Иногда хочется мне мужиков этого мира просто придушить. Я понимаю, что многих из них обижади женщины и это деформировало их характер. У одних перекос в сторону жестокости, у других — покорность перед любым желанием женщины. Но эта их упертость в плане женитьбы и всех этих правил о семье… уже достала. Неужели они не видят, что эти правила делают их несчастными. А семья это и есть счастье! Она должна приносить счастье! А иначе для чего это все?

— Знаешь Азур — я сползла с постели и к моему стремительно улетучившемуся настроению добавилось и то что останавливать меня раган не спешил. — Я тебя предупреждала, что наша семья не совсем обычная. Давала тебе время подумать.

Глаза моего нового мужа сияют совсем не от счастья или обиды. В них отражается что-то другое. Ну, и я сейчас счастья не испытываю. Одергиваю платье, выпрямляю спину.

— Я люблю своих мужей — сцепив пальцы произношу я, глядя ему в глаза. — И от них жду того же. На первом месте будут наши нужды и желания, а политика… — брови Азура дернулись. Кажется, рагану есть что сказать, но он смолчал.

— Политика и семья невоместимы. Посмотри хотя бы на свою мать. Принесла ей счастье эта политика?

На этом разговор и сближение было окончено. Еще несколько минут назад — это был нежный и страстный любовник. А сейчас между нами повисла липкая тишина непонимания. Похоже Азур был на меня обижен. Я тоже не была в восторге. Стоило догадаться, что наша семья для кого-то не является образцом для подражания. И этому зарганцу на постели, что сверлит меня взглядом, положение «все равны» явно не нравилось.

Из комнаты я выходила злая, но тревожный звоночек в голове услышала вполне четко.

Сказать, что я был зол, будет не правда. Внутри клокотала ярость. Я хотел семьи. Но не той странной, что она мне предлагала, а семьи согласно законам и традициям нашего мира.

Да и не было в ее отношениях с мужьями раноправия. Они бегали за ней, а она только улыбалась и чаще всего уединялась с Сарганом. Та же история что и в семье моей матери только без этих улыбок. У матери три фаворита, остальные мужья имеют статус и четкие инструкции что делать в клане.

Бизань была права. Здесь нужен не просто муж, а раган. Я вызвал стражей что патрулировали сегодня в замке и велел привести мою мать в свой кабинет. Когда в глазах этих зарганцев из южного клана мелькнули сомнения моя вторая сущность зарычала.

— Исполнять! — рявкнул я.

Такого больше не будет. Это было мое обещание себе. Никто больше не станет проявлять ко мне неуважение и сомневаться в моих приказах. Дракон внутри одобрял.

Ждал я долго. Когда привели в кабинет пленницу в голове был четкий план действий.

Вся красота и лоск с матери слетели за эти недели. Одежда на ней была цела, о том, как ее кормят я тоже знал, а вот на лице ее было видно все, о чем она думала за эти дни.

Вся злоба и бессилие проступили на ее лице. Получается Солнце не только смогла ее победить, но и осуществила тот план, что она лелеяла столько лет. Кивком велел ей сесть. Смотреть на ее лицо было сложно.

Это вообще больно хоть я уже взрослый мужчина. Сознавать что для матери я был не ребенком, а частью плана. Теперь хотя бы стало ясно почему Азир был ее любимцем. Дело в отце. Моих отцов она не просто использовала, но и убила чтобы расчистить себе дорогу. Жестоко. Умно.

— Как они умерли? — хрипло неожиданно для себя спросил я.

— Еще поплачь — презрительно скривила она губы.

— Как они умерли?! — я бахнул по столу кулаком.

От неожиданости Лишана подпрыгнула на стуле и облизнула сухие бледные губы.

— Сначала поймали в ловушку. Обоих. Потом столкнули со скалы — говорила она спокойно, а вот голову задрала. Храбрится. — Что убьешь теперь? Убьешь мать?

— Ты самка, а не мать — тут же затыкаю ее фонтан эмоционального давления. — Одного сына где-то держишь под стражей. Другого отправила на задание. Третьего лишила наследия в клане, а четвертого сделала пиратом слабаком, который только женщин воровать способен. Где ты здесь увидела мать?

Лишана отвела взгляд в сторону окна. Ее губы дрогнули, но она сдержалась.

