— Спасибо, сеньор Антонио, — поблагодарил его я, — сегодня же передам от вас ему благодарность.

— Что здесь происходит? — в зал стали приходить всё больше людей, в том числе и девушек с женщинами, поскольку звон мечей раздавался в зале весьма гулко.

— Просто тренировка, — заверял всех кардинал, но ему мало кто верил, поскольку даже полному профану было видно, что наше оружие заточено.

— Что же, я узнал о вас много интересного, маркиз, — Антонио Колонна на секунду остановился и выдохнул, — но похоже вам придётся отдать мне тысячу флоринов.

Я поджал губы, поскольку он ускорился, его удары стали падать на меня с большей скоростью и силой, так что чем дальше продолжался бой, тем больше я понимал, что проигрываю. Я на текущем уровне мастерства, не был ему конкурентом. Решение, как выйти из ситуации пришло мне в голову мгновенно и поймав один из его ударов на обратную сторону меча, но не на сильную, а на слабую его сторону, я ожидаемо услышал громкое «крак» и половинка меча отлетела в сторону, оставив меня с небольшим обрубком в руках.

— Победил маркиз Колонна! — быстро провозгласил победителя кардинал, и сам видевший, что поединок из тренировочного стал переходить в дуэльный, так что сразу схватился за то, что у меня сломалось оружие.

Антонио Колонна тут же опустил свой меч и с улыбкой обратился ко мне.

— Я победил маркиз, ваше оружие сломалось.

— Признаю поражение, — я хмуро отсалютовал ему, нагнулся за обломком, затем вложил его в ножны и следом заснул туда же обрубок. Негоже было оставлять даже часть своего оружия в чужом доме.

— Когда я могу получить свой выигрыш? — мужчина с довольной улыбкой, подошёл ближе ко мне.

— Как только дадите мне письменные принадлежности маркиз, выпишу вам вексель, — спокойно ответил я, — и не радуйтесь так сильно, следующий раз я ожидаю получить реванш.

— Следующий раз? — он поднял бровь, — да вы азартны, маркиз!

— Я мужчина и дворянин, — я твёрдо на него посмотрел, — или у вас есть в этом какие-то сомнения?

— Боже упаси! — он всплеснул руками, и мы вернулись в зал, где я выписал ему вексель на тысячу флоринов, и смотря на документ в своих руках, его настроение явно пошло вверх.

— Так с чем ты прибыл ко мне, Иньиго? — перехватил моё внимание кардинал Колонна.

— Просто хотел вас навестить, ваше преосвященство, узнать, как у вас дела, и всё ли идёт хорошо, по нашей сделке, — я повернулся к нему.

— Всё просто отлично! — заверил меня он, — если бы ещё несуществование в этом мире Орсини, то было бы вообще всё идеально.

— Нужна ли моя помощь в чём-то? — поинтересовался я, — я просто давно не был в Риме, и следующий раз приеду неизвестно ещё когда. Мне просто хотелось, чтобы мы сохраняли с вами хорошие отношения, поскольку общее дело приносит хорошую прибыль, и мне бы крайне не хотелось что-то нарушать в текущем порядке вещей.

Кардинал задумался, а вместо него ответил маркиз Котроне, сказав только одно слово.

— Тальякоццо.

Я недоумённо на него посмотрел, на что кардинал поспешил мне разъяснить сказанное его братом.

— Это земли в регионе Абруццо, провинции Л’Акуила, — сказал он и добавил, акцентируя слова, — формальный их сюзерен сейчас — Фердинанд Неаполитанский.

— А кто его вассал, на этих землях? — уточнил я, поскольку это было тоже важно знать.

— Сейчас Орсини, — ответил он серьёзно, — но пару лет назад были мы, а ещё пять лет назад Орсини, а ещё десяток лет назад там правили наши предки.

— Можете дальше не продолжать, ваше преосвященство, — я всё понял, — Латино Орсини посылает своего пусть и незаконнорожденного, но сына, к королю Неаполя не просто так, а в качестве жеста дружбы, вы же хотите, чтобы я поговорил с ним об этих спорных территориях. Я правильно вас понял?

Просперо Колонна, широко улыбнулся.

