Да, чего-то боевого у меня и нет, бытовые, защитные, но и они, по сути, бытовые, для защиты быта. Я могу использовать руны Варма и Мальварма, тепло и холод, их сила зависит от влитой энергии… Мне лучше с ними потренироваться, чем с ружьём, — размышляя, я не заметил, как добрался до конечной точки.

Густой кустарник пугал и манил одновременно, снова вспомнилась перенесённая боль, я даже почёсываться начал. Затем подтянул рюкзак, чтобы не дай Бог не потерять, и шагнул в сторону зарослей. Напрасно я боялся, кустарник не стал меня задерживать, даже, казалось, что помогает, ветви вроде как подталкивали меня вперёд, до тех пор, пока я не вышел на солнечный свет.

Лучи слишком резко ударили по зрению, глаза заслезились, часто моргая, я покинул заросли, в нос ударила сладковатая вонь разложения. Зажав рот вместе с носом, я инстинктивно принялся двигаться в сторону, и очень скоро упёрся плечом в ствол дерева.

Зрение восстановилось, кроме того, я расслышал звуки леса, где-то пела птица, шуршала листва на деревьях. Далеко послышался призывный рёв горна, а может, и зверь какой трубил, на ум почему-то пришёл мамонт. Эти звуки не пугали, воспринимались типа фоновых, далеко же.

А воняло от скелета и разбросанных костей, я не сразу понял, чьи они, ведь это было давно, а мозг иногда твердил, что неправда. Разве я мог победить дикого зверя? Это был волчий скелет, кости обгрызены практически добела, местами валялись обрывки шкуры. Оскаленная пасть смотрела на меня с осуждением. Не знаю как, но я смог удержать ужин в желудке.

Фу, ну и воняет же, — я не привык видеть останки животных вблизи, трупы собак и кошек на обочинах, это другое.

Мне не хотелось тут находиться, потому я зашёл за дерево, местность здесь была более-менее открытая, кусты, трава, пока ничего угрожающего. Я двинулся дальше и прошёл так несколько десятков метров. Казалось, что растительность под ногами отличается от земной. Я вовсе не ботаник, но цвет вроде как более насыщенный, и форма листьев тоже отличалась, ползали мелкие букашки. Между двумя близко стоящими деревьями растянута сетка паутины, прямо по её центру, восседал огромный паучище, так мне сначала показалось, сантиметра три в нём точно было.

От греха подальше обошёл препятствие стороной, а затем до меня дошло.

Я же в другом мире, это больше не земля, Энтерис! Да, я уже тут бывал, но неосознанно, а сейчас пришёл сам и гуляю по чужой планете! — подпрыгнув на месте, хрустнул настом и мелкими ветками, приземляясь обратно.

Не знаю почему, но мне понравилось, подпрыгнул ещё раз и ещё, хотелось орать во всё горло. Но в уме сидело понимание, что так поступать нельзя. Объявлю о себе во всеуслышание, и мало ли кто придёт с разведкой, брат того же волка или пара.

Пройдя по лесу несколько сотен метров, я вдруг вспомнил про лунную траву. Из-за волчьего скелета я так и не проверил, вижу ли их. Девственность-то осталась позади, я встал как вкопанный.

А как я вернусь к проходу? — развернувшись, посмотрел на окружающие меня деревья, они все казались одинаковыми, не понять в какую сторону идти.

Начала подступать паника, но я всё же нашёл свои следы, примятая трава. Торопливо двинулся в ту сторону. А дальше уже было не понять, трава успела подняться, или шёл я в другом месте, мне уже было плевать на это. Сорвался с места и побежал, надеясь увидеть знакомые места, да куда там, это лес, для меня, горожанина, всё одинаковое.

Не знаю, сколько я так бегал, где-то подавали голос звери, слышался странный стук и тот самый рёв или сигнал горна. Мозг фиксировал эти звуки и отправлял в отдел малозначимых. Начала проявляться усталость, я остановился, утёр рукой взмокшее лицо, хотелось плакать от бессилия, ведь я заблудился в лесу, на чужой планете.

