Слушала соседка внимательно, не перебивала, только местами охала и ахала. А напоследок выдала, подтвердив мысли Киры про их дружбу:

— Твоя бабка, царствие ей небесное, всегда была с причудами. Помню, она мне на картах нагадала, что я замуж выйду за военного. И ведь вышла! Правда, он воевал только с соседями по даче, но всё равно.

Кира фыркнула, представив деда Зины с лопатой наперевес.

Баба Зина поднялась, на прощание окинула его взглядом и выдала:

— Хороший мужик, Кира. Странный, правда. Но видно, что старательный. Держи такого.

Кира покраснела до корней волос.

— Баба Зина!

— Что? Я правду говорю. — И она выплыла в коридор, оставив после себя лёгкий запах нафталина и чувство неловкости.

Когда дверь закрылась, Кира сползла по стене и закрыла лицо руками. Посидела пару минут, в себя пришла и решила разобраться что же все таки произошло.

— Карл! — позвала она.

— Да? — он появился в дверях, виновато переминаясь с ноги на ногу.

— Ты вообще понимаешь, что тут устроил?

— Я хотел помыться, — честно сказал Карл. — А оно... не слушалось.

— Кто не слушался?

— Вода.

Кира хотела разозлиться, но почему-то вместо этого фыркнула. Потом хихикнула. А потом расхохоталась — в голос, от души, до слёз.

— Ты... — выдавила она сквозь смех, — ты с водой... по-королевски разговаривал?!

— Ну да, — обиженно насупился Карл. — В моём мире вода слушается. Если король прикажет.

— А тут?

— Тут наглая какая-то. Не слушается.

— Король, который сражается с душем и проигрывает! — Кира зашлась смехом ещё сильнее.

— Я не проиграл, — возразил Карл. — Я... стратегически отступил.

— Стратегически отступил, оставив мне ванную, похожую на бассейн?

— Ну... да.

Кира подняла на него глаза. Карл стоял, искренне не понимая, в чём проблема. Мокрый, растрёпанный, в плаще, с виноватым, но честным лицом. И почему-то именно в этот момент Кира поняла, что не злится. Совсем.

— Ладно, — сказала она — Ты как, в себя пришёл? А то вид у тебя...

— Не очень, — признался Карл.

— Тогда одевайся, — решительно сказала Кира. — Идём гулять.

— Куда?

— Город покажу, как обещала.

— Правда? — Карл просиял.

— Правда. Но сначала — переодеться. Плащ и посох свой дома оставь. Тут так не ходят. А рубаха твоя и штаны доехать до магазина с одеждой как-то еще сойдут.

Они зашли в первый попавшийся торговый центр, который, благо, был в десяти минутах от дома… Карл застыл на пороге, глядя на стеклянные витрины, эскалаторы и толпы людей.

— Это что, город внутри города? — спросил он шёпотом.

— Вроде того. Идём.

Магазин мужской одежды встретил их стойким запахом парфюма и манекенами в неестественных позах. Карл обошёл одного такого, заглянул ему в лицо и дёрнулся.

— Он живой?

— Нет. Искусственный.

— Зачем?

— Чтобы показывать, как одежда сидит.

Карл хмыкнул и ткнул манекен пальцем. Тот качнулся.

— Странные у вас традиции, — буркнул он.

Кира подвела его к стойке с джинсами.

— Вот, выбирай.

Карл взял в руки джинсы, повертел, понюхал, посмотрел на свет.

— Это что за ткань? — спросил он с подозрением. — В мешках таких же картошку хранят?

— Это джинса, — терпеливо объяснила Кира. — Из неё джинсы шьют.

— А почему она синяя?

— Потому что красили.

— Чем?

— Краской.

Карл посмотрел на неё с укоризной.

— Ты издеваешься?

— Немного, — честно призналась Кира. — Просто выбирай давай.

Он выбрал. Потом была футболка-простолюдинка — “слишком простая, без вышивки и гербов”. Куртка — “непонятно, из какого зверя, но явно не дракон”. И “обувь пыточная” — потому что даже простолюдин не захочет самостоятельно каждое утро их шнуровать.

— Кира, у вас в мире всё делают наоборот. У нас короли носят мантию с гербом — чтобы все знали, кто перед ними. А у вас одежда... — он покрутил в руках футболку с надписью — она ничего не говорит. Просто тряпка.

