— Занятно, занятно, — раздался мужской голос, а затем воздух пошел рябью, и снятое заклинание невидимости открыло перед нами почти десяток противников во главе с парнем, на вид чуть старше меня, глаза которого закрывали очки в тонкой оправе. — Как я и думал, магия осколков. Ваше высочество, позвольте спросить, как вас звали в прошлой жизни?

Парень был не прост. Очень непрост, хотя бы потому, что знал про местную магию и распознал её применение, а уж его вопрос мог означать только одно: передо мной был такой же перерожденец, вот только, судя по акценту, родился он совсем не в России. Правда, одну ошибку он всё же совершил. Не понял, что защита исходила от меня, ошибочно отнеся её на счёт Ольги. И это тоже означало, что он догадывался о иномирной природе членов императорской семьи. Умный, самка собаки. Но просчитался. И это давало мне шанс. Даже не смотря на то, что в группе поддержки у него было аж три арканы. Вот только тут не Земля, а значит, всё ещё можно повернуть в нашу пользу.

Используя драгоценные секунды, пока Ольга тянула с ответом, я лихорадочно просчитывал ситуацию. Попасть сюда, в осколок, не имеющий выхода на Землю, они могли только через портал. Причём двойной. Но сделали это, судя по всему, так, что не подняли тревогу в крепости и не всполошили мою роту, расположившуюся аккурат у портального круга. То есть подобное под силу было провернуть лишь тому, кто досконально знал, как работает портальная система светлых. Разбирался в ней лучше, чем я. А значит, это точно был не тёмный. Светлый маг, сомнений нет.

Я разглядывал парня, силясь припомнить, видел я его раньше или нет. Не на Земле, конечно, в моём мире. Если брать за основу, что переродившаяся душа попадает не в случайное тело, а близкое по внешности, либо частично внешность подстраивает под прежний образ, то я вполне мог этого мага видеть. Вот только вряд ли он был таким же молодым, как сейчас. А ещё светлые обожали бороды, обязательно седые, хотя могли выглядеть, как угодно. Им казалось, что это добавляет солидности. Мысленно примерив на его лицо бороду, я начал прокручивать в голове портреты всех известных мне архимагов. Приходилось заучивать, чтобы не пропустить случайно в бою. Больше, конечно, по аурному слепку, но в силу особенностей наших вторых источников маны, ни он у меня, ни я у него видеть не могли.

Вереница разнобородых адептов светлой магии пронеслась перед внутренним взором, но не то, всё было не то. И тут я чуть не ахнул, когда в голову пришёл самый банальный ответ. Кто же мог переродиться, как не сильнейший архимаг Светлой Коалиции.

Виндор Светлый собственной персоной. Правда, все утверждали, что он давно отошёл от управления кругом магов, вёл затворнический образ жизни в своей башне, высоко в горах занимаясь одному ему известными вещами. Может, поэтому и смог переродиться, что сразу под удар проклятия не попал.

Плохо было, что я не представлял его истинного могущества. В боях он никогда участия не принимал, складывалось ощущение, что ему до войны с Тёмной Империей дела нет. Его образ как такого, оторванного от мирских дел, мага, погружённого исключительно в познание магических глубин, вполне себе бытовал даже в кругах других магов Света.

И вот теперь он стоит тут, явно вознамерившийся уничтожить помеху в лице Ольги, считая её тем фактором, что не даёт окончательно разобраться с Российской Империей.

Теперь уже у меня сомнений, кто стоит за этой войной, не было. И успела осторожно закрасться мысль: а так ли вампиры были первопричиной всего в моём? Но обдумывать это нужно было потом, сейчас действовать. И было очень хорошо, что стояли противники достаточно плотно, и меня за угрозу не воспринимали, всё внимание сосредоточив на девушках. И это давало мне время на каст высшего заклинания, на какое с восстановленным резервом я был способен, «Слово Силы: Смерть». Три секунды на воплощение. Безумно долго в нормальном магическом бою, но здесь эти секунды у меня были, на мои манипуляции просто не обратили внимание.

А затем я тихо произнёс лишь одно слово:

— Умрите, — простирая ладонь в сторону окруживших парня магичек.

