нами отмечали. Было весело. Но у некоторых сегодня похмелье. Правда, любимый?

— Ууу, — застонал муж и накрыл голову подушкой. — Ползи ко мне, пернатый, лечить буду. Так

что, Анхель, не зли беременного феникса.

— Я должен был спросить.

— У жены своей спроси кто. Она лучше знает.

— Она партизанит.

— Тогда соблазни, отрахай хорошо, а потом спроси.

— Эли! — прошипел Анхель.

— Заодно ещё пару детишек заделаешь. И секс очень хорошо настроение поднимает.

Он сам сбросил звонок, чуть злой.

— Ну ладно, — сказала ему жена. — Покажу, кто это был. Но мы её не сможем поймать. Потому

что она ушла из этого мира. Но, увидев прошлое, ты поймёшь, почему она убила. Ты бы сам так

поступил, наверное.

Посмотрев, что показала ему жена, Анхель сидел в тихом шоке.

— Они выпили её ребёнка до суха?!

— Да, перестарались. Малыш родился в тот же день мёртвый и словно мумия. А ещё несколько

дней до этого шевелился и был нормальным ребёнком. Женщина с трудом пережила случившееся. Но

на их несчастье она была выходцем из другого мира, того, в котором я жила. Я её не знаю если

что. Но в этот мир она попала случайно, тут нашла работу, забеременела, но с парнем они

расстались. И потеря ребёнка сорвала у неё некие ограничители. Раньше она никогда не убивала

и не собиралась. Но за ребёнка она решила отомстить. И это дело, что осветили в новостях,

только подтвердило её догадки. Потому она пришла к ним, и ты видел, что она сделала. Где она

этот странный кинжал достала, я понятия не имею. Точно не из того мира, где я родилась. Но

ушла она в другой мир. Она как-то сама разобралась, как путешествовать между мирами и

находить нужный ей мир.

— Ясно. Спасибо, что сказала. Но я должен приложить хотя бы это к делу.

— Я сделаю запись произошедшего. И приложу, что она ушла из этого мира. Мой дар показывает,

что она не собирается возвращаться сюда. И вообще-то я слышала, что тебе Эли предложила

сделать, — Анхель смутился. — Я отнюдь не против уединиться с тобой и Антеем у нас в

спальне. Только мы втроём и хороший секс. Только нужно бабушку уговорить посидеть с внуками.

— Я всё улажу, любимая. Есть ещё мои сестры, и они любят племянников понянчить иногда.

Глава 20.

Поближе к дате родов взяла на работе декретный отпуск, потому что начаться может в любой

момент. А мне нужно ещё успеть перейти порталом на свою территорию рядом с домом в мире Тэй.

Муж с отцом нервничали, бабушки с дедушками были спокойны. Антону было сложно принять, что

рожать я буду не в больничке с врачами, а в лесу! Смотрел тогда он на меня как на больную.

— Антон, я к чёртям могу сжечь больницу и врачей. Если повезёт, рядом будет бабушка, если

нет — я сама справлюсь. Если ты будешь дома, то ты пойдёшь со мной. Но если что, оставлю

дома записку и сумку, что с собой, потом принести вам тоже оставлю.

— Хорошо, — проворчал он.

Когда этот день настал, я была дома одна. Отдыхала и читала книгу. Но стоило ощутить первую

не сильную схватку — пришлось быстро вставать и собираться. Быстро переоделась поудобнее.

Доложила необходимые вещи для себя и малышки в сумку. С собой я возьму только несколько

пелёнок. И то хорошо, если не сожгу их. Быстро написала родным записку и отправила всем

сообщение. Потом пошла на улицу и в парке открыла портал. В мире Тэй была поздняя осень, и

листва уже опала. Я на своей территории отгородила себе необходимую зону щитами, чтобы лес

пережил рождение малыша и моё нестабильное состояние. Успела сделать все приготовления как

раз к активным схваткам. Одежда на мне мигом вспыхнула, не успела её снять. Порадовалась,

что одела платье, которое было не жалко. А телефон оставила дома.

Прилегла на мховую подстилку и старалась спокойно дышать, переживая схватку за схваткой.

