А ведь Толстой писал это во времена, когда высокопоставленный деятель, пойманный на очевидной лжи, взятке или подлости, мог добровольно уйти в отставку или даже застрелиться. Что бы он написал о современных кремлевских деятелях, которые публично лгут по пять раз на дню, которые под смехотворным и нелепым предлогом «защиты порядка» устраивают колоссальную бойню, число жертв которой способно повергнуть в шок, а пойманные на лжи, ведут себя как мелкие жулики, новой ложью покрывая прежнюю ложь! «„Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины; когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи“ — так Иисус Христос (мир ему) емко и лаконично определил самую суть дьявола и можно ли найти более меткую характеристику той шайки, которая ныне засела в Кремле, губя с одинаковым бессердечием не только чеченцев, но и „свой“ народ — русских!»

Но что нам до этого? Мы ведь «маленькие люди». Покорным рабским быдлом мы готовы не только терпеть грандиозное зло, которое разворачивается на наших глазах, но и оплачивать его своими деньгами, своим трудом, своей кровью. Ведь мы сами надуваем могуществом этих маньяков, мы и только мы являемся источником их силы и они тем сильнее, чем мы покорнее. А когда мы видим параноиков от власти без дворцов, без охраны, без армии, в обычной ситуации, мы изумляемся их ничтожеству и беспомощности. Право, остается утешиться поговоркой, что каждый народ достоин своего правительства.

И ходят по Москве миловидные девушки, раздавая налево и направо всем желающим бесплатные билеты в ад. И все ближе и ближе громыхают взрывы к тем, кто надеется отсидеться и переждать назревающую бурю. Над чеченцами она пронеслась и они не только выдержали ее, но и до сих пор стоят против нее стеной. Страх исчез, война стала работой. И когда безумные планы, отпечатанные и тиражируемые, подойдут к воплощению, чеченцы лишь продолжат то, что они делают уже второй год — борьбу со вселенским злом. А те, чье сочувствие маленькому народу, истекающему кровью в неравной схватке, выражается, в лучшем случае, вялым митингом — что предпримут они, когда полыхнет у них? Без оружия, без подготовки, без организации — роль их определена — роль жертвы.

Покойный президент Рузвельт как-то сказал: «Вещи не просто случаются: они таким образом планируются». Мир сдвинулся с места, в нем все больше пожаров и все больше людей ставится перед выбором — стать борцом с обнаглевшим злом или лечь ему под ноги покорной жертвой. Отсидеться в сторонке, любуясь войной в телевизоре, не удастся никому.

На одной из внутренних стен разбитого снарядами и бомбами президентского дворца в Грозном до сих пор можно увидеть изображение масонского «ока» и под ним надпись: «Ты видел все». Автограф этот, оставленный кем-то из «победителей», наводит на некоторые размышления. Вряд ли он оставлен солдатами и офицерами, которые ежедневно фотографируются перед «чеченским Рейхстагом». Их надписи совсем другие: «Омский ОМОН» или «Спецназ из Валобуева». Рукой, начертавшей «солнечное око», водил разум на порядок изощренней, древний, холодный разум тех, кто выходит из тени, чтобы отметить символом или словом картину воплощенного замысла…

Так было и в Екатеринбурге, когда за день до казни последнего русского царя и его семьи из Центральной России прибыл специальный поезд с одним единственным пассажирским вагоном. По свидетельству очевидцев, «в нем приехало лицо в черной одежде, похожее на иудейского раввина. Это лицо осмотрело подвал дома Ипатьева и оставило на стене каббалистическую надпись. Специалисты расшифровали ее следующим образом: ЦАРЬ ПРИНЕСЕН В ЖЕРТВУ — ЦАРСТВО УНИЧТОЖЕНО».^{410}

Любят отмечаться, что поделаешь. И, когда мы переносимся мысленно в прошлые эпохи, обнаруживаются кричащие аналогии тому, что происходит на наших глазах. Но Грозный и Чечня — лишь небольшой фрагмент в необъятной мозаике. Рассмотрим деталь покрупнее — Французскую революцию, из недр которой вышел Наполеон.