Заклинание, которое гарантированно уничтожает любое существо, не имеющее защиты от Тьмы. А у них её не было, потому что на Земле что магия Света, что магия Тьмы, неизвестны.

Слово Силы высосало у меня резерв почти досуха, едва хватило. В бою с индианками я на такое ещё не был способен, но здесь сработало, и все, услышавшие его, мгновенно умерли. Не помогла им вся их магическая сила. Кроме парня. Но было бы слишком глупо надеяться, что тот не прикрыл себя от всех возможных вариантов.

Стоило телам безвольными мешками осесть на землю, как невозмутимое выражение вмиг с лица мага пропало. Он отступил назад, дёргано обернулся, оглядывая своих и убеждаясь, что остался один. Вновь вперил взгляд в великую княжну, произнёс одновременно растерянно и зло:

— Это не ты! Я наблюдал за тобой.

Затем его взгляд метнулся ко мне, натолкнулся на глумливую ухмылку, которую я себе позволил, и шокировано выпалил:

— Грёбаная тьма, это не она, это ты!

— Виндор Светлый, — я произнёс это имя, внутренне порадовавшись тому, как шок превратил его лицо в гротескную маску, — думал, я тебя не узнаю?

— Кто ты⁈ — на лбу парня заблестели бисеринки пота, а я, обозначив лёгкий кивок, почти официально представился:

— «Чёрный меч» — так меня называли свои, а вот ваши называли чуть по-другому — «Чёрная смерть».

— Генерал тёмной суки, — зло процедил тот, — я должен был догадаться, что она спасла именно тебя. Её любимчик, а кто-то поговаривал, что и любовник.

Если он пытался таким образом меня разозлить, то у него не вышло. Госпожа выше досужего мнения кого-либо, поэтому я только снова ухмыльнулся и произнёс:

— Всё может быть. Но в свою очередь скажу честно, не ожидал, что кто-то из ваших смог спастись. Я видел, что осталось от вашей столицы.

Ни он ни я не предпринимали попыток напасть, просто потому, что Светлый с испугу наложил на себя заклинание абсолютной защиты, которая переливалась вокруг него слабо светящейся сферой. Такую не пробить ничем, но минус в том, что пока она не спадёт, сидящий внутри тоже ничего не может сделать.

— Слава, давай его просто убьём, — вмешалась в наш разговор зло сощурившаяся великая княжна, — к чему эти разговоры?

— Ха, глупая девчонка, — лицо Виндора немедленно приняло надменное выражение, — твои познания в магии, как и у всех вас, самодовольных и наглых баб, ничтожны, примитивны. Вы пользуетесь магией, как первобытный охотник дубиной, не понимая, что в ваших руках в сотни раз более совершенное оружие. Даже имея столь незначительный дар, я сумел подчинить себе самых влиятельных женщин вашего мира.

— Дай угадаю. Нашёл артефакты своих светлых дружков? — поинтересовался я, примерно догадываясь, каким путём он это подчинение произвёл.

— У дружков? — он презрительно посмотрел в мою сторону, — нашёл, только это были мои собственные артефакты. Кто, ты думаешь, создал эти все и другие? Да даже тот, что ты смог извлечь. Я, я, генерал, и только я. Никто в нашем мире не мог со мной сравниться в магическом искусстве.

— Госпожа могла, — заметил я спокойно.

— Могла? Да она просто была хитрее и украла мои собственные разработки! А затем сбежала, организовав эту свою Империю. Хотя я предлагал ей безраздельно править всем миром, как муж и жена. Что, — он вновь с холодной усмешкой посмотрел на меня, — не ожидал узнать такое о своей Госпоже? Да, мы были мужем и женой. Сильнейшие маги мира. Бессмертные. Мы могли безраздельно править, потому что перед нашим объединённым даром не мог устоять никто. Абсолютная власть, абсолютная сила. И она всё это предала ради жалких слабосилков. Ещё и спасать бросилась таких как ты, вместо того, чтобы спасать себя. Впрочем, — он растянул губы в презрительной улыбке, — на это и был расчёт.

— Мне казалось, инициаторами были вампиры.