Марк вцепился в моё плечо:

— Командор, я дам приказ отступать!

— Стоять! Стоять на месте. Никакой паники. Если маги справятся, то всё будет хорошо. А если рванет, нам так и так карачун, только помрём уставшими.

Я посмотрел на Фомира. Тот уже бежал к алтарю в сопровождении Ластриона.

Оба мага бросились к пульсирующему камню и прижали к нему ладони. Воздух вокруг них задрожал от напряжения. Фомир и Ластрион начали выстраивать сложнейшее контрзаклятие.

Температура росла катастрофически быстро. Около алтаря так вообще — печка. Но Фомир и Ластрион даже не думали отходить. Волосы Фомира стали закручиваться в жгуты, а глаза закатились.

Всё понятно, они ведут ментальное сражение с системой безопасности алтаря. Они как хакеры, только привязаны к серверу вместе с кило пластида. Если не справятся, то всем хана.

К тому же они потели так, что пот струился по телам, пропитывая мантии.

— Бурдюки с водой! — рявкнул я солдатам, стоящим поблизости. — Поливать магов и поить, лейте на головы, если не могут глотать! Не давать им отключиться!

Бойцы бросились выполнять приказ. Они щедро лили воду из бурдюков прямо на лица Фомира и Ластриона. Маги жадно хватали влагу пересохшими губами, не смея оторвать руки от раскалённого камня.

Вибрация усиливалась. Крупная трещина змеёй поползла через весь лагерь.

А затем всё резко прекратилось.

Свечение погасло. Алтарь словно бы успокоился.

Фомир оторвал руки от плиты и тяжело рухнул на спину. Его грудь судорожно вздымалась.

— Пить! Да куда ты со своей водой, болван⁈ Вина! — прохрипел маг.

Кто-то сунул ему бурдюк. Фомир сделал несколько долгих глотков, зашёлся в кашле, но не выпустил ёмкость из рук.

Ластрион, пошатываясь, выпрямился. Его пальцы заметно дрожали. Он провёл рукой над поверхностью алтаря.

— Стабильно, — глухо доложил он. — Матрица закольцована и отключена от штампов собственника. Теперь божественная связь разорвана и это просто ничейный алтарь.

Он поднял на меня глаза.

— По законам магии времён Эпохи Магов, номинальным хозяином алтаря становится тот, кто контролирует территорию.

Ластрион сделал длинный глоток. Один из солдат похлопал его по плечу.

Бойцы не до конца поняли контекст ситуации и опасность, но начавшееся землетрясение было мощным намёком, что именно маги остановили катастрофу.

— Кого ты имеешь в виду? — спросил я Ластриона, когда он чуть отдышался.

— Сейчас… сейчас он Ваш, командор. Мы можем попытаться привязать его к другому богу, стереть в порошок или… попробовать использовать. Хотя как это сделает не-бог, я пока не представляю.

Я окинул взглядом напитанный магией камень.

— Для начала мы возьмём его под контроль, само собой. Берём ресурс, думаем, что делать.

Я повернулся к Марку:

— Четвёртый полк, вы станете лагерем на этой позиции. Приказ — охрана алтаря. Сапёры останутся у вас, превратите нагромождение камней в полноценный форт. Стена, настоящий ров, магия. Фомир оставит здесь часть магов для очистки территории. Нам нужна здесь крепость и не для красоты. Ожидайте новых попыток вернуть алтарь.

Фомир, всё ещё сидящий на земле, покачал головой:

— До сих пор не верю… Я бы в жизни не вытянул это плетение. А тут… Мы сняли божественную защиту. Божественную, Рос, понимаешь? Никогда такого не было. Нет, определённо, Война Богов превратила нас в монстров.

Я усвоил эту мысль. Мои маги стали сильнее на несколько порядков. Это радовало, но и пугало. Конкурирующие маги недружественных стран получили такое же усиление. Плюсом является то, что моих, хотя и слабеньких, зато дохрена.

— Разведка, проверьте территорию в радиусе нескольких миль, проверим лагерь, за это время закатим сюда портальное кольцо и понемногу, партиями, возвращаемся назад, в столицу, — отдал я финальные распоряжения.

…

Впрочем, скоро сказка сказывается, не скоро дело делается.

Всё это заняло время и в итоге, в том числе с учётом пропускной способности портального кольца (всё равно за один раз всё не уйдём) мы стали на ночлег в лагере гноллов.

Вечером стало понятно, что место они выбрали недурное. Роза ветров была такой, что тут не особенно воняло, воздух нагоняло с моря, словом, достаточно комфортно.

Был и колодец, который давал горьковатую, но вполне пригодную для питья воду. Колодец очистил Ластрион, вкус воды стал приятнее. Колодец в болотах — штука критически важная.

Наш старый лагерь свернули и перетащили сюда, разгрузили портальное кольцо (Фомир настоял на том, чтобы его установили как можно дальше от алтаря, мало ли как эти два «устройства» между собой соотнесутся).

Под вечер мы с Марком инспектировали примитивные укрепления поверженного врага. Нагромождения серых валунов выглядели грубо, но материал вполне годился для нашей инженерной работы.

Большую часть из грубых «шалашей» мы забраковали, снесли и сожгли, а маги обработали на предмет вшей, клещей и блох. Псы довольно-таки нечистоплотные твари.

— Работы тут непочатый край. Да холм этот рядом, для обороны не лучшее место.

— Алтарь тут, оборона тоже будет тут, — аргументировал я.

— Мне бы ещё сапёров. И Мурранга оставить. Ну, хотя бы на первое время.

— Я тебе дам нормальных матёрых мастеров. Они Замок Шершней поднимали из руин в кратчайшие сроки. Думаю, что Мурранг мне и самому понадобится.

— Ну, хорошо.

— Сформируй две смены по двадцать бойцов, самых доверенных и крепких в плане психики, караулить алтарь, — распорядился под конец я.

— Сделаю.

Вокруг лагеря развернули бурную деятельность маги Фомира. Десяток человек в тёмных мантиях сформировали магические контуры (малые) и проводили очистительные ритуалы, направляя потоки энергии в землю. Пространство преображалось прямо на глазах.

Вонючая болотная жижа высыхала, превращаясь в твёрдую, надёжную почву. Гнилостный запах отступал, сменяясь ароматом сухой пыли и нагретого камня.

Друидов у нас с собой не было, рейд-то боевой, но некоторые знали минимальные заклятья и, хотя речь о насаждении лесов не шла, вокруг лагеря возникли густые заросли травы. Ну, хоть какая-то экологическая зона, где не так тоскливо и почти не воняет.

Раньше мы никогда и не думали решать проблемы отравленных, опустыненных и заболоченных территорий, потому что на такую очистку территории у магической роты ушла бы неделя изнурительной работы. Сейчас почва уплотнилась за считанные часы.

Солдаты спали в своих палатках, были организованы часовые, в качестве дежурной роты на случай, если гноллы выкинут ещё какой-то сюрприз, осталась одна из эльфийских рот.

В самом центре лагеря тускло пульсировал зеленоватым светом захваченный алтарь гноллов. Каменная площадка с ощутимой даже с закрытыми глазами магическим фоном с высеченным символом глаза и падающей капли казалась инородным пятном среди лагеря Штатгаля.

Отправив спать Марка, я прошёлся по лагерю и дошёл до алтаря. Тут не было часовых, но бойцам велели близко к нему не подходить, даже очертили на земле круг, который нельзя пересекать.

Если алтарь вдруг выкинет какой-то магический фокус, рядовые бойцы могут поддаться панике. Ластрион выставил артефакты поглощения в качестве меры безопасности и уверял, что после этого алтарь ничего такого не исполнит.

Поскольку у меня была божественная защита от всякой такой фигни, то я пересёк границу смело и положил голую ладонь около светящегося символа. Камень оказался неожиданно тёплым, разительно контрастируя с холодом воздуха.

Не знаю, чего я хотел добиться. Секунды текли в абсолютной тишине.

Внезапно поверхность под пальцами мелко завибрировала. В мой разум ворвался чужой голос. Раскалённый, тяжёлый, переполненный пульсирующей яростью звук заполнил череп. Сущность по ту сторону камня была разгневана.

Я не убрал руку. Мой мозг сам собой сделал интересное наблюдение. Враг использовал ментальный канал связи, очень похожий на мой Рой. Выходит, что коммуникации Мёртвых богов базируются на чём-то знакомом мне, точнее будет сказать, на даре Дикаиса.