Кто меня будет здесь искать? Никто, — подсказал здравый смысл. — Если не найду дорогу обратно или не выйду на местных жителей, меня ждёт голодная смерть, скорее раньше сожрут дикие звери, — это была суровая правда жизни.

Странно, но понимание будущего возымело совершенно обратное действие. Прежний Антон, продолжил бы бесполезно метаться, до полной потери сил. Но я изменился, не сказать, что коренным образом, неуверен, что подобное возможно, стал более устойчивым, что ли. Иначе как объяснить, то, что я успокоился и уселся в траву.

Должен быть выход, иначе мне придётся скитаться по лесу до полной потери сил. У меня есть немного еды, надо было брать больше, всего-то четыре бутера. Можно растянуть на пару дней, если колбаса не протухнет. Может, найду какие-нибудь ягоды, должны же они как-то от несъедобных отличаться… существуют съедобные коренья.

Я, как представил себя копающим руками землю, захотелось рассмеяться. Колёк бы точно оценил. Проблема в том, что это не смешно, я пытался обмануть сам себя.

Должен быть другой выход! — повторил я спасительную мысль словно заклинание.

Захотелось пить, но вспомнив, что напиток в закрытых алюминиевых банках решил потерпеть, мне потом придётся таскать её в руках.

Закрыв глаза, я постарался не думать о жажде, вспомнил то место. Мембрана, так я прозвал проход между мирами. Цвет коры того кустарника, лунная трава, наличие которой я не проверил, попытался вспомнить вонь тухлятины исходящей от скелета, почему-то не получилось.

Я постарался превратиться в бесплотный дух, понятно, что это невозможно, я видел такое в старом сериале. Герою было удобно искать нужные места, и у него хорошо получалось. Правда, история про паразита, который вселялся в чужие тела на любом расстоянии, сейчас это не имело значения, главное — настроить себя на поиск.

Я просидел так, наверное, не меньше часа, в телефон не заглядывал, просто так казалось. Лес жил своей жизнью, пока никак мне не мешая. Глаза закрыты, я вижу темноту, она неоднородна, существуют пятна в основном серые, но слева было одно светлое, почти белое. Я вдруг понял, что оно висело там изначально, просто я не обращал на него внимания.

Странно, оно же светит как фонарь на ночной улице, почему я его не видел? — не открывая глаз, я изменил положение тела, повернулся к пятну другим боком.

Оно не изменило своего положения и, казалось, стало чётче, я открыл глаза, уставился в том направлении. Деревья, кусты, картинка ничем не отличалась от других сторон света. Я вновь закрыл глаза, понадобилось какое-то время, и пятно вновь проявилось на том же месте.

Ну не может же мне мерещиться? Или, может? — вспомнились слова отца, когда он говорил о желаемом, что выдавалось за действительное.

Он частенько изъяснялся непонятными мне фразами, доходило позднее, и отец оказывался прав. Надеясь, что в этот раз будет по-другому, я поднялся и пошёл в направлении пятна, глаза пришлось открыть, перемещаться вслепую я не умею. Метр за метром, десяток за десятком, я старался идти по прямой линии. Менял курс, только если путь преграждало дерево, или густые заросли. Через несколько минут почувствовался знакомый «аромат», сердце забилось быстрее, я прибавил шаг и буквально через десяток шагов, обойдя дерево, вышел на останки волка.

Я вполне мог ошибиться, это же лес, мало ли здесь костей валяется, но чуть дальше обнаружились густые, высокие заросли, их невозможно ни с чем спутать, это и есть мембрана. Я побежал вперёд, еле сдерживая себя, чтобы не заорать в голос, достигнув преграды, нашёл в себе силы остановиться.

Ну теперь-то можно не бежать, я нашёл способ вернуться, и, наверное, не сам… Это же межмировой переход, — пришло понимание. — Если в этом месте сталкиваются или соприкасаются два мира, должна выделяться какая-то энергия, — по физике у меня слабая тройка, но в голове что-то отложилось… — Я что, вижу эту энергию? — задумался, скользя взглядом под ногами, на глаза попались знакомые соцветия.

— А почему я не могу видеть? Это же энергия! Руны… я получил какую-то, — в голове крутилось слово, и оно всплыло в памяти. — Инициализацию!