Я повернулся к молча всё это время взиравшему на происходящее главврачу и коротко кивнул:

— Благодарю, Христофор Варварович, за предоставленную возможность.

— Всегда, кхым, пожалуйста, — рассеянно ответил то, достав платок и принявшись яростно протирать пенсне, — хотя, конечно, хотелось бы, чтобы вы к нам с таким пореже.

— Надеюсь, что больше подобная демонстрация не потребуется, — ответил я, — сейчас парни всё уберут и больше мы вас не побеспокоим.

— Уберём? — весь десяток дружно вылупился на меня.

— Ну конечно, — ответил я, — не оставим же такой бардак после себя милейшему Христофору Варваровичу. Так что трое за вёдрами с водой, ветошь там, и все дружно отмывать. Как раз окончательно с видом крови свыкнитесь.

Подпоручики мои не то чтобы приуныли, но впечатлились и вид имели хмурый. Бледноватенький, но падать в обморок никто не спешил. Что ж, думаю, нужные выводы они сделали. Отправив их ночным рейсом по железке обратно в лагерь, сам я, однако, задержался в гарнизоне, направившись прямиком к великой княжне, которая, как подсказала слегка красноглазая подполковница в приёмной, ещё не спала.

— Соскучился? — произнесла она, стоило мне войти в кабинет.

Несмотря на темень за окном и время, перевалившее за полночь, Ольга сидела за столом, изучая какие-то документы. Что-то, видимо, поездка в Петербург изменила, раньше я в ней такого рвения к бумажкам не наблюдал.

— Помощи попросить хотел, ваше высочество, — сообщил я, присаживаясь на стул.

Но та лишь бросила на меня острый взгляд и недовольно буркнула:

— Я же просила, когда мы одни, чтобы без этих «ваше».

— А адъютана за стеной?

— Она ещё тут⁈ — нахмурившись, княжна подняла трубку телефона на столе и, дождавшись ответа, недовольно произнесла, — ты почему ещё здесь, я что сказала, можешь быть свободной. Да, это приказ. Да, я буду работать одна. Всё! Я сказала!

Положив трубку, вздохнула, — Вот упрямая же.

— Верная и исполнительная, — улыбнулся я, закинув ногу на ногу, — а также умная и надёжная. Какие ещё нужны?

— Такие, которые с первого слова понимают, — проворчала та, но было видно, что это следствие плохого настроения, а не настоящее недовольство подчинённой. — Так что за помощь нужна?

— Да так, хочу своим парням испытание провести в обстановке, приближенной к боевой. А то у некоторых от собственной крутости головокружение случилось.

— Хм, — чуть улыбнулась кончиками губ Ольга, — настолько сильно?

— Пока не настолько, — ответил я, — но уже шибко голову задирать начали, препятствий перед собой не видя. Так-то, конечно, те, кто переживут первый настоящий бой, быстро в себя придут, но мужской батальон — тема щекотливая, и победа нам нужна, но по возможности без безвозвратных потерь.

— Ну, тебе лучше знать, — чуть кивнула княжна, — так что от меня требуется?

— А ничего сложного, организовать засаду по маршруту следования роты.

Я достал из планшетки схему местности осколка, захватывающую портал, наш лагерь, лагерь учёных и край городских руин.

— Вот здесь, — я отметил точку, — рота войдёт на территорию поселения полуросликов.

— Полуросликов?

— Мелкие человекоподобные твари, живущие под землёй, — пояснил я, — известные воры, из их жилищ много чего выгребли, включая мой портрет.

— Поняла, — согласно кивнула Ольга.

— Задача роте будет поставлена: пройти по маршруту, по условно враждебной территории, предполагая, что возможно наличие тварей. Я буду в качестве наблюдателя, командовать поставлю одного из подпоручиков.

— А мои официры изобразят этих самых тварей, — понятливо усмехнулась Ольга.

— Именно. Тем более, что в гарнизоне есть отряды пластунок, которые смогут эту засаду грамотно обустроить.

— Так, — перестала улыбаться княжна, — это всё хорошо, но что по поводу применения оружия? Если твои начнут стрелять?

