Ной посмотрел в глаза Фану и мягко покачал головой в знак отрицания. Он еще не решался заговорить. Вместо этого он поцеловал Фана в лоб и притянул его к себе.

      После того, как Тобиас ушел от него той ночью, той ночью, когда он отправился сменить Бредфорда и поработать с Фаном, Ной совсем не спал. Все его мысли были заняты тем, что произойдет, когда рухнет барьер между Тобиасом и Фаном. Когда единственное, что стояло между ними, что разбило им обоим сердца, когда это единственное - потребность Фана в боли - исчезнет. В тот момент он понял, ничто не сможет встать между ними и их любовью друг к другу.

      Кроме самого Ноя.

      Он провел пальцами по волосам и крепко обнял Фана. Фан не виноват в том, что у него все еще были чувства к Тобиасу. Он не виноват в том, что все еще хотел служить. Но слышать это было очень, очень тяжело.

      - Прости, - снова прошептал Фан. - Это… я не хотел тебя обидеть. Это было хорошо. Это была сцена, вкушение. Я знаю это. Это было очень особенным, Ной. Спасибо тебе за это.

      - Все в порядке, Фан. У меня нет причин для неуверенности. Если бы я думал, что есть, то вообще бы на это не согласился. И это было хорошо. И особенное. - Он вздохнул. - Я слишком много волнуюсь.

      - Вот это я имею в виду, тебе следует волноваться. Тобиас волнуется. Бредфорд волнуется. - Фан придвинулся еще ближе, свернувшись почти калачиком на коленях у Ноя. - Я не очень хороший человек, Ной. Просто чтобы ты знал.

      Ной нахмурился.

      - Во-первых, ты всегда был ко мне добр, поэтому я тебе не верю, а во-вторых, ты уже не тот человек, каким был месяц назад. И на следующей неделе ты будешь совсем другим. В этом вся суть. Я рискну. - Тем не менее, поскольку никто никогда не говорил ему, что Фан «нехороший человек», он отложил это, чтобы спросить позже Тобиаса.

      Фан несколько минут молчал, просто молча прижимался к Ною.

      - Думаю, мне пора уходить, - сказал он через несколько мгновений. - Я всё порчу и… - Он замолчал, когда зазвонил телефон.

      Ной посмотрел на телефон, а затем на часы на столе рядом с ним. Он знал, кто это.

      - Останься, - сказал он Фану, держа его рядом, и потянулся к трубке. - Здравствуйте, сэр.

      - Здравствуй, милый, - сказал Тобиас. Ной услышал его улыбку. - Хорошо провели вечер?

      Лицо Фана поднялось, на мгновение он задумчиво посмотрел на него, затем вздохнул и снова уткнулся головой в грудь Ноя.

      - Фан всё ещё здесь, сэр, - быстро сказал он. - Мы как раз говорили о вас.

      Фан жалобно застонал.

      - Понятно. - Последовала короткая пауза. - Ты в порядке, малыш? - Тобиас, как всегда, говорил спокойно, но в его голосе чувствовалось неоспоримое напряжение.

      - Знаете, у нас осталось много пиццы, если вы голодны, - так же спокойно сказал Ной, хотя в данный момент не чувствовал себя особенно спокойным. Он надеялся, что Тобиас всё поймет.

      - Хороший ответ. Уже еду. Придержи его там, малыш. - Последовала пауза, и Ной услышал, как Тобиас звонит по домашнему телефону, чтобы вызвать машину. - Мне позвонить Бредфорду? Доктору Брюер?

      - Почему бы нам не обсудить это, когда вы приедете? - уклончиво спросил Ной. - Знаю, Фан тоже будет рад вас видеть. - Он погладил Фана по голове и провел пальцами по его руке.

      - Я буду, как только смогу, милый, - прошептал ему на ухо Тобиас. - Я войду сам.

      - О, да, это будет очень весело, - пробормотал Фан, когда Ной повесил трубку. Он бросил на Ноя обвиняющий взгляд. - Просто немного шатаюсь. Не падаю.

      Ной вздохнул.

      - Тем лучше, мы все сможем поговорить об этом, прежде чем ты до этого дойдешь. Ты на меня злишься? Я был неправ, пригласив его? Ты весь вечер спрашивал и говорил о нем.

      Фан немного отстранился, а затем снова прижался к нему.

      - Я не злюсь, - сказал он очень тихим голосом. - Я боюсь.

      - Тобиас всё исправит, трудно бояться, когда он рядом. - Ной обнял Фана, и они почти молчали и сидели неподвижно, пока Ной не услышал, как кто-то вставил ключ в замок. Тобиас не терял времени, когда беспокоился.

      - Привет, мальчики, - тихо сказал Тобиас, входя. Он всё ещё расстёгивал пальто, наклонившись, чтобы поцеловать Ноя в губы и Фана в макушку. - Фантом. Ты в порядке, или мне следует позвать врача?

      Фан поднял голову и на мгновение посмотрел на Ноя, прежде чем снова свернуться калачиком.

      - Я шатаюсь, но она мне не нужна.

      Тобиас сел в кресло и посмотрел на них, положив лодыжку на колено.

      - Ной? Что ты думаешь?

      - Думаю, Фану она не нужна, сэр, - сказал ему Ной. - Ему ещё захочется обсудить всё с ней, но сейчас, думаю, нас достаточно. Я рад, что вы позвонили.

      Ной на мгновение почувствовал себя неловко из-за того, как Фан цеплялся за него, но Тобиас, казалось, не был этим обеспокоен, поэтому заставил себя отпустить ситуацию.

      - Фан говорил мне, что мне следует беспокоиться о том, что он «вернется к прежнему состоянию». Он говорит, что считает себя не очень хорошим человеком.

      - Ах. Вернемся к этому. - Тобиас откинулся на спинку стула. - В последнее время ты говоришь о своей матери, Фан? - мягко спросил он.

      Фан кивнул, прижавшись к груди Ноя.

      - Да, сэр. Мне не следовало приходить сегодня вечером, но я думал, что худшее уже позади. - Он немного отодвинулся и посмотрел на Ноя своими сияющими глазами. - Прости.

      - Фан. Пожалуйста, перестань извиняться, - тихо сказал Ной. - И ты говорил со мной о сэре и Мастере Бредфорде и о Новом годе, а не о своей матери.

      - Но я говорил о матери на терапии, - объяснил Фан терпеливым тоном. - И это всегда меня потом несколько дней мучает. Она говорила мне, что в мире есть лишь определённое количество добра, и я был той небольшой ценой, которую ей пришлось заплатить, чтобы быть с моим отцом.

      Тобиас поморщился, и Ной понял, что Фан говорит серьёзно, что его собственная мать помогла создать демона, с которым он боролся.

      - Фан, - тихо сказал Тобиас. - Хочешь поговорить о сцене на Новом году?

      Фан покачал головой, поглаживая руки Ноя, убеждаясь, что тот его обнимает.

      - Нет. Но ты собираешься меня заставить?

      - Я буду поощрять, - сказал Тобиас. - Ной, кажется, считает это важным, и поскольку это касается всех троих, я согласен. Ной?