— Ты вернешься, Аделина... — хрипло, давясь собственной магией, прорычал я в пустоту ночи. Мои зрачки сузились в мертвые вертикальные щели. — Даже если мне придется перерыть все миры, сломать пространственные барьеры и уничтожить твою вселенную, я найду тебя. Драконы никогда не отдают то, что принадлежит им по праву. И твой человеческий продавец тебя не спасет. Алекс что-то кричал, пытался хватать меня за руки и нелепо оправдывался, но я не слышала ни слова. Лишь молча выставила его и эту девицу за дверь, заперев замок на все обороты. Оставшись одна в пустой, холодной квартире, я сползла по стене на пол. Мой идеальный земной мир оказался фальшивкой. Зато подлинным было то, от чего я так глупо сбежала. Воспоминания о горячих ласках Асхера в горном источнике, его бережности и пугающей, но честной силе теперь выжигали меня изнутри. Я судорожно закатала рукав кофты и замерла в ужасе. Из-за моего предательства золотой узор на руке сильно потускнел. Линии дракона, которые раньше сияли живым пламенем, теперь напоминали старую, едва заметную серую татуировку. Магия Судьбы засыпала, покидая меня.

— Нет, нет, нет! Пожалуйста! — в панике зашептала я, прижимая ладонь к запястью. Я закрыла глаза и попыталась вызвать внутри ту самую первобытную ярость, которая спасла меня в горящей башне. Я отчаянно пыталась вернуться, открыть портал, визуализировала Асхера, его замок, его шрамы, кричала в пустоту комнаты... Но ничего у меня не получалось. Земной воздух оставался неподвижным. Магия не отзывалась на мои слезы. Я расторгла этот контракт своими собственными руками, и теперь система чужого мира заблокировала мне доступ. Я осталась заперта на Земле со своим разбитым сердцем.

Каждый день без нее был похож на ад. Медленное, удушающее безумие выжигало мой разум. Мой внутренний ящер рвал грудную клетку, требуя вернуть пару, но пространственный барьер между нашими мирами стоял насмерть. Я не сдался. Я заставил лучших чародеев империи перерыть запретные архивы и нашел древнего мага Черного клана, который помнил времена, когда миры еще соприкасались. Старец указал мне путь, но предупредил: пробить стену вселенной человеческой силой невозможно. Нужен был накопительный ритуал огромной мощности. У Асхера ушли долгие месяцы в поисках редчайших пространственных артефактов и концентрации магии. Я не спал неделями. Моя кожа иссохла, глаза полыхали мертвым золотом, а советники в ужасе шептались, что их правитель сошел с ума. Мне было плевать на империю. Мне нужна была моя Аделина. И вот, лишь через долгие три месяца, магия наконец подчинилась моей ярости. Пространство перед моим троном с грохотом разорвалось. Я не стал раздумывать ни секунды. Сбросив облик дракона и приняв человеческий вид, я шагнул в слепящую бездну. Прошло три месяца. Жизнь на Земле превратилась в серый, унылый марафон. Я механически ходила на работу в юрфирму, возвращалась в пустую квартиру и каждый вечер смотрела на свое потускневшее запястье. Я смирилась с тем, что навсегда потеряла своего дракона. Субботним вечером я сидела на кухне, перебирая старые судебные иски. За окном шумел привычный городской дождь. Вдруг по всей квартире прошел странный, едва уловимый импульс. Воздух в комнате резко похолодал и мгновенно запахло... озоном, грозой и горьким дымом. Мое сердце пропустило удар. Я судорожно взглянула на руку: серая, мертвая татуировка дракона на моем запястье вдруг вспыхнула ослепительным, живым золотым светом, обжигая кожу. В ту же секунду в тишине квартиры раздался тяжелый, уверенный стук в железную входную дверь. От этого стука стены моей земной многоэтажки мелко задрожали. Я выронила ручку из пальцев и, забыв как дышать, бросилась в прихожую. Мои пальцы дрожали так сильно, что я трижды не могла попасть по защелке замка. В коридоре за дверью снова раздался глухой, нетерпеливый рокот. Магия на моем запястье уже не просто светилась. Она горела чистым, жидким золотом, пробивая кожу и возвращая к жизни каждую клетку моего иссохшего за три месяца тела.Щелчок. Я с силой потянула тяжелую железную дверь на себя. И замерла, забыв, как дышать. Я лицом к лицу столкнулась с Асхером. Он стоял на пороге моей обычной земной лестничной клетки, но весь мир вокруг него словно сжимался. Его иссиня-черные волосы были растрепаны, на бледном лице залегли глубокие тени от бессонных месяцев поисков, а дорожный плащ пах чужим небом, озоном и гарью. Но его взгляд... Этот пронзительный, темный взгляд хищника мгновенно приковал меня к месту прямо в моей земной прихожей. В глубине его золотых глаз метались яростные вертикальные искры. Дракон нашел свое сокровище.