— Такое возможно, — кивнул я, — поэтому патроны в ружьях будут без порошка. Не так важно выстрелят ли они, мне будет достаточно, если они хотя бы успеют пулю зарядить магией. Правда, очень в этом не уверен. Ну, а к официрам гарнизона у меня одно требование: не калечить и не использовать сильную магию. Оглушать, обездвиживать, обезоруживать. Этого будет достаточно.

— Хм, это понятно, но сам понимаешь, всякое случается, девчонки в раж войдут, могут и помять слегка твоих.

— Не страшно, до десяти процентов временно выбывших с лёгкими ранами и травмами — это в пределах нормы. На боеспособность роты не повлияет.

— Тогда последнее, — взглянула на меня Ольга, — время, когда ты планируешь тренировку?

— После обеда, выход из лагеря в четыре часа дня, ориентировочно достигнут места засады после часа марша.

— Успеют устать, привыкнуть и расслабиться, — понимающе кивнула княжна.

— Именно.

Облегчённые боеприпасы, без порошка, по одной обойме в пять патронов на каждого стрелка за ночь интендантская служба гарнизона подготовить успела, и на следующее утро я лично проконтролировал, чтобы вооружавшиеся бойцы зарядили в винтовки именно их. Подсумки были заполнены камнями, как и заплечные мешки, имитируя полную походную загрузку.

Я оглядел выстроившуюся в две шеренги роту и гаркнул:

— Здравия желаю, стрелки!

— Здравия желаем, господин капитан! — хором пролаяли те мне в ответ.

В полную силу лёгких, слитно, громко, так что толком не разобрать слов. В общем, мне понравилось. Сразу видно, что настоящее армейское подразделение, а не банда

— Сегодня для вас будет последнее испытание. Полевой выход с полной выкладкой. Учебный, но не советую расслабляться. Совсем скоро мы выдвинемся на территории, на которые ранее не ступала нога человека, где безраздельно властвую твари, где их исконная земля. Поэтому к выходу относитесь, как к реальной боевой задаче, предполагая, что в любой момент по маршруту движения может произойти нападение.

Я оглядел повеселевшие лица. Про то, что скоро мы отправимся в неизведанное, они услышали, но моё предостережение, видимо, нет. Ну, что ж, через час самоуверенности в них поубавится.

Закончив с короткой речью, я подозвал к себе подпоручиков.

— Кораблёв, командование на тебе, — делегировал я полномочия командиру первого отделения, — я буду двигаться отдельно и наблюдать, как рота проходит маршрут. Вам тоже напоминаю, выход условно боевой, и отрабатывать вы его должны соответственно.

— Понял, командир, — кивнул подпоручик.

— Держи маршрут, — передал я ему планшетку с картой, где были указаны необходимые ориентиры.

— И вы, — перевёл я взгляд на остальных, — тоже своей головой не забывайте думать.

Парни, после шокирующего посещения морга, были в должной мере сосредоточены и замотивированы, в них я не сомневался. Но даже так им всё равно не справиться с засадой, просто потому, что в ближнем бою им нечего противопоставить внезапно возникшей угрозе, которая физически сильнее и быстрее. Они заранее обречены на поражение, и это тоже будет отличным уроком.

Я наблюдал, как рота живой змеёй потянулась в ворота, поднимая ногами красноватую пыль, затем, когда последний из стрелков покинул расположение лагеря, запрыгнул в паромобиль и выкатился следом, обогнув их по дуге, остановился на вершине холма, одобрительно хмыкнул, увидев, как Кораблёв отправляет в авангард одно из отделений и формирует боевое охранение. Мои уроки даром не прошли. Вступив первыми в бой, те дадут возможность остальной роте зарядить оружие магией и произвести заряженный залп. Вот только с засадой это не сработает.

Всё, дальше за ними смотреть смысла не было, и, надавив на газ, я поехал к месту планируемой засады.

Жилища полуросликов везде одинаковы, и поселения строятся по единому принципу. В центре большой дом, и он же общественный центр со старостой, как правило, представителем самой главной линии рода, а вокруг дома всех остальных родовичей, и чем дальше от центра, тем более дальнее родство было с главной ветвью, но было. Два рода в одном поселении не уживались. Поэтому крупных городов у них отродясь не было. Если бы они и женились там между собой в одном роду, было бы и вовсе отлично, мелкие гады давно бы выродились и подохли, но жён они выбирали из другого рода и вырождаться не собирались. Пока их не прибило проклятье Госпожи.