Конечно же, у Вениамина Семеновича не было другого варианта, кроме как подтвердить слова Захарова.

Япония, Токио

Пресс-секретарь корпорации «Тойота» Кэйго Нисикава был человеком очень старательным и исполнительным. Еще бы, когда тебе тридцать два года и от твоей усердности и проявленной энергии зависит твое будущее, поступать иначе, с его точки зрения, было бы абсолютной глупостью.

Вроде бы как он и полностью выполнил все указания от президента компании «Тойоты». Но все же в душе свербило. Мало ли, все же гость из Советского Союза останется чем-то недоволен, потому что он плохо продумал программу его времяпровождения в Японии?

А поскольку его родственником является дилер корпорации «Тойота», то вполне может быть, что впоследствии об этом недовольстве удастся узнать и президенту корпорации. Дилер Фирдаус Эль-Хажж, конечно же, будет достаточно часто навещать Японию для развития своего бизнеса, и есть шанс, что расскажет представителям «Тойоты» о недовольстве своего московского родственника Павла Ивлева. А те тут же к президенту побегут, сообщать, что он, пресс-секретарь, плохо свое поручение выполнил…

Поэтому он решил подстраховаться и решил позвонить послу Японии в Советском Союзе. Так уж вышло, что совсем уж чужими людьми они с Тору Фудзитой не были. Его отец, который являлся высокопоставленным чиновником в Управлении национальной обороны Японии, был знаком с послом уже лет как пятнадцать. Так что, с учетом этих моментов, несмотря на то, что пресс-секретарь даже крупной корпорации – должность не очень высокая, посол точно не должен был оскорбиться звонку от него. Все же родственные и дружеские связи между серьезными людьми в Японии высоко котируются.

Набрав посольство, он достаточно легко добился того, что его звонок перевели на посла. Упоминать о его отце и их дружбе на этой стадии вовсе не пришлось. Собственно говоря, пресс-секретарь «Тойоты» вполне к этому привык. Все же корпорация, которая за ним стояла, была одной из самых крупных и серьезных в Японии. Так что никто из персонала посольства и не подумал бы несерьезно отнестись к звонку из нее к послу.

А вот свой разговор с послом он начал уже с того, что напомнил тому о своем отце, а то мало ли посол запамятовал. Собственно говоря, этим упоминанием про своего отца он хотел также добиться того, чтобы их разговор был более неформальным. Он рассчитывал, что в результате посол, возможно, поделится какими-то интересными нюансами, которые в строго формальной беседе с представителем «Тойоты» не упомянул бы.

Посол очень живо отреагировал на упоминания пресс-секретарем своего отца. Тут же спросил, как его здоровье, и все ли он еще находится на той же самой должности? Пресс-секретарь был к этому готов, так что тут же ответил на все заданные вопросы. А затем уже, пользуясь выросшим уровнем доверия со стороны собеседника, приступил уже к своим вопросам. Сказал, что по распоряжению президента «Тойоты» готовит сейчас организацию досуга для советского драматурга Павла Ивлева. И хочет уточнить у посла, есть ли какие-то особенности культуры в Советском Союзе, которые необходимо учитывать при организации этой программы?

Посол, опять же, отреагировал очень живо. Во-первых, к удовольствию пресс-секретаря сообщил, что он лично знаком с Павлом Ивлевым, несколько раз встречался с ним на различных дипломатических приемах, присутствовал на его пьесе в московском театре. У пресс-секретаря это сразу же резко подняло статус советского драматурга, поскольку он, связавшись с Министерством культуры Японии, был весьма удивлен, когда узнал о том, что именитый советский драматург всего девятнадцати лет от роду.

