– Угомонись, ненормальная! И запомни: я делаю что хочу, когда хочу, и с кем хочу! И всякие психованные мне не указ! Будешь держаться от меня подальше – не пострадаешь. А начнешь мешать – пожалеешь! Ясно?

– Не смейте угрожать моей сестре! – Элиан вырвал её из моих рук, и закрыл собой. Она прижалась к нему и расплакалась.

Какой взгляд! Словно небо перед грозой – того и гляди, полыхнет.

– Я не…

– То, что вы Владычица, не дает вам права ломать чужие жизни!

Что? Да я и не собиралась! Почему сразу я виновата? Несправедливо!

– Не хочешь, чтобы я её трогала, перестань встречаться с Фионой и избегать меня! Тогда твоя сестра не пострадает.

– Это угроза?

– Ну что ты, всего лишь предупреждение, – не могу сдержать торжествующую улыбку.

Его взгляд становится ледяным и колючим, а потом словно гаснет, и между нами опускается стена.

– Как прикажете, Великая, – глаза пустые и больше ничего не выражают.

– Завтра с утра идем гулять к Звонкой Роще.

– Как прикажете, Великая.

– Да что ты заладил! Других слов не знаешь?!

– Что хочет услышать, Великая?

– Идиот!

Отворачиваюсь и убегаю. Теперь мне слёзы на глаза наворачиваются. Почему всё так обернулось? Кажется, я совершила непоправимую ошибку.

***

И очень быстро об этом пожалела. Наши встречи с Элианом превратились в изощренное издевательство, только теперь я ощущала себя мазохистской.

– В такую погоду хорошо сидеть в тени, – я развалилась в траве на опушке, с удовольствием вдыхая душистый запах цветущего луга.

– Да, Великая.

– Садись рядом.

– Хорошо, Великая, – Элиан безучастно опустился неподалеку.

– К вечеру, наверно, дождь пойдет.

– Вам виднее, Великая.

– А ты как думаешь?

– Как угодно вам, Великая.

– Да что ты заладил! У тебя своего мнения нет?!

– Вы не позволили мне его иметь, Великая.

– Да не хотела я! Само вырвалось!

– Вам виднее, Великая.

– Может, ты снова нормальным станешь, а?

– Как вы хотите, чтобы я себя вел, Великая?

– Р-р-р… Как ты меня достал со своей великой! Поцелуй меня!

Что я несу?! Язык, как помело!

Поздно. Элиан наклонился и поцеловал меня. Лучше б он этого не делал! Арктический холод и то теплее этого поцелуя! Такой же ледяной и бездушный, как поведение Элиана все последние дни.

Чувствую, что по щекам текут слёзы, и не могу остановиться. Теперь понимаю значение слов "черное отчаяние". Хуже просто не придумаешь…

– Убирайся и больше не приближайся, видеть тебя не хочу! – кажется, что кричу, но получается надломленный шепот. Закрываю глаза и ковыляю прочь.

Глава 6

Сижу в тени раскидистого дерева и бездумно смотрю вдаль. Уже ничего не хочется. Мое желание сбылось – я маг, и все меня боятся – а толку? Это не сделало меня счастливой. Да и того ли я желала? Уже не знаю. Тоскливо.

Шорох за спиной даже не заставляет меня обернуться, и так знаю – это Фиона. Мнется там уже давно, не решаясь подойти. Но я не оборачиваюсь – не собираюсь облегчать ей жизнь. Наконец, решается.

– Простите, Великая, можно спросить?

– Спрашивай, – любопытства в моем голосе не больше, чем вон в том камне. Уже просто всё равно.

– Что произошло между вами и Элианом? Он сам не свой: подавленный и мрачный. Да и в вас радости не видно.

– Спроси у него.

– Спрашивала. Не отвечает.

– Ну и я не скажу. Можешь забирать своего Элиана обратно и проваливать.

– Вы убедились, что насильно мил не будешь? – Фиона и не старается скрыть торжество в голосе.

Совсем страх потеряла! А впрочем, какая разница? С каких пор я стала рассуждать с позиции силы? Неужто магия мне совсем разум затмила? А ведь когда-то обычной девчонкой была.

– Что во мне не так? – спрашиваю неожиданно для себя. – Я некрасивая? Глупая? Подлая? Жестокая? Почему это должна быть ты? Чем я хуже?

– С внешностью и умом всё в порядке, но последние два пункта недалеки от истины.

– И поэтому он выбрал тебя? Но я же маг! Я сильная, самостоятельная, решительная девушка.

– Именно поэтому.

– Что?

– Потому и не нравишься. Ты слишком сильная для него. Мужчины любят главенствовать, это заложено в их природе. А настоящая сила женщины – в её слабости. Действует безотказно.

– Как это?

– Когда поймешь, тогда и научишься покорять мужчин, – неприкрытое самодовольство Фионы взбесило меня, вырвав из апатии.

– Считаешь себя неотразимой? Сейчас я это исправлю! – вне себя вцепляюсь ей в волосы со жгучим желанием выдрать патлы этой фифе, и хоть так отомстить. Она яростно сопротивляется. Не удержав равновесие, мы падаем в траву. Очень скоро обе становимся похожи на пугала: одежда испачкана и порвана, волосы всклокочены, открытые участки кожи в царапинах и ссадинах.

– Фурия!

Ни фига она разозлилась! Про всю почтительность разом забыла.

– Так и останешься всю жизнь одна! Эгоистичная, властная мегера! Да кому ты такая нужна?!

В глазах потемнело: ах ты ж стерва… Жгучая ненависть бежит по венам и выливается в огненный шар на ладони. Краем сознания мелькает мысль: опять совершаю ошибку, – но остановиться не могу.

– Перестань! – Элиан закрывает её собой.

Он обратился ко мне на "ты"?! Ушам своим не верю! От удивления забываю про файрбол и теряю над ним контроль – он взрывается между нами, раскидав в разные стороны.

С трудом поднимаюсь и прислоняюсь к дереву. О-ох, как в голове звенит. Переждав головокружение, оглядываю себя.

– Да-а, платье теперь только выкидывать…

– Выкидывать?! – Элиан так и взвился. – Эгоистка!

– Что теперь-то не так?!