— Тебе не понять — сухо заметила она. — В твоей жизни с самого начала все было. А я карабкалась к этому долгие годы. Ты не познал не холода, не голода. Твоя жизнь была тиха и размеренна. Я хотела отдать тебе клан после объединения.

Потом она замолчала, а ее руки неожиданно вцепились в складки платья.

— А материнство было для меня недосягаемой роскошью…

— Ну, да — перебил ее я — родить четыре сына — это не повод стать матерью. Странно что ты вспомнила как защищать своего сына, когда Кейран чуть не умер.

— Я не могла этого допустить! — она повернула ко мне лицо опять отражавшее только ярость. — У меня получилось! Почти! Если бы не эта девка! Шайд даже смотреть мне в лицо при ней не хотел. Сделал вид что не знает меня. А Звер едва приехав побежал на нее любоваться. И сразу другой план придумал. Тоже захотел себе оставить. А что в ней есть? Ничего! Кожа, да кости.

Грудь Лишаны тяжело вздымалась, она кричала и плевалась. Шипела. Сыпала проклятьями пока не обесилила. А я впитывал недостоющую информацию.

— Ты вернешься — в клан — после всей этой бури сказал я. — Будешь там тихо сидеть. Больше ты не тенгру. Живи своим домом. Кейран если захочет останется здесь. Если нет — держать брата не стану.

— Возомнил себя сильным — усмехнулась она. — Или поверил, что в этом замке твоя власть будет главной? Да, те стражи что вели меня только что, есть не сели. А шли так медленно что мы могли кружок вокруг Эльзара сделать. Здесь она всем заправляет! — выплюнула она в конце.

Пытается меня разозлить. Глупая.

— Верно, зачем мне спасать такую как ты… ничтожная зарвавшаяся в своей власти самка. Верну тебя назад в подвал. Там ты сможешь еще подумать над своей жизнью и материнством — задумчиво говорю я.

— Что зубы прорезались? — оскалившись шипит она. — Вспомнил что такое борьба и сила?

— Всегда знал. Просто сейчас мне мешает рядом самка, которую будут воспринимать как мою мать. Моим людям не надо знать кто ты на самом деле.

Я чуть потянул вниз ворот рубашки, чтобы Лишана смогла увидеть печать.

— Раган — выдохнула она и уже через секунду пришла в себя. — Это все меняет Азур. Прикажи ей принять всех братьев! Прикажи это сделать! А старых мужей убери. Война или стычка с Арильяном. Неважно. Убери их с дороги. Останешься только ты и братья.

Она говорила торопливо, ее глаза бегали. Лишана сново обрела цель.

— Ты должен быть чист Азур для всех. Я сама возьмусь за это. И южных возьму, тех что со Звером приехали. Они поставят Азира во главе клана и будут его поддерживать. Кейран… ему надо придумать историю с тем что случилось. Афир! Выпустить, а потом свести с девкой. Он должен быть доволен. Нам нужно спешить. Теперь понимаю, что ты отправляешь меня в клан по необходимости. Я подготовлю …

— Заткнись! — я взял ее за плечо и встряхнул. — Я не стану убивать побратимов ради твоего плана. Моя единственная цель это убрать тебя подальше. У рагана не может быть матери в подвале. Теперь поняла?!

Лишана скорчилась в своем кресле, и я убрал руку.

— Чтобы не мешала твоим планам — слово планам она выделила и подняла на меня потухший взгляд.

— Именно — подтвердил я. — Вот портальный камень. Бери его и возвращайся. Никаких планов и интриг. Просто живи. Я буду проверять.

Двигаю по столешнице камень в ее сторону. Она закусывает нижнюю губу и цепко хватает камень. Даже не взглянув на меня исчезает.

Оно и к лучшему. К чему мне такая мать? А если в ее голове вспыхнет еще один план? Тогда остановлю. Навсегда. Но смеяться над раганом никто не будет. Что это за раган у которого родная мать сидит в подвале? Червяк какой-то, а не раган.

Отправляю сообщение всем побратимам. Прошу собраться вместе на ужин. От слова «прошу» в сообщении меня коробит. Как будто не прошу, а умоляю их уделить мне время. «В последний раз» — уговариваю себя. Когда раздумывал, где собирать их на ужин, слуга с кухни увидел мою жену. И тут же бросился к ней. Тьма, тебя побери!