Холодный ветер трепал мой плащ и забрасывал пыль в дальний свет работающей на холостом ходу кабины, когда я приближался к трейлеру двойной ширины. Таксист нервничал из-за того, что ехал сюда в такой поздний час, без сомнения, из-за его удаленности? и из-за того, что в этих краях происходило ночью. Сумерки быстро сгущались над пустынным каньоном, и восходящая луна была отчетливо видна.

— Лучше бы он был дома — пробормотал я.

Фонарь на крыльце трейлера был разбит, но в дальнем конце, за вешалкой с джинсами, за мини-занавесками на окнах горел свет. Я поставил чемодан на землю и постучал в дверь тростью. Когда никто не ответил, я постучал еще раз, громче. Хорошо, что я попросил таксиста подождать.

Из трейлера донесся лай. За лаем последовали шаги к двери.

— Успокойся, девочка — услышал я голос Джеймса.

Я помахал таксисту. Он нажал на клаксон и развернулся, задние фары исчезли на грунтовой дороге в небольшом облачке пыли.

— Проф, ты сделал это!

Я обернулся и увидел Джеймса в дверном проеме, на груди у него болтался серебряный крест, на гладком лице цвета красного дерева сияла улыбка в виде полумесяца. На нем были те же кожаная жилетка и ковбойская шляпа, в которых я видел его в последний раз несколько месяцев назад, когда мы вместе работали в Нью-Йорке. Для молодого волшебника он выглядел вполне здоровым, надо отдