Так что на следующий день после ночи в объятьях Саргана и Ардона. Приступила к своему скромному плану.

Привести себя в порядок удалось. Большую часть времени уделила детям. Поела под присмотром Лисниэля. И только на его коленях мне позволили углубиться в свои переживания по-женски. С соплями, слезами и вездесущими тараканами.

— Это нормально что ты переживаешь — уговаривал он меня, качая в своих объятьях. — Ты живая и умная женщина. Ты во всем разберешься, а мы поддержим тебя. Теперь мы знаем рагана в лицо. Так легче.

Знать бы еще с чем разбираться. Дракон. Раган. Странное ощущение при встрече с мужьями. А у меня впереди третий месяц беременности. Самый ответственный. Мог этот раган объявится чуть позже? Тут еще Азир со своим «подарком». Что теперь делать с Азиром? Он брат моего рагана. Раган — на секундочку зарганский старший муж. Как бы новая глава семьи. Станет ли он наказывать бесхребетного Азира? Что скажет про Лишану?

А раган взялся за вливание в семью нешуточным образом.

Морские сражения Марда — дал ему карты западного клана. Саргану — дал кучу информации о том как присматривать за границей с Кафтаром. Раньше в клане это была его забота. Ардону оказал помощь в строительстве последнего города дальшеу побережья. Привлек для этого около сотни зарганцев что живут на его земле. Многие остались жить в городе. Азур в ответ на это улыбался.

С Лисниэлем как я поняла у них отношения были с прохладцей. Моему графу раган явно не нравился. Но Лисниэль тактично прикрывал глаза и улыбался. Воспитание сказывалось. Такого не нагнешь и к ногтю не прижмешь. Сарган его вроде слушал с обычным лицом «дернешься не в ту сторону убью». Так что объятий от него никто и не ждал. Мой плюшевый мишка Ардон дружелюбно относился к Азуру. Мард готов был дружить.

Зарганцы... Хм, эти смотрели ему в рот. Шайд думаю от чувства вины. Зайлос скорее из стадного рефлекса. Моя Зая, умный, но противостоять прямо не любит. Скорее поджидать момент и выворачивать в свою сторону.

В общем разобравшись с мужьями Азур взялся за меня. Ну-ну, раган. Сначала были ежедневные беседы. Демонстрация другим мужьям как он держит меня за руку. Помогает подняться. Подает нужные вещи.

Потом была беседа в библиотеке. Книг мы к тому времени набрали всего два шкафа, но комната гордо именовалась библиотека.

— Солнце — мягко позвал он, опуская руки на мои плечи.

— Да, Азур.

Вот вроде ведет себя правильно. И слова лишнего не сказал, а чуйка меня предупреждает. Тараканы усиками трясут.

— Нам нужно поговорить — целует меня между шеей и плечом.

Нам? У меня то тем пока нет для разговора. Хотя… вот чего он пристает к беременной женщине? Я не в настроении.

«Мы уверены?» — шевельнулся таракан ответственный за секс.

Нуууу, даже не знаю. В Храме он был ничего. Гормоны шалят. Чуйка насторожено шипит. Не спеши Аннэль. Понаблюдаем.

— Хорошо — иду к диванчику и сажусь в ожидании разговора.

— Солнце, мое — мягко произносит он и садится у моих ног.

Поглаживает мои колени, проводит пальцами по бедрам. Глаза синие. Смотрит не отрываясь. Красивый зараза.

— Я скучаю по тебе. И думаю, что пора тебе принять это — на его ладони тонкое кольцо.

Цвет зарганских волос у металла. Небольшой камень цвета ртути. Тянет мою руку и огладив все пальчики надевает кольцо на тот палец, где уже есть первое что он мне дал в храме. Оба кольца соприкоснувшись слились в одно. Дальше ничего не пошло.

Азур посмотрел. Выждал несколько минут оглаживая мою руку. Поднял взгляд.

— Реликвия против — улыбнулся он.

— Против нашего брака? — удивилась я.

— Нет — еще шире улыбнулся он — против нашего разделения.

— Разделения? — переспросила я.

«Да он гений!» — восхитился мой таракан.

— Между нами. Я хочу быть ближе. Еще ближе к тебе милая — целует мои пальцы, печально смотрит.

