Ной вздохнул и, казалось, немного расслабился.
- Понимаю, сэр.
- Хороший мальчик. - Тобиас немного успокоился и потянулся к дверце клетки. - Всего несколько минут, малыш, - сказал он, отодвинув защелку, чтобы запереть дверь. - Я не буду запирать ее на замок. - Он просунул засов в отверстие.
Ной не двигался, не шевелился, и Тобиас начал сомневаться, дышит ли он вообще, пока тот не облизнул губы и не сглотнул.
- Я вам доверяю, сэр, - осторожно произнес Ной. - Вы никогда не предавали доверия, никогда не причиняли мне боли, никогда не давали мне повода сомневаться в вас. Я, правда… - его слова оборвались, и он снова сглотнул. - Я, правда, не могу передать словами, что это значит для меня… как я благодарен.
Тобиас покачал головой.
- Спасибо, малыш, но, правда… не думай сейчас обо мне. Это для тебя. Ты отлично справляешься, ты встречаешь свой страх и преодолеваешь его. Угодить мне в этом не важно, хотя я ценю твое желание. Просто будь собой, будь тем, кто ты есть. Чувствуй то, что чувствуешь. Ты напуган и расстроен, но ты справляешься. Ты не паникуешь. Гордись собой, мальчик.
Ной прикусил губу и покраснел, а затем Тобиас заметил на его лице легкую улыбку.
- Спасибо, сэр, - ответил он увереннее, чем когда-либо с тех пор, как забрался в клетку.
- О, молодец, малыш, - похвалил Тобиас.
Его сердце наполнялось радостью, пока он наблюдал за всеми изменениями в позе Ноя и за тем, как далеко он продвинулся с тех пор, как Тобиас впервые затащил клетку на ринг. Он действительно очень гордился Ноем, и чувствовал, как в нем пробуждается гордость. Он сам становился частью этого процесса, и это был сигнал к завершению.
Медленно он отодвинул засов.
- Готов выйти? - небрежно спросил он, распахивая дверцу.
- Да, сэр. - Ной снова опустился на колени и пополз к двери, как только Тобиас ее открыл. Клетка, конечно, ему все еще не нравилась, но он совсем не торопился и не паниковал.
Тобиас улыбнулся и отодвинулся, освободив Ною место, чтобы тот мог забраться ему на колени.
- Ну же, - сказал он. - Дай мне немного тебя подержать.
- Спасибо, сэр, - прошептал Ной, прижимаясь к груди Тобиаса. Он прижался ближе и вздохнул, и, казалось, обрадовался, избавившись от клетки, он уже не дрожал, как до того, как вошел внутрь. - Спасибо.
- С днем рождения, - прошептал Тобиас, крепко обнимая Ноя и поглаживая его по спине. - Я так горжусь тобой. Я даже не могу выразить словами, насколько. - Он не мог подобрать слов, чтобы описать, как бурлила его кровь, как победа Ноя пронизывала его насквозь. Это был, без сомнения, кайф для Дома, и он не был уверен, что это уместно, но вот так. Он яростно чувствовал, что Ной превзошел самого себя, превзошел все ожидания обоих, и Доминант в нем кричал от радости успеха. Он почти целомудренно поцеловал Ноя в лоб и повторил: - Очень тобой горжусь.
Ной теперь ухмылялся.
- Не так уж и плохо, правда? Все было в порядке. Я не был совсем уж развалиной, понимаете? - Он тихо рассмеялся. - Боже, я так хорошо себя чувствую. Таким сильным. Спасибо вам огромное, сэр. - Он глубоко вздохнул и выпустил оставшееся напряжение, выдыхая. - Какой прекрасный подарок.
- Рад, что ты так думаешь, - сказал Тобиас, немного смущенный рычанием, проступающим в голосе.
- Сначала я не был уверен, сэр, и вы меня до смерти напугали, когда закрыли дверь. - Ной поднял голову и поцеловал Тобиаса в подбородок. - Вы так добры ко мне.
- Не хотел тебя пугать, - сказал Тобиас. Он взял подбородок Ноя в одну руку и долго, глубоко целовал его. - Никогда не хотел тебя пугать, - сказал он, отдышавшись.
- Знаю, сэр. - Ной медленно переместился на коленях Тобиаса, оказавшись к нему лицом и оседлав его бедра. - Я такой, какой есть. Я способен на эти сложные вещи благодаря вам. Я ваш мальчик. Я знаю, что и сам расту, если заставляю вас гордиться мной, Господин, то это потому, что вы дали мне для этого все необходимое.
На этот раз Тобиас и, правда, почувствовал, как в его груди заурчал рык, и с усилием подавил желание просто опрокинуть Ноя на спину и наброситься на него.
- Мой мальчик, - сказал он вместо этого, напряженным голосом. Его бедра сами собой поднялись, и он одной рукой потянул Ноя за поводок, притягивая к себе для еще одного поцелуя.
Тобиас почувствовал теплые пальцы сквозь кожу своих штанов, надавливающие на его член и ниже, поглаживающие яички. Ной сильно прижался к нему, и Тобиас откинулся назад на пол, все еще крепко сжимая поводок.
Ной быстро расстегнул жилет и распахнул его, затем его губы коснулись его - теплые и влажные на шее, плечах, дразнящие сосок.
- Боже, да. Весь мой, - простонал Тобиас. Свободной рукой он схватил Ноя за задницу, гладкая кожа была слегка прохладной. Его бедра уперлись в руку Ноя, и он снова застонал.
Ной ничего не сказал, он просто продолжал делать то, что делал. Его зубы сомкнулись вокруг другого соска. Пальцы терли и тянули член Тобиаса и, наконец, начали расстегивать ширинку.
- Не здесь, - выдавил Тобиас, когда его член протиснулся сквозь молнию и попал в руку Ноя. - На столе.
- Да, сэр, - сказал Ной своим самым шелковым, соблазнительным голосом.
Он резко и сильно дернул член Тобиаса, а затем встал на ноги. Он оставил Тобиаса на месте и медленно направился к столу. Тобиас был благодарен за открывающийся вид и знал, что движения Ноя были обдуманными. Наконец, Ной положил руки на край стола, оглянулся через плечо на Тобиаса и выставил задницу, его стояк теперь был гораздо заметнее.
Тобиас еще немного полежал на полу, размышляя, чем в своей жизни он заслужил такого саба.
- Однажды ты меня добьешь, - сказал он, поднимаясь на ноги. Он схватил смазку со стола и помахал ею Ною. - Но не раньше, чем я тебя трахну до потери сознания.
- Кажется, вы уже говорили это раньше, сэр, - поддразнил Ной, раздвигая ноги еще шире. - Чем проще, тем лучше, в конце концов, мне исполняется тридцать.
- С днем рождения, - снова сказал Тобиас, засовывая два скользких пальца в задницу Ноя. Он наклонился над спиной Ноя и укусил его за плечо, бесстыдно потирая член о задницу Ноя, одновременно лаская его пальцами.
Голова Ноя опустилась вперед между его рук, и он застонал, долго и низко. Тобиас почувствовал, как Ной расслабился вокруг его пальцев и насадился на них в своей обычной бесстыдной манере.
- Да…