— Ты... — только и смогла выдохнуть я.

Асхер не стал говорить. На разговоры у нас ушли долгие три месяца разлуки. Он сделал один широкий шаг вперед, переступая порог моей квартиры, и сильной рукой захлопнул за собой дверь. В ту же секунду его объятия сомкнулись на моей талии. Дракон сгреб меня в охапку, прижимая к своей широкой, горячей груди так крепко, что у меня хрустнули ребра. Но мне было плевать. Я вцепилась пальцами в его плечи, зарываясь носом в воротник камзола. Сдерживаемый три месяца инстинкт собственника окончательно сорвал у Асхера все тормоза. Больше не было ни законов, ни правил, ни сомнений. Он подхватил меня на руки и понес вглубь квартиры, безошибочно найдя спальню в темноте. Одежда летела на пол с треском. Наши магии — его яростная багровая и моя воскресшая золотая — соединились в один мощный, слепящий кокон, от которого в комнате заискрила и погасла вся земная проводка. Нам не нужен был свет. Нас ждала жаркая и долгая ночь. Асхер ласкал мое тело с первобытным, голодным неистовством, но в самые критические моменты его движения оставались невероятно чуткими. Он помнил, какая я хрупкая. Когда его горячие ладони скользнули по моим бедрам, разводя их в стороны, я на секунду замерла, судорожно схватившись за его плечи. Страх перед неизвестностью снова попытался поднять голову. Асхер остановился. Он навис надо мной, тяжело дыша, и его вертикальные зрачки расширились, заполняя всю радужку. Он бережно взял мое лицо в свои ладони.

— Я буду нежным, моя Адель, — хрипло, на грани выдоха пророкотал он, целуя мои соленые от слез веки. — Доверься мне. И я доверилась. Полностью. Навсегда расторгая все свои ментальные блоки. В эту ночь, под шум земного дождя за окном, лорд-дракон стал моим первым мужчиной. Короткая вспышка боли мгновенно растворилась в лавине огненного, оглушительного блаженства, которое Асхер дарил мне снова и снова, не давая прийти в себя до самого рассвета. Его напору невозможно было сопротивляться, да я и не хотела. Мои внутренние границы были не просто стерты — они были сожжены его драконьим пламенем.

Утро в моей земной квартире началось не с шума горного ущелья, а с привычного гула машин за окном. Я открыла глаза, чувствуя приятную сладость во всем теле после нашей бурной ночи. Асхер лежал рядом, по-хозяйски закинув на мою талию свою тяжелую, мускулистую руку. Он проснулся мгновенно, стоило мне шевельнуться. Золотые глаза дракона уставились на меня с такой нежностью и триумфом, что я невольно покраснела, вспомнив, что он стал моим первым мужчиной.

— Ну что, мой юрист, — тихо пророкотал он, целуя меня в плечо. — Пора возвращаться домой. Собирай свои вещи. Я вздохнула и села на кровати, кутаясь в одеяло.— Рада бы, Асхер. Но как мы это сделаем? Твой портал закрылся. Дракон уверенно поднялся, подошел к окну и попытался призвать свою багровую магию, чтобы разорвать пространство. Он взмахнул рукой, его зрачки сузились, но... в воздух взлетели лишь блеклые, слабые искры. Никакого портала не появилось. Лицо Асхера мгновенно потемнело от ярости. Он попытался еще раз, но магия глухо заблокировалась внутри его тела.

— Какого черта?! — рыкнул он, со всей силы ударив кулаком по подоконнику. Пластик жалобно треснул. — Где моя сила?!

— Спокойно! — я подскочила к нему, перехватывая его руки. — Твой маг же предупреждал тебя. Пробить стену вселенной — это колоссальный труд. Ты сжег весь свой резерв. Похоже, мы заперты на Земле на несколько дней, пока твоя магия полностью не восстановится. Асхер замер. Верховный правитель и главнокомандующий огромной Империи Иллирии оказался заперт в обычной двухкомнатной квартире на окраине мегаполиса. Без магии, без слуг и без оружия.