— Ты всегда был умным Иньиго, и я рад, что мне не нужно многие вещи говорить тебе вслух. Едва я узнал, что ты едешь в Неаполь, да ещё и сыном Орсини, то мозаика у меня в голове сложилась и я был рад, что ты прислал просьбу на посещение и нас тоже. Тем самым показав, что придерживаешься наших старых договорённостей, а не переметнулся целиком на их сторону.

— Я вообще удивлён, ваше преосвященство, — искренне удивился я, — что такая мысль, вам могла вообще прийти в голову! Для меня главное — баланс сторон! Мир, ради постоянства поставок квасцов! Это для меня важнее победы одной из сторон, с последующим кровавым хаосом и неразберихой в Риме.

— Я так и думал, — улыбнулся он мне, — и рад, что ты не обманул моих ожиданий.

— Поговорю с Ферранте и пришлю вам письмо, о чём смог с ним договориться, — ответил я, поднимаясь с кресла, поскольку разговор был явно закончен.

— Буду ждать Иньиго, — он позвал слуг, но сам не пошёл провожать меня.

Когда маленький карлик вышел, тишину прервал голос Антонио Колонна.

— Это и правда хороший человек Просперо, ты не зря с ним ведёшь дела.

— Ты устроил ему эту небольшую проверку поединком, ради этого? — хитро улыбнулся кардинал.

Маркиз Котроне кивнул.

— Он не испугался, принял вызов, спокойно проиграл большую сумму денег, да ещё при этом согласился помочь нам. Этот человек определённо точно знает, что он говорит, где и кому.

— О чём я тебе много раз говорил, предлагая наконец с ним познакомиться, — ответил с улыбкой кардинал.

— Да, благодарю тебя брат, — вздохнул Антонио Колонна, — это определённо было лучшее знакомство за этот год. И хотя я не верю в то, что Фердинанд отдаст нам Тальякоццо, он слишком последнее время спелся с Орсини, но попытаться стоит, тем более ты сам говорил, что к словам маркиза прислушиваются.

— Согласен с тобой, — ответил кардинал, — его голос, голос королевы, а там глядишь и прислушается к разным голосам и сам король.

— Посмотрим, а теперь прости, мне и правда пора, — попрощался светский глава рода, с духовным и поднялся с кресла, чтобы пойти по своим делам.

Из дворца Колонна я ехал крайне задумчивым, поскольку анализировал то, что там произошло, признавая, что в общем то, я показал себя неплохо.

— Что-то случилось во дворце? — тихо поинтересовался у меня Бернард.

Я поднял на него задумчивый взгляд, затем потянулся к пряжке ремня, расстегнул его и снял месте с мечом.

— Найди лучшего кузнеца, — попросил я его, — пусть возьмёт лучшую сталь, какую только найдёт и выкует мне такой же по размеру и весу меч, но с небольшими улучшениями, которые я тебе позже нарисую на бумаге.

По моему тону Бернард что-то понял, поскольку не стал спрашивать, а потянул за рукоять, и полюбовался на обрубок меча.

— Переговоры прошли не очень, сеньор Иньиго? — поинтересовался он, показывая мне на него.

— Наоборот, вполне успешно, ради этого и пришлось пожертвовать клинком, — ответил я ему.

Швейцарец изумлённо на меня посмотрел, но уточнять в присутствии кучи народа рядом не стал, а лишь заверил, что всё сделает в лучшем виде.

Добравшись до дворца Борджиа, я стал спускаться с повозки, и услышал рядом давно позабытый голос.

— Синьор Иньиго! Синьор Иньиго!

Повернувшись, я с огромным удивлением увидел худого, словно жердь епископа, со слезами на глазах, протягивающим ко мне руки.

— Бартоло! — удивился рядом со мной Бернард, — ты ли это?

Я сначала посмотрел на швейцарца, затем на священника и узнавание тоже пришло ко мне, хотя узнать в этом сухом, измученном епископе молодого и цветущего парня, каким я запомнил своего бывшего секретаря было крайне трудно.

— Бартоло! — вскрикнул и я, отправившись обниматься с ним.

— Синьор Иньиго! Я так рад! Я так боялся, что вы меня забыли! — он рыдал и его слёзы заливали мне всё плечо.

— Идём в дом, — пригласил его я, — расскажешь почему тебе в голову пришли подобные мысли.

Попросив себе еды и закусок, мы сели втроём, и я сказал Бартоло, что он может начать свой рассказ.