Переправка через границу прошла без проблем. Договорились доставить их к вертолёту, он по-прежнему стоял в подземном полигоне. Сотников его опечатал, и никто кроме него не смог бы туда войти. Я, естественно, везде пролезу.

Посмотрев на гигантского красавца, я оставила капсулы с пленными рядом и прыгнула в кабинет Петра Михайловича, что в управлении. Расположилась, как всегда, в кресле.

На столе был небольшой беспорядок, бумаги лежали неровной стопкой, ручка, пепельница с окурком. Мне не понравилось, что я увидела, Сотников, которого я знала, не мог такого допустить. Может возвращение жены на него так подействовало, да и работа сейчас напряжённая.

Решила не обращать внимания, встала и направилась к шкафчику, где обычно было что-то съестное, в надежде чем-нибудь поживиться.

Печенье, булочки, шоколад? А где бутерброды и фрукты? — возмутилась я и, взяв печенюшку, засунула в рот.

Только закрыла дверцу шкафа, как послышался звук открывающейся двери, не знаю, что меня смутило, но я тут же ушла в невидимость.

Вот те на! — удивлённо округлила глаза на совершенно постороннего мужика. Постарше возрастом чем Пётр Михайлович, с небольшим животиком. Он по-хозяйски прошёл к столу и уселся в кресло.

Похоже, Сотников забыл сказать главную новость — его повысили и, возможно, очень высоко. Хорошо, что я услышала незнакомое дыхание, вот что меня смутило. А то пришлось бы объясняться или вырубать случайного свидетеля.

Не стала задерживаться и переместилась в квартиру. Хозяина и здесь не было, но я увидела его жену, она вытирала пыль в гостиной. Ну да, ей пришлось взять хозяйство на себя, прислугой не воспользуешься.

Время вечернее, и есть жутко хочется, пойду как я в ресторанчик. Подмывало прыгнуть в Темногорск, посмотреть, что делает шайка в отсутствии Богдана Романовича, но решила не выгуливать больше Анну, вообще нужно о ней забыть. Так что пойду в местный ресторан, попроще, ведь задача только поесть.

Серая мышка, идущая по центральной улице, никого не интересовала, хотя народа было мало. До комендантского часа ещё больше двух часов, поэтому рестораны, да и кофейни открыты, также и многие магазины, видно, пытались ухватить хоть немного припозднившихся клиентов.

Проходя мимо витрины, посмотрела на вешалки с одеждой, грустно вздохнув, что так и не прошлась за покупками. Женщина за стеклом с надеждой смотрела на меня, но боюсь, если я туда зайду, то не успею поужинать.

Ноги сами зашли в магазин. Чтобы не заморачиваться с долгой примеркой платьев, решила ограничиться нижним бельём. Взяла пару комплектов, без примерки, просто на глаз. Если не подойдёт, то хотя бы продавца осчастливила. Добавила шёлковую сорочку, посплю сегодня как человек, в настоящей одежде, а не переделанной броне.

Покидая магазин, пообещала зайти позже, когда времени больше будет, женщина, оказавшаяся хозяйкой, без особой надежды, сказала, что будет очень рада подобрать наряды для такой прелестной сударыни.

Ладно, теперь в ресторан. Пошла быстрым шагом, оставался час с хвостиком.

В зале было практически пусто, пару столиков заняты, за ними шушукались запозднившиеся парочки. Персонал уже наводил порядок, и тут я явилась. Посмотрели на меня удивлённо, но, естественно, выгонять не стали. Подошедший официант проводил к столику и принял заказ. Не стала мудрить, попросила принести салат из готовых и что-нибудь мясное, можно даже не греть.

Мужчина поклонился и буквально убежал.

А я облокотилась на спинку стула и вздохнула с улыбкой. Вот я уже почти вернулась в мирную жизнь…

Казнь — страшное слово для всех, каждого, будь то наблюдатель или действующее лицо. Я одна из последних. Палач, о котором знают всего два человека, стоящие во главе государства.

Да, император так приблизил Сотникова, что он стал его личным советником, правой рукой, а по совместительству председателем Императорского Совета. Высоко взлетел, что даже мне страшно. По сути, в его руках вся исполнительная власть и надзорные органы. Он сказал — это временная мера, но сомневаюсь, что что-то изменится.

