Ослабевшей рукой Шаханна потянулась к карману на поясе, нашарила стимулятор и болеутоляющее. Неловко всадила иглы в руку и, задохнувшись от боли, которую причинило даже это легкое движение, откинулась назад. Препараты подействовали быстро. Она, шатаясь, поднялась на ноги, размяла мышцы, с облегчением отмечая, что ничего не сломано и не разорвано. Наручный хроно показывал, что с момента неожиданной атаки прошло около восьми часов. Машинально она потянулась к бортовому самописцу.

– Все системы вышли из строя, девочка, – напомнила она себе и выглянула в бронепластовый иллюминатор.

Нос скаута окружали зазубренные черные скалы, по иллюминатору стекали потоки воды. «Ну и везучая же я девица… – подумала она. – Я рухнула на сушу.» Шаханна нахмурилась.

– Лопатка?

Но когда её сбили, Реберные Рифы находились на другой стороне планеты. Не существовало ни одной возможной траектории, которая могла бы привести её к посадке на Лопатку. Но она припоминала по картам кое-какие относительно постоянные массивы суши – если, конечно, можно назвать сушей какой-то своенравный архипелаг или вулкан, которому вздумалось высунуться из воды.

Шаханна обнаружила, что шлюз заклинило, но аварийный люк был свободен. Маленький скаут ходил ходуном под ногами – и Шаханна поняла, что его трясет с той самой минуты, как она очнулась. Вой ветра поднялся на несколько тонов, а по бронепласту сплошным водопадом катилась вода. Если она и находилась на острове в одном из тех архипелагов, то это был крайне ненадёжный остров.

Шаханна не стала тратить время на размышления. Она быстро закрепила пакет с приказами на груди, прицепила дополнительные припасы к поясу, натянула универсальный костюм. Покончив с этим, она накинула ранцевую систему жизнеобеспечения, надела шлем и водное снаряжение, после чего запустила протокол самоуничтожения бортовых приборов и рванула аварийный люк. В лицо ей ударила волна – она отпрянула, отплёвываясь и задыхаясь. Не дрогнув, поправила маску и выглянула снова.

Корабль зажали цепкие черные пальцы скал. Но поднимающиеся приливные волны, взбитые ветром и взбаламученные луной, раскачивали судно, покоящееся в импровизированном сухом доке, и жадно, настойчиво тянули его к себе. То, что осталось от кормовой части корабля, медленно погружалось в воду.

– Ну и стрелок же мне попался – движок снес начисто. Но я-то жива.

Очередная волна хлестнула её по лицу. Шаханна инстинктивно пригнулась и ловким движением перевалилась за борт, под защиту корпуса, прикрывшего её от основных ударов стихии.

Сквозь просветы между каменными пальцами она разглядела то, что было за кораблем. Зрелище не радовало – бескрайний морской простор, такой же неспокойный. Скрежет металла напомнил, что раздумывать некогда. Корабль все ниже сползал с каменной ладони. Шаханна отсалютовала ему, пообещав отомстить, и полезла вверх по скалам. Она не заметила, как выступ скалы зацепил и удержал нос уходящего под воду корабля.

– Ну и местечко, черт побери, – вслух проговорила Шаханна, карабкаясь выше и радуясь, что перчатки сшиты из прочной ткани – руки то и дело хватались за острые как бритва осколки камня.

Дождь низвергался такими мощными потоками, что она едва могла разглядеть что‑либо на расстоянии нескольких футов перед собой. Ветер обрушивался на неё ударами тяжелого молота. Долго в этом мальстреме не продержаться – Шаханна это понимала, отчаянно ища глазами хоть какое-то укрытие под скальным выступом. Инстинктивно она начала упрямо карабкаться вверх по груде камней. Отсутствие льющейся на нее воды и ослабление ветра указывали на то, что она нашла укрытие. Шаханна оказалась в маленькой пещере прежде, чем успела осознать её наличие. Издав нечленораздельный стон, она поползла вглубь, подальше от разбушевавшейся непогоды. Вздохнув, она перевернулась на спину, чувствуя, как усталость овладевает ее измученным телом и разумом.

Планетарный Администратор Таллав с тревогой наблюдал за тем, как сети втягивают потрёпанный космический корабль в безопасное чрево Ангаров Сломанного Ребра. Словно по команде, дождь хлынул такими мощными потоками, что купол над жилыми помещениями за ангарами стал похож на водопад, а ливневая канализация начала заполняться с пугающей скоростью. Таллав содрогнулся от ужаса, представив, что может натворить наводнение.

«Казалось бы, двенадцатифутовых рвов должно хватить где угодно… но только не на Уэлладее», – подумал он, спускаясь по пандусу, чтобы поприветствовать долгожданного Следователя.

Таллав твердил себе, что нельзя выглядеть нервным. Это может вызвать подозрения. И уж тем более не стоит показывать раздражение тем, как непозволительно долго Федерация тянула с отправкой Следователя. Неужели они не понимали последствий того, что эта откровенная кража жизненно важного радиоактивного йода продолжается слишком долго? Его депеши были предельно ясны, отчеты – подробны. Но ждать до тех пор, пока Центральный Кредит фактически не заморозит все поставки на Уэлладей… это было позорно. Позорно и несправедливо.

Таллав отодвинул створку ворот и шагнул в вырубленную в скале камеру, где размещались дроны и челноки гостей. В этом огромном зале тонул даже шум, который производила команда, закрепляя прибывшее судно. Внешний вид Следователя немного озадачил Таллава. Он, конечно, не ждал парадной формы для такой захолустной планеты, как Уэлладей, но Следователь мог бы явиться и в чем-то более приличном, чем выцветший рабочий комбинезон.

– Я Таллав, Планетарный Администратор, ранг 3‑Б, – твёрдо произнёс он, отдавая честь новоприбывшему с тем почтением, которое считал должным. Следователи не были равны по статусу с Планетарными Администраторами, но обладали чрезвычайными полномочиями, которые могли применить при соответствующих обстоятельствах. – А вы, должно быть, Следователь…

– Можете звать меня Брэк.

Таллава немного задело то, что Следователь так небрежно ответил на его приветствие.

– Ваше прибытие как нельзя более своевременно, – продолжил Таллав, указывая Брэку на выход. – У нас не осталось ни капли радиоактивного йода, а буквально перед вашим появлением поступило два запроса высшего приоритета на экстренные партии. Тон у них, должен заметить, был… довольно категоричный. Вы подоспели в самый последний момент, если позволите так выразиться.

Следователь бросил на него странный взгляд, ныряя в ворота. Таллав тщательно закрыл замок, гадая, не счёл ли Следователь его слова критикой.

– Бури на Уэлладее отличаются необычайной яростью, – поспешил он добавить. – Поэтому мы притягиваем все суда сетями.

Брэк фыркнул и позволил Таллаву провести себя в кабинет.

– Прошу сюда, Следователь. Все мои записи и персонал базы полностью в вашем распоряжении. Мы хотим, чтобы пиратство было немедленно прекращено…

– В такую бурю?

– Ну, разумеется, нет. Я имею в виду… разве мои сообщения не предоставили вам достаточно фактов, чтобы сделать какие‑то выводы? В конце концов, на Уэлладее не так много мест, откуда пираты могли бы действовать.

– Да, не много.

– Итак, вот мы и на месте. Позвольте предложить вам что‑нибудь освежающее? Или, может, вы позволите угостить вас каким‑нибудь внепланетным стимулятором? Боюсь, запасы провианта истощились – утомительное это дело, находиться под бойкотом, пока пираты не пойманы, а сбор йода не налажен должным образом.

– Я бы не отказался от горячей белковой пищи. Натуральной… если вы сможете это обеспечить.

Таллав решил не обижаться на намёк, будто Уэлладей не в состоянии достойно прокормить своё население. Он вызвал персонал столовой и распорядился приготовить обед из его личных запасов. Не успел он с улыбкой повернуться к Следователю, как раздался тревожный писк коммуникатора.

Его рука зависла над устройством, готовая отключить сигнал, но потом он увидел, что вызов идет из ангара. Неужели эти болваны умудрились повредить корабль Следователя?