отвяжется. Но чёрта с два — не получалось!

— К арсеналу пополнить боеприпасы. Мне пришлось следить за добровольцами на старом корабле. Делать там было абсолютно нечего, зато есть длинные коридоры. А причина прибытия… не играет роли.

Герда не хотела слишком много оправдываться и предпочла вести себя «холодно» и так, словно не желает говорить. Ей как никогда хотелось обладать псионикой, чтобы понимать отношение собеседницы, не желавшей отставать. Ведь это мог быть как обычный интерес, так и подозрение.

Потому она поддерживала разговор, который продолжался, даже когда они зашли в отсек, где хранилось оружие для защитников корабля. Внутри суетился обслуживающий персонал — бойцам помогали надевать бронескафы. Некоторые около длинного стола проверяли оружие.

Герда выложила несколько пустых рельсовых магазинов и блоков стандартных энергоячеек — и их без вопросов заполнили. Суорхи заинтересовалась довольно старым, но качественным оружием — приходилось выдумывать его историю на ходу. И даже после выхода в коридор вераксианка не отставала.

— Ты уже связался с координатором? Есть приказ?

— Да и нет, пока хочу настроиться, — солгала Герда, подозревая, что первое утверждение сейчас проверять не будут. Увы, к кому именно нужно обратиться она просто не знала и сомневалась, что этот офицер на крейсере.

— Действительно, времени совсем нет… собрался тренироваться перед штурмом?

Боясь, что голова не сможет натурально передать эмоции, Герда попыталась заставить состроить морду «задумчивое» выражение. Впрочем, и она сама судорожно соображала.

— Сохраню энергию для битвы. Найду тихое место, тут слишком много суеты.

Вераксианка шевельнула хвостом, смотря снизу-вверх.

— До операции скорее всего ещё довольно много времени. У меня есть то, что поможет ему незаметно пролететь. Мне интересно, что ты повидал и почему такой воин прибыл сюда.

Герда с трудом могла поверить, но всё больше убеждалась, что вераксианка по какой-то причине увязалась за суровым самцом. Дело в обычном личном интересе или всё же причина в ином? Казалось бы, дело дрянь. С другой стороны, когда по кораблю она ходит не одна, а с кем-то местным, всё выглядит намного менее подозрительным! Главное — запустить дроидов!

— Предложение… неплохое. Но я предпочту сесть вдали от любопытных носов.

Всё оказалось проще, чем Герда ожидала. Суорхи попросила её подождать у блока кают и вскоре вернулась с небольшим чемоданчиком. Пришлось проявлять все свои способности к импровизации и общению. Причём и место для отдыха нашлось легко. Экипажи вераксианских кораблей были большими, и желание выбрать место потише оправдало предложение перейти в специфическое помещение.

Совсем недалеко от модуля тоннельного ускорителя — около приёмного пункта внутренней логистической системы, позволяющей доставлять по кораблю крупногабаритные грузы. Например, рельсовые боеприпасы, топливные и энергетические ячейки, дроидов или материалы для обслуживания.

Живые существа пользовались этими тоннелями лишь при крайней необходимости. И даже в приёмной комнате стояли большие ящики, на один из которых села Герда.

— Я тоже люблю уединённые места. Хотя обычно достаточно прогнать кого-то из голографических комнат. Там живые растения, приятный запах и более влажный воздух.

— Я столько времени провёл в космосе, что мне здесь привычнее. И это заставляет помнить, где мы находимся, а не заниматься самообманом.

Герда продолжала играть роль сурового военного, смотря как Суорхи достала из чемоданчика пару стаканов и выпивку.

— Интересный у тебя взгляд на мир… мрачный. Разве не лучше помнить, за что сражаешься? А хотя неважно… первый тост за победу!

Вераксианка подняла наполовину полный стакан и махом выпила. Герда повторила жест. К счастью, предназначенная для внедрения и шпионажа голова была способна пропускать жидкости и имела мешочек для этого случая и даже встроенный анализатор, показавший всего шесть процентов алкоголя. Вроде бы мелочь, но вераксианцы очень слабы к воздействию спирта.

Раздался механический гул — две герметичные створки в стенах помещения открывались. Мимо по тоннелю проехала транспортная вагонетка на прорезиненных магнитных колёсах.

Она издавала много шума и это стало шансом. Потребовалось лишь активировать заготовленный скрипт, открывающий штурмовой бронескаф только на правом плече и части хвоста. Из него тут же выскочило несколько шпионских дроидов с невидимостью. И до того, как маскирующий шум стих, всё закрылось.

Специальный искусственный интеллект управлял устройствами. Самое крупное из всех, летающее, даже успело проскочить через медленно закрывающуюся створку. Суорхи ничего не заметила.

Теперь нужно было контролировать процесс, что требовало пристального внимания, при этом не теряя нить разговора. Хотя разведчицу преследовало острое ощущение, будто что-то не так.

[Ранее на борту Аргентума]

Лили вместе с Марком участвовали в монтаже привезённых нами деталей при помощи инженерных дронов. Вообще-то, должно было прибыть больше вераксианских техников и помогать ещё и с мелкими работами. Но мы настояли, что они должны отремонтировать гиперпрыжковый двигатель. Я в этом деле ничего не смыслил, зато отсел подальше и забалтывал «коллег», имитируя расслабленный диалог в рабочей атмосфере.

— Ш-ш-ш… мы же запрашивали танталовые блоки! Почему нам привезли эту грязь⁈

— Ты же знаешь, война, ресурсов вечно не хватает. Видел бы ты, как чинили реактор нашей развалюхи, у тебя бы началась линька! — я усмехнулся, что должно было преобразоваться в определённый вид шипения.

Инженер на том конце явно возмутился, но без перехода на агрессию — если переводчик правильно интерпретировал тон.

— Повторишь это, когда полетишь с нами! Гармонизация полей Островского будет отставать минимум на три миллисекунды и упадёт точность. А знаешь, к чему это приведёт?

Я скосил взгляд на экран, прося подсказку у ИскИна, он показал мне изображение с мультяшной девушкой, пожимающей плечами, разводя руки. То есть, искать картинку время нашёл, а думать — нет? Причём даже технический термин Марк перевёл!

— Да-да… но что я могу поделать, брат? — вздохнул я, уйдя от ответа на словно бы риторический вопрос.

— Не хочешь подписать с нами претензию? А хотя по тону слышу, что тебе всё равно. Но если Вершителя Бури даже при прыжке на маяк отбросит далеко от флота, то спросят с нас всех!

Я нахмурился, цепляясь за только что сказанные слова, и тут вмешалась Лили.

— Он говорит о пострадавшем в бою вспомогательном модуле контроля и усиления искажающего пузыря. Отклонения мизерные — он преувеличивает.