Военное положение снимут, но будоражить сектора будет ещё не один год, а, возможно, и не один десяток. Поэтому нужна жёсткая рука. Я уверена, Пётр Михайлович справится, но мне придётся за ним присматривать. Власть и не таких ломала.

После того как я это узнала, сразу поняла желание Марии избавиться от Чёрной крови. Она как истинная жена лидера готова пожертвовать собой ради мужа. Наверное, она была более чем убедительна, раз Сотников готов пойти на это, после того, что он пережил ради сохранения её жизни.

Хотя здесь может быть ещё одна причина — он верит в мою исключительность. Вот что мне, богине, сумевшей уничтожить армию одержимых, а сейчас готовившуюся очистить землю от инопланетной напасти, придумать для искоренения, желательно без болезного, какого-то дара? Да, наверное, ничего!

Самое страшное, что я тоже так считаю. Но как бы мне не оступиться на своей самоуверенности. Как ни странно, но не в жалости к Марии дело, она в любом случае останется жива… Пётр Михайлович в случае моей неудачи может превратиться в чудовище, которое я и породила. А убивать его не хочется, он мне всё-таки друг.

Как отговорить его от этой авантюры пока не знаю, но, надеюсь, получится. Когда я вернусь из Чёрных пут с победой, после пережитого на другой исход я не рассчитываю… может всё измениться.

Но сейчас не до этого.

Казнь будет проходить на главной арене, которая находится в Москве в Императорском институте, именно туда, по логике вещей, меня должны были позвать ещё когда я изобрела магическую формулу. Да фигурировала я как помощница. Но когда я стала сыпать открытиями как из рога изобилия, то меня должны были заметить.

Ну да, им не до того было, скорей всего в это время и начал готовиться план по моему похищению.

Вернёмся на место действия. Ну что сказать, арена как арена, похоже, они все стандартные. Только эта чуть больше, чем в академии и на трибунах нет разделения на цветные сектора.

Под зрителей отвели половину мест, потому что арена для удобства и защиты процесса была разделена на две части щитом.

На рабочей части я сейчас и находилась, абсолютно одна.

Сама экзекуция начнётся через два часа с выступления императора. Я же пришла установить вирусные мины на трибунах и на подступах, в общем, обложила всё вокруг. Должен кто-то попасться, уверена. Засевшие приближённые захотят увидеть расправу над своим лидером. А верхушка правительства так вообще в приказном порядке будет присутствовать. Ведь если кто-то под любым предлогом не явится, даже будучи при смерти, его проверят.

После минирования я выжидала время, чтобы перенести объекты. Жутко, конечно, звучит — объекты, но людьми язык не поворачивается назвать. Это твари, готовые убить любого по приказу. Сомневаюсь, что можно так ментально сломать человека, чтобы он хладнокровно, будучи в здравом уме, убивал. Вспомнились те бойцы, что убежали из цитадели, вот они люди, хоть и с поломанной психикой, но смогли сопротивляться. Думаю, я услышу ещё о них и об ангеле, явившимся с откровением. Как я буду бороться с возможным культом пока не знаю…

Мысли продолжали блуждать. Мозг всеми способами уходил от казни.

Проблема была, как разместить преступников, ведь все они, включая князя, обездвижены в боевых позах, ну разве только бывший владыка уже деактивировал Чёрную кровь.

Два мои пленника застигнуты в бою и продолжат его, когда я сниму капсулы. Нам это только на руку, пусть покажут населению, как это выглядит со стороны. Была подспудная идея поставить их друг напротив друга, но это будет не экзекуция, а расправа. Да, один из них хотел меня убить, но я сильнее, значит, не имею права на подлость.

Все три преступника будут в отдельных энергетических камерах, в положении стоя. Экраны также разделят на три части, центральная отдана главному преступнику.

Чем ближе время казни, тем больше меня воротит от всего этого. Если бы у меня был выбор, я бы отправила на другой сектор или в те же Чёрные путы, там точно приятней, особенно в компании стража.