— Ну почему, — хмыкнула Кира. — Футболка с рисунком может рассказать о вкусах человека.

— А если человек носит просто серую?

— Значит, ему всё равно.

Карл посмотрел на неё долгим взглядом.

— Ты носишь серую толстовку, — напомнил он.

— Мне не всё равно, — смутилась Кира. — Просто... удобно.

— Удобно, — повторил Карл. — В моём мире удобство никогда не было главным. Главное — статус.

— А у нас главное, чтоб не жалó и карманы были, — усмехнулась Кира. — Пошли на кассу.

Расплатившись, она протянула ему пакет.

— Держи, Ваше Величество. Твоя первая земная одежда.

Кира отправила его переодеваться в примерочную. Оттуда доносились тихие ругательства на тему отсутствия слуг для переодевания и о его королевском самолюбии, страдающем буквально на каждом шагу.

— Я готов покорять твой город, — объявил он, наконец-то выйдя из примерочной.

Кира закатила глаза, но улыбнулась. Это будет долгий, но веселый день.

— Я готов покорять твой город, — объявил Карл, выходя из примерочной в новой одежде.

Кира окинула его взглядом и невольно задержалась глазами дольше, чем планировала. Джинсы сидели на нём так, будто их шили по меркам специально для королевской семьи. Футболка — простая чёрная, без надписей — обтягивала плечи и грудь так, что несколько проходящих мимо девушек обернулись.

— Что? — Карл проследил за её взглядом и забеспокоился. — Я неправильно оделся? Где-то застёжка не там?

— Всё там, — буркнула Кира, отводя глаза. — Идём уже.

Они вышли из торгового центра, и Карл застыл на крыльце, как вкопанный.

— Великие трефы... — выдохнул он.

Перед ним простиралась улица. Когда они заходили в торговый центр пару часов назад, было сравнительно спокойно — обычный будний день, ничем не примечательный. Редкие машины, неторопливые прохожие, даже автобусы казались сонными. Кира тогда подумала, что Карл ещё легко отделается.

Но теперь наступил час пик.

Машины неслись в обе стороны сплошным потоком, сигналя, перестраиваясь, подрезая друг друга. Автобусы пыхтели на остановках, высаживая и забирая толпы людей. Кто-то сигналил в пробке, кто-то перебегал дорогу в неположенном месте, рискуя жизнью. Люди спешили по своим делам, обтекали друг друга, врезались плечами, извинялись и снова спешили. Где-то играла музыка, из кафе пахло чем-то жареным, а над всем этим хаосом нависали рекламные щиты, которые мигали, переливались и кричали о распродажах.

Информационный шторм обрушился на короля со всей мощью двадцать первого века.

— Здесь всегда так шумно? — спросил он, невольно понижая голос.

— Обычный вечер пятницы, — пожала плечами Кира. — Пошли, покажу тебе настоящий город.

Она взяла его за руку — просто чтобы не потерялся в толпе — и потащила вперёд. Карл послушно двинулся следом, но через пять шагов отдёрнул руку и нахмурился.

— Кира.

— Что?

— Ты ведёшь меня, как ребёнка.

— Я веду тебя, чтобы ты не врезался в столб, — парировала Кира. — Смотри по сторонам, тут опасно.

— Опасно? — Карл оживился и выпрямился. — Где враг? Я готов!

— Враг — вон тот автобус, — Кира кивнула на приближающийся к остановке транспорт. — Если под колёса попадёшь, никакая магия не спасёт.

Карл смерил автобус подозрительным взглядом.

— Это... механический зверь?

— Можно и так сказать.

— И вы на них ездите?

— Ездим.

— А почему он такой вонючий?

Кира фыркнула.

— Это выхлопные газы. Долго объяснять. Пошли лучше в парк, там воздух чище.

Они свернули в сторону сквера. Карл вертел головой во все стороны, впитывая новые впечатления. Рекламные щиты вызывали у него вопросы («Почему женщины в нижнем белье висят на стенах? Это же неприлично!»), велосипедисты — подозрение («Враг нападает сзади на двух колёсах!»), а собаки на поводках — искреннее недоумение («Вы держите маленьких волков в доме и выгуливаете их на верёвках? Жестокий мир...»).