Роды не первые, и не важно, что последние были более трёхсот лет тому назад. Собственно

первые у меня тоже были стремительные. Мы тогда с трудом потушили пожар в доме. А второго я

рожала в поле, чтобы уже дом не сжечь окончательно. И следующих детей рожала вне дома, но

муж всегда был неподалёку, чтобы потом помочь одеться и вернуться домой.

Портал моих любимых и родных открылся через час. Когда я уже родила и лежала рядом с

малышкой в виде большой птички и грела своё рыжее сокровище своим пухом.

— Эли! — подлетел Антон с бабушкой Машей.

Я курлыкнула ему тихо и приподняла крыло, показывая наше сокровище. Позволила бабушке

запеленать правнучку, и она передала её счастливому отцу.

— Как ты, родная? Сможешь обратно превратиться? — кивнула ей.

Дедушка мигом отвернулся. Я обернулась, и бабушка помогла мне одеть подготовленное заранее

платье и сделать некоторые гигиенические манипуляции. Антон сейчас смотрел только на свою

дочурку, целовал её в лобик и нюхал её.

— Ой, Эли, я должен тебе помочь.

Дедушка подошёл к нам, взял у него малышку, а муж подхватил меня на руки.

— Прости, любимая.

— Прощаю, — сказала смеясь. — Тебе простительно. Ты получил такого долгожданного ребёнка.

Дома меня уложили на кровать и вернули малышку.

— Как ты? — спросил дедушка.

— Хорошо, — сказала с улыбкой. — Ещё несколько часов отдохну и смогу вернуться домой.

— Раньше, — начала бабушка, — когда феникс рожала, её родные делились с ней своим огнём.

— Дочка! — влетел отец.

— Папа, — позвала с улыбкой. — Мы здесь, всё хорошо.

Отец оперся спиной о стену и выдохнул.

— Когда будем её напитывать? — сразу спросил отец. — Я помню, как я помогал Мери после

рождения Эли. Твоей маме это помогло восстановиться.

— Может, стоило в лесу остаться?

— Зачем? — удивились родные. — Мы ничего не сожжём. Но дочку лучше отцу отдать. Для неё это

слишком много энергии и рано.

Родные положили свои руки на меня, и я ощутила, как в меня хлынул их огонь. Сразу прошла

усталость, а тело после родов стало активно восстанавливаться. Ушла боль, и живот стал

уменьшаться. И к концу их помощи я ощущала себя гораздо лучше. Хотя отдых ещё требовался, но

уже могла перейти порталом домой. Дома меня сразу уложили в кровать отдыхать. Малышку Анну

выкупали и вернули мне. Мы с дочкой поспали несколько часов и были готовы гулять и кушать.

— Как ты? — с трепетом спросил муж.

— Хорошо, мне такую поддержку оказали в первый раз. И ощущение, что несколько месяцев

пролетело перед глазами, и я восстановилась почти полностью. Я точно уже могу летать и жечь!

— Ну жечь ты явно поторопилась, — улыбнулась бабушка. — Когда родню соберём?

— Ба, малышке меньше дня, не скоро! Минимум неделю никого к ней не пущу под страхом, сожгу

случайно.

Мне с пониманием улыбнулись.

— Эли, — замялся муж, — мои родители через стенку живут.

— Ладно, — сказала согласно. — Но за свои собственнические реакции не ручаюсь, могу

нарычать.

Его родители пришли через пять минут. Руки вымыли тщательно, меня крепко обнимали и со мной

больше обнимались, чем с внучкой. Малышку руками не трогали, целовали меня и Антона.

— Что мы не понимаем? — сказала мама Антона, Марта. — Она только родилась, у тебя инстинкты

не подпускать, мы это понимаем. Как ты, что нужно помочь?

— Мне? Только еда и не трогать лишний раз. У меня сейчас отпуск на работе, и я буду

наслаждаться дочкой.

— Я готовить умею плохо, — выдал Антон.

— Научу, — сказали мои бабушка с дедушкой и отец.

— Прям в ближайшие дни я дочку дам только Антону и, может быть, дедушке с бабушкой. Не

требуйте от меня сейчас много.

— Понимаем.

Гулять с дочкой я ходила в слинге, так, чтобы она поближе ко мне была. Хотелось защитить её

от всего мира. Антону на работе тоже дали неделю выходных, чтобы мы побыли дома вместе.