О Наполеоне уже во времена Е. В. Тарле было написано более 200 тысяч работ. Вероятно, не меньше работ посвящено и Великой Французской революции. В наши задачи поэтому не входит описывание давно и всем хорошо известных фактов. Читатель, вероятно, уже понял, что «главным героем» данной книги является Верховное Существо, богодьявол, к описанию которого мы привлекаем и некоторые исторические обстоятельства, связанные с его культом. Французская революция в числе многих своих характеристик примечательна еще и тем, что впервые легализовала этот культ, прямо обозначив его центральный объект. Именно французские «революционеры» открыто назвали Яхве Верховным Существом.

Чтобы читатель полнее осознал всю религиозную подоплеку церемонии, которой сопровождался акт введения во Франции культа Верховного Существа, необходимо вкратце напомнить ему символы и атрибуты этого культа.

Во-первых, это солнце, как небесное воплощение Верховного Существа. Во-вторых — огонь, как его земное воплощение. В-третьих — камень (скала, гора, пирамида), как «мать» огня и солнца. Затем человеческие жертвоприношения, которыми сопровождалось любое торжественное обращение к «богодьяволу» -Верховному Существу. В предыдущих главах мы описали все эти церемонии на примерах таких «цивилизованных» народов как ассирийцы, израильтяне, финикийцы, римляне, ацтеки, инки и т.д. Коснулись мы и тех церемоний, которые проводились в честь Верховного Существа «дикарями» — индейцами, африканцами, племенами Океании, Азии. В Европе более всех человеческими жертвоприношениями «прославились» кельты, но о них мы поговорим позже. А теперь — Франция конца XVIII века; просвященная, грациозная в остроумии своих жителей, законодательница мод, лидер в науке, музыке, литературе, театре. И вот, восьмого июня 1793 года многотысячные толпы парижан становятся свидетелями и зрителями странной церемонии.

Эльзасский еврей Рубан, вошедший в историю как Робеспьер,^{411} облаченный в одеяние яхвистского первосвященника,^{412} повел процессию из 2400 участников ритуала на Марсово поле. Он нес горящий факел, от которого перед символом Горы зажег огонь, из которого восстала статуя Мудрости (как острили скептики, несколько подкопченная). Затем под музыку Марсельезы все 2400 участников церемонии запели гимн Верховному Существу. Мы уже не должны удивляться, что первоначальной идеей Адама Вейсгаупта было сделать религией иллюминатов (возглавивших революцию) огнепоклонство, а сам орден был основан 1 мая 1776 года. «Огонь революции», «мировой пожар» — словосочетания из пропагандистского арсенала преемников иллюминатов, коммунистов, открыто объявивших 1-е мая своим праздником. Картина будет неполной, если мы не упомянем о том, что к тому времени во Франции был введен новый календарь (старый, ведущий счет годам от даты рождения Иисуса Христа, был отменен). Календарь «революции» начал счет времени от даты свержения короля Людовика XVI и заключения его под стражу — 22 сентября 1792 года, которая, соответственно, стала первым днем республики. Конечно, читатель уже понял, что это за дата — это день осеннего равноденствия, когда уравновешивается протяженность дня и ночи, и солнце вступает в зодиакальное созвездие Весов. Кстати, эти Весы, как символ равновесия добра и зла, красуются в центре масонского герба, утвержденного во Франции как герб революции. Равновесие и равное могущество добра и зла, как мы помним, извечная характеристика Верховного Существа. Начиная с первой годовщины республики, 22 сентября проводилось торжественное и публичное жертвоприношение людей — и это помимо ежедневно казнимых на гильотине (отрубание голов — такой же «почерк» ритуала Верховного Существа, как и ритуальное людоедство, почитание огня, солнца и камня, инцест и гомосексуализм; историкам хорошо известно, что Робеспьер, Мирабо и др. «вожди масс» входили не только в масонское, но и в «голубое» братство).^{413} Тот же Робеспьер в своем экзотическом восточном одеянии превратил христианскую святыню Франции, собор Парижской Богоматери, в центр культа «богини Разума (то есть Мудрости)», и собственной персоной возглавлял развратные оргии, которые в нем проводились.^{414} Если у древних эзотеристов и средневековых тамплиеров «богиней Мудрости» считалась «вечная девственница» Афина или Изида, которой, якобы, «никто не задирал платья», то у революционеров Франции в роли такой богини выступала популярная в Париже проститутка и актриса, мадемуазель Мейяр, которая вряд ли, не покривив душой, смогла бы повторить хвастливые слова Изиды.