Бой шёл один на один. Одержимый, окружённый чёрным маревом, не обращая внимания на влетавшие в него молнии, пытался окутать чёрными нитями купол. Не знаю, что он делает, но судя по глумливому лицу преуспевает.

Я не стала ждать и, упаковав ещё одного пленника, переместила его к первому. Цыган не стал снимать щит и продолжал стоять, крутя головой. Я тоже осмотрелась. Недалеко лежал открытый, верней разорванный чемодан, дальше ещё, разбросанные вещи, драгоценности. Так вот зачем он сюда вернулся? Эта овца решила вещи собрать и уговорила любовника.

Так и хотелось бросить её умирать. Хотя Богдан не даст, он любит это дуру. Потратит время на её лечение, а за это время ещё кто-нибудь пожалует.

Накинула на неё капсулу и восстановила — пусть живёт.

«– Подкаблучник!» — сказала цыгану на ухо и ушла к пленным, мне работать нужно.

Переход получился быстрым, я даже ничего сообразить не успела, когда чуть не споткнулась о застывших одержимых, лежавших у моих ног.

Конечно, ужасающее зрелище, особенно в ночном освещении. Два тела напоминают жертв Медузы Горгоны, за момент до того, как окончательно превратятся в камень. Искажённые то ли в гневе, то ли в ужасе лица. Глядя на них, сомневаешься, что у них сохранился рассудок — дар полностью поглотил разум.

Хотя я знаю, как работает ключ, и он даёт возможность контролировать этот страшный дар. Другое дело, если человек отдался на его волю до его установки и, возможно, ловит кайф от использования, как от дозы. Я вспомнила ощущения, когда у меня повторно пробудилась Чёрная кровь, да была эйфория и хотелось почудить. А если жить в этом состоянии годами? Но сомневаюсь, сумасшедшие, не смогли бы втесаться в доверие тому же Богдану или князьку. Так что перестаю их оправдывать — это нелюди, которые ненавидят всех остальных.

Так, приступим.

У меня два объекта. Правда, Проводник, очень кстати? — попыхтела недовольно и продолжила обдумывать.

Действовать нужно быстро, чтобы не упустить течение мысли. Опять, как и в прошлый раз, перед глазами замелькали картинки. Они периодически менялись местами, словно кто-то тасовал карты. Но в этот раз я всё прекрасно понимала, это не этапы создания матрицы, а именно последовательность действий, заложенных в программу. Это мне объясняют, как будет действовать вирус.

В очередной раз убедилась, что я просто инструмент, который как-то может влиять на течение миссии. Хотя в этом влиянии может и есть суть. Сам Проводник имеет возможности, но не способен анализировать ситуацию и исходя из этого шло моё обучение. Он смотрел моими глазами и делал всё моими руками, подстраивая развитие под возникшие обстоятельства.

Возможно, если бы я продолжила научную деятельность, то много дала человечеству. Ведь на полигон меня никто не торопил, и я вообще могла туда не попасть, если бы не стала углубляться в изучение призрачной крови и не начала эксперименты.

Мысли вернулись к обдумыванию варианта, что таких как я много, возможно, даже попаданцев из разных параллелей. Сидят тайком и копаются в своих проблемах, боясь высунуться.

Пока думала, не заметила, что у меня над рукой появилась очень странная структура, пугающе странная. Аж комок в горле сглотнула и отрицательно покачала головой. Я просто не могла такое создать. По моим ассоциациям объект полностью подходил под название — вирус. В нём, казалось, отразились все этапы и всё созданное мной. Всё три ключа сплелись в единый организм, обросли деталями. Эдакий упорядоченный хаос, заключённый в пирамиду, распустивший щупальцы во все стороны, готовые прицепиться к жертве. Прекрасный и мерзкий одновременно.

Даже не хочу думать, что такая штука может в меня забраться. Меня передёрнуло от липких мурашек, пробежавших по спине.

Хоть я и отчасти участвовала в создании вирусной матрицы, и понимала её действие. Всё будет тоньше, чем я придумала и локально. Вот последнее меня более чем устраивало. Я лучше побегаю по миру и повживляю эти матрицы в других носителей, чем рисковать детьми, в которых только проснулась Чёрная кровь.

