— Не обращай внимания, Антон, у дяди Васи плохое настроение. Вот, прочти и подпиши, — я взялся за ручку, а хозяйка кабинета, видимо, решила пододвинуть её поближе.

Наши руки соприкоснулись, я почувствовал мягкость ладони, женщина ойкнула, подарив мне неловкую улыбку.

— Я на Озёрной живу, большой дом с васильковой крышей, — она почему-то растянула слово большой.

— Угу, — ответил я и почесал затылок.

Через несколько минут я заключил первый в своей жизни трудовой договор и в целом был доволен. Это же я сам сделал, без мамы, правда, про зарплату опять спросить забыл, но это ничего, я не тороплюсь, потом узнаю.

— Чего так долго? — недовольным голосом поинтересовался Валёк, когда я приблизился к воротам.

Мне не понравилось, как он сжал кулаки, будто драться со мной собрался. На всякий случай обошёл раскрасневшегося парня стороной и ничего не ответил. Я уже догадался, что у него с Елизаветой что-то было или есть, не знаю. Но к моему облегчению Валёк не стал продолжать расспросы.

Рабочий день закончился, и я со счастливой улыбкой поспешил на выход. У выхода со свинарника меня ждала Маша.

— Как день прошёл? — девушка выглядела уставшей, в руках пакет, на лице улыбка.

Я пожал плечами.

— Это первый рабочий день. Вроде неплохо, — взгляд девушки метнулся мне за спину, я обернулся.

Этот был тот же Валёк с ещё более недовольной мордой.

— Одним всё, другим ничего, — обиженно буркнул тот, плюнув под ноги, и шустро заковылял по дороге.

— О чём это он? — поинтересовалась Маша.

— Мы с ним про фольгу разговаривали. Вообще, он странный, как бы по голове сзади не стукнул, — я почесал затылок, а девушка захихикала.

— Не рассказывай мне про фольганутого, я его с детства знаю. Пошли уже, есть хочется.

Бывают такие моменты, когда не замечаешь течения времени, примерно как сейчас. Показалось, что я только пару раз глянул на Машу, а мы уже добрались до бабушкиного дома.

— Я деда кормить, позднее заскочу, — пролепетала Маша и побежала к себе. — Чаю завари, я с травками люблю, — бросила она на ходу.

Я хотел спросить, как их заваривать, травки, но решил не смешить, если что в интернете почитаю.

Ввалившись в прихожую, я скинул сапоги и тут же завоняло грязными ногами, вспомнил, что в обед я их не снимал.

Блин, что же делать? Весь дом так провоняет.

В итоге я догадался порыться в сенях, нашёл тазик и набрал тёплой воды из-под крана. Когда помыл ноги, вспомнил, что остальное тело тоже не совсем чистое. Я же день в свинарнике отработал, пока не принюхался, не обращал внимания. А сейчас казалось, что воняю, как кусок навоза.

Вздохнув, глянул на ждущий игровых совершений ноутбук и отправился в сени. С моей стороны было ошибкой не разведать бабушкины владения, уже бы знал, что да как в бане, погуглил бы чего там делать, для нагрева воды.

Небольшое строение находилось чуть дальше памятного сарая, невысокий бревенчатый домик. Настолько старый, что казалось, вот-вот развалится, но это была только видимость. Изнутри санузел выглядел намного приличнее, отделано вагонкой, на полу линолеум, отдельная душевая с нагревательным бочком.

Включил свет и обрадовался, здесь имелись все блага, кроме унитаза, это я как-нибудь переживу. Включил котёл, подождал пока нагреется вода, а затем с большим удовольствием помылся, даже ссадины не помешали. Единственное неудобство, пришлось надевать грязное бельё.

Может маме позвонить, чтобы привезли? — размышлял я, надевая кроссовки на босую ногу. — И что будет дальше? Мама, естественно, решит приехать, заодно и сыночку проверить, но не сегодня и не завтра. Наверное, на выходные. А мне это зачем? Лишний повод забрать меня домой… Не хочу… Блин, мне же ей позвонить нужно и желательно до прихода Маши.

Я засобирался в дом с удвоенной скоростью, во дворе опять гуляла та собака, увидев меня, приветливо завиляла хвостом.

— Не до тебя сейчас, — отмахнулся я, пробегая мимо.