Ого, то есть увидел проблему. Сделал вид что это наша общая проблема. А потом и на меня перебросил. Он хочет быть ближе, а я типа отдаляюсь. Тонко. Зрело. Моим зарганцам до этого далеко. Манипулятор. Другая дамочка на чувстве вины сейчас бы лепетала. «Прости, дорогой. Как это исправить? Что сделать?»

Да, ничего. Тебе нужно влиться в нашу семью. Не наоборот. Мы без тебя были семьей и будем. А ты только зарганская традиция. Слово с большой буквы.

— Ты дашь мне шанс?

Умный мальчик. Понял мою реакцию. Стал крутить со всех сторон. Синими глазками блестит. Моська грустная.

— Что тебя смущает Азур? Нельзя построить семью за пару недель. Со временем все будет. Не о чем грустить.

Сжимаю его пальцы. Улыбаюсь в ответ. Тараканы аплодируют. Он кивает головой. А я уже обожглась на Шейлане. Так что буду дуть со всех сторон на тебя.

Азур.

Раган — это не просто муж. Это власть. Глава семьи. А я только и делаю что заглядываю всем в глаза. Солнце Эльзара тоже не так проста, как кажется. Драгоценностей не носит, в шелка не наряжается, но мужья у нее в руке.

Посмотреть, как она ими вертит во время официальных встреч. Один взгляд — и все улыбаются. Молчит — и бегут веселить.

Холод и пепел. Она красивая, сильная, умная. Но у меня и выбора нет. Быть просто мужем не могу и не хочу. У меня слишком много дел. Мать до сих пор в подвале замка. Просто муж ее оттуда не выпустит. Азир скрывается на моих землях. Дурачок глупый, но не могу же я его бросить?

Да, и по своему происхождению западный клан должен я наследовать. Азир это сын Звера как выяснилось, а не моих отцов так что пусть на южный претендует. А мне как главе клана нельзя держать собственную мать в подвале. Письма от ее мужей приходят чуть ли не каждый день. Но приезжать опасаются.

Реликвия не приняла Эль. Надел ей на руку намекал на единение. Приподняла удивленно бровь сказала, что надо подождать. Чего ждать? Ее милости? Когда она решит обращаться со мной соответственно моему статусу?

Я — раган! Все должно исходить от меня!

Выделили в замке комнату и кабинет. На мои намеки что я раган Ардон хлопал глазами. Этот маг правда не знает кто такой раган? У меня должен быть лучший кабинет.

А вечера? Я смотрел ей в глаза. Ожидал, но … Солнце не зовет меня в спальню. Кого угодно кроме меня. Даже Саргана, на лице которого только холод и дерзость в глазах. А меня не разу за эти недели.

Я должен быть с ней каждую ночь. И я решаю кто к ней придет. Ревность съедает меня больше всего. Она моя! И я не собираюсь делить её с ними.

Не одну женщину так не хотел. А то что в ее состоянии женщинам хочется еще больше близости я точно знаю. Не верю, что в ее спальне мужья просто держат ее за руку.

К моему раздражению добавился приезд Бизани. Оддина Бизань видела иногда по воле Холода и Тьмы будущее. Негласно считалась жрицей Храма. Ее приезд — это всегда головная боль. То, о чем она скажет ложиться на плечи тяжким грузом.

Она передает ИХ волю. Волю наших богов. А мне ее нужно принять.

Бизань не спешила садиться. Она прошлась по кабинету, медленно, будто примеряя его под себя. Провела пальцами по спинке кресла Азура, по столу, задержалась у окна. Взгляд скользил по стенам с таким выражением, словно она уже видела, как здесь всё изменится. И только потом села. Не напротив. Чуть сбоку. Не спрашивая.

Я понял. Она оценила кабинет, мебель. Статус меня как мужа в семье. Не высокий.

— Азур.

Имя прозвучало спокойно. Слишком спокойно.

— Воля богов ясна.

Он не ответил сразу. В кабинете стало тише, чем должно быть. Даже огонь в светильнике будто притих.

— Четыре клана. Четыре реликвии. Открытый Храм.

Она смотрела не на него — сквозь него.

— У тебя всё есть.

Азур медленно сцепил пальцы.

— Она не приняла последнюю реликвию. Южный клан …

— …уже твой.

Она не перебила. Она закончила за него. И только тогда перевела взгляд. Холод пришёл не сразу. Сначала — как тень под кожей. Потом — глубже.

— Ты говоришь, как человек, у которого есть выбор.