Вот честно, от души отлегло, и я от счастья даже слезу пустила.

А теперь нужно начинить первых диверсантов и доставить их на место. Которое, к слову, мне ещё нужно найти. Посмотрела на пленных. Можно, конечно, сломать их защиту и допытаться, где находится их цитадель, но, сдаётся мне, это не сильно поможет. Они добирались на транспорте по дороге и вряд ли знают точные координаты.

Так что заканчиваю этап с установкой и сразу стартую на поиски.

Сняла капсулу с первого и сразу взяла под контроль. От одержимого сильно фонило чёрными эманациями, но дар он сразу выключил. Тело мужчины расслабилось, он безучастно смотрел вверх.

Я поднесла вирус к его груди, готовилась к реакции, ведь Виктору было очень больно. Но одержимый даже не дёрнулся. Зрелище было тошнотворное, хотя, возможно, я просто накрутила себя. Вирусная матрица буквально прыгнула на грудь мужчины и, шевеля щупальцами, погрузилась в установленный ключ.

— Пф-ф… — выдохнула я.

В мою сторону никаких поползновений не было, а вот второй скорей всего пострадает. Можно было, конечно, посмотреть, что будет с носителями, даже защищёнными ключами, но у меня мало материала…

Опять перед глазами всплыл палач — Сотников. Не хочу я опускаться до скотского состояния, хотя и его стараюсь не судить. Да, не и оправдываю. Он пытается бороться в силу своих возможностей, и когда борьба затягивается на десятилетия, то гуманизм может просто исчезнуть.

В данном случае это не материал, а диверсанты, инструмент. В итоге носители вирусной матрицы тоже станут их жертвой. Вот здесь я не могу просчитать опасности, возможно, жертвой в прямом смысле. Но очень надеюсь, что выживут.

Я задумалась, а что станет с тысячами бывших одержимых? Ведь большинство из них уже давно не дружат с головой. Толпы больных опасных людей разбредутся по сектору, какие-то с другими дарами.

Так, не буду заглядывать в будущее, это тормозит меня. В этом случае я ничего не смогу сделать, если только не поставить их исцеление на поток.

Всё! Хватит думать о всеобщем благе. Двигаться нужно.

Перенесла второго диверсанта подальше, установила матрицу и вернула в прежнюю локацию. Взаимодействия не последовало — отлично! Но это не навечно. Через время, дней двадцать — тридцать, защита хозяина начнёт исчезать и его сеть будет разрушаться.

Капсулировала диверсантов, накинула на них полог невидимости и тут же переместилась на точку, где прервала полёт. Так, теперь никаких промежуточных остановок. Лечу до упора, сколько выдержу.

Вложилась в старт по полной, выбрав низкую траекторию подъёма, я ракетой устремилась в нужном направлении. Боковым зрение заметила, как подо мной взвился снег от сильного порыва ветра.

Набрав удобную для обзора высоту, я легла на курс.

Пришлось подняться выше, так как скорость была такой, что лес подо мной сливался в сплошную плоскость. Я боялась пропустить любую зацепку.

Через несколько часов я поняла, что зря боялась, такое пропустить невозможно. Из леса поднималась конструкция, очень напоминающая параболическую антенну. В нескольких десятках километрах в стороне имелась ещё одна. Конструкция двигалась, медленно в сторону, что было чётко видно на подсвеченном восходом небе.

Когда я начала снижаться, то почувствовала давление. Антенна транслировала энергетический импульс. А вот и то, что сводит с ума всякого, кто сюда сунется.

Я всё думала, как же они патрулируют такую площадь, оказалось всё просто, одна такая тарелочка зачищает от всего живого на десятки километров. Даже не представляю, сколько такая дура жрёт энергии. Хотя дефицита энергии быть не может, сюда свозят чёрные кристаллы, скорей всего, не только с этого сектора.

А вот и ещё один кусочек пазла встал на место. На нашем секторе добывают кристаллы в промышленном масштабе, но я что-то не заметила, чтобы в каждом доме всё на них работало, наоборот, они запрещены. Не знаю, куда по документам они уходят, но теперь я знаю основное направление.