Надо знать маму, чтобы ей реально противостоять, как бы сказал папа, на любой козырь, у неё найдётся джокер. Я знаком с ней уже больше восемнадцати лет, но всё равно не был уверен в победе, именно поэтому попросил помощи у отца.

Когда я оказался в доме, выяснилось, что родительница успела позвонить дважды.

— Привет, мам! — жизнерадостно произнёс я в трубку. — Всё хорошо, я только что из душа.

— Так, Антон, ты мне зубы не заговаривай, что у тебя сегодня на ужин, сделай фото, отправь мне, — тон не терпел возражений.

— Хорошо, мам, я сейчас с мессенджера перезвоню, с видео, — я испытал облегчение, потому что родительница всегда начинала разговор с главной проблемы. Значит, моя работа отошла на второй план

Сбросив вызов, я пробежался по комнате, наводя быстрый марафет, выскочил в сени, там всё было в порядке. Вернулся в комнату. Хотел было уже позвонить, в поле зрения попал раскрытый ноутбук на столе.

— Блин, чуть не спалился, — сунул его под подушку, кинул сверху покрывало.

— Ну показывай, — сказал динамик громкой связи голосом мамы.

И я показал, для начала прошёлся по всему дому, мама вставляла комментарии, умудряясь найти какие-то несоответствия со вчерашним днём: зеркало грязное, занавеска мятая. Я слышал голос папы, он меня защищал, дескать, некогда ему глажкой заниматься.

Добрался до кухни, показал мытую посуду, родительница пожелала заглянуть в мусорное ведро. Увидела яичную скорлупу и шкурку от колбасы.

— Ты съел на завтрак четыре яйца? — поинтересовалась мама. — Или в обед тоже яичницей питался? А ты вообще обедал? Работа же!

Я не знал, на какой вопрос отвечать, на помощь пришёл папа.

— Вот чего ты к мужику пристала? Пусть ест что хочет, себя в молодости вспомни, батон с молоком на обед.

— Кто просил тебя комментировать? Я о нашем ребёнке, между прочим, беспокоюсь. Хватит с меня того, что я позволила ему работать на свиноферме… с твоей подачи, между прочим!

На том конце началась словесная перепалка с известным концом, последнее слово осталось за мамой. Затем я открыл холодильник, хотел показать кастрюлю с супом, а на первом плане стояла полторашка молока и прозрачный целлофановый пакет с яйцами. Я едва не захлопнул дверцу от досады.

Как я мог забыть?

— Вау, Антон, ты уже корову с курами завёл? Или я в параллельную реальность попала?

— Ну что ты опять начинаешь? — влез папа. — Сама же в деревне жила, там принято так, когда в гости идут, приносят, чем богаты, соседка, наверное, заходила, вчерашняя!

Опять началась перепалка, говорили про детей, внуков и бестолковых отцов. Я в это время выглянул в окно, во дворе стояла Маша. Девушка помахала рукой, показав жестами, что здесь пока постоит. Мне стало неудобно, коротко кивнул и отвернулся.

— Не забывай, что я тебе говорила, Антон, сюрпризы в пелёнках мне пока не нужны! — за маминой спиной ухмылялся отец, типа не слушай её, давай побольше сюрпризов, даже палец большой показал.

Я невольно улыбнулся, а мама с подозрением обернулась.

— Что? Сам будешь нянчиться, — взъярилась она на отца.

Мы поговорили ещё несколько минут, и мама решила закругляться. Типа ребёнку отдыхать пора, завтра же опять на работу, приехать пообещали на выходные. Я-то знал, что до выходных она будет звонить каждый день, и, скорее всего, не по одному разу.

Я поспешил во двор, но Маши уже не было, я расстроился.

— Здесь я, — послышался звонкий голосок. — Огород твой проверяла, — в руках девушка держала пучок зелени.

Я вспомнил про чай из травы, который она просила, и метнулся в сени, Маша зашла следом.

— Душицу отломи, она у тебя вкусная, — меня это покоробило.

— Это бабушкин дом, — напомнил я. — И огород её, вот вернётся…

— Ох, Антон, — Маша вдруг погрустнела. — Её уже больше месяца нет, боюсь, уже не вернётся, боюсь, нет её уже.

Речь о близком человеке, которого уже никогда не увидишь, навела жуткую тоску. Маша, сдерживаться не стала, по её щекам уже текли слёзы.