Естественно, что это ни в коей мере не отразилось на его стремлении выполнить все, что было поручено президентом корпорации, на максимально высоком уровне. Но некоторые вопросы, конечно, к статусу советского гостя у него после этого остались. Но теперь, после слов посла, он окончательно уверился, что президент «Тойоты» точно знает, что делает, и он будет иметь дело с очень достойным гостем. А затем посол и вовсе сумел удивить пресс-секретаря, сказав:

– Ну, раз вы звоните из «Тойоты», значит, я так понимаю, что вы смогли удовлетворить высказанное Павлом Ивлевым пожелание по налаживанию контактов вашей корпорацией с его свойственником Фирдаусом Эль-Хажжем. Я рад, что смог помочь Павлу Ивлеву организовать новые контакты в Европе для вашей корпорации…

– То есть получается, – удивленно спросил Нисикава посла, – что это именно Павел Ивлев при вашей помощи отрядил Фирдауса Эль-Хажж налаживать отношения с нашей корпорацией?

– Совершенно верно, – подтвердил посол. – Я был рад этой просьбе. К сожалению, учитывая специфику Советского Союза, достаточно редко ко мне обращается кто-то с целью наладить какое-то экономическое сотрудничество с японским партнером. А ведь когда я работал дипломатом в других странах, я очень привык постоянно этим заниматься. В Москве, к сожалению, это совсем нечасто случается. Так что я с удовольствием помог родственнику Павлу Ивлеву выйти на вашу корпорацию через вашего вице-президента, которого я хорошо знаю.

Рассказал он и о том, что может вызвать какое-то недовольство со стороны советского гостя.

– Поосторожнее с гейшами, – сказал посол. – Большинство советских граждан пребывает в полной уверенности, что это обычные проститутки. Так что необходимо аккуратнее быть с этим.

У Нисикавы глаза округлились от такого. Русские путают гейш с проститутками? Какой ужас!

– То есть нужно, чтобы вообще никаких гейш рядом с ним не было? – растерялся пресс-секретарь. – Но как же мне быть? Приглашение гейш – это же проявление высокого уважения к гостю. Если мы обойдемся на торжественном мероприятии в его честь без гейш, для всех остальных, кто представляет Японию, это будет выглядеть так, словно мы неуважительно к нему относимся…

– Я понимаю, – сказал посол. – Просто рекомендую предварительно поговорить с гейшами. Предупредить, чтобы они ни в коем случае не наседали на советского гостя и держались от него чуть поодаль. А также рекомендую сказать переводчику, что это часть культурной программы, и никаких интимных отношений вслед за этим абсолютно не последует. Чтобы было полное взаимопонимание со всех сторон.

– Понятно. Большое спасибо, господин посол, – поблагодарил пресс-секретарь за полезное уточнение.

– Ну и поскольку я знаком с этим молодым человеком, также хотел вам предложить при возможности делать программу гибкой, уточнив у него сразу, как он прилетит, варианты культурной программы, – сказал посол. – Несмотря на возраст, Павел Ивлев – человек очень рациональный и знающий. Он наверняка даст вам достаточно быстрый и исчерпывающий ответ, что именно ему хотелось бы посетить в рамках культурной программы, что вы для него организовываете. Я знаю, что это несколько неудобно, потому что обычно принято утверждать программу перед визитом. Но если у вас будет такая возможность, я очень рекомендую сделать именно таким образом.

Они поговорили еще немного, и пресс-секретарь, положив трубку, принялся осмысливать все услышанное.

Получалось, что ему необходимо идти на доклад к президенту. Поскольку он сам присутствовал на том совещании, то ему было очевидно, что президент не в курсе, что именно советский драматург инициировал появление у Тойоты нового дилера, который очень активно взялся за реализацию легковых машин корпорации на территории как США, так и Европы.

А это многое меняло. Президент отдавал свои указания о встрече русского драматурга, исходя из того, что он просто родственник их дилера. Он хотел сделать приятное дилеру. А тут получается, что в Японию скоро приезжает человек, который и сделал возможной эту схему дилерства.

Вполне может быть, что без его запроса к послу Японии в СССР у «Тойоты» не появился бы этот дилер, которого так ценит вице-президент. Так что глава компании должен обязательно узнать об этом. Судя по всему, вице-президент выдал появление нового дилера за свой собственный успех, промолчав про помощь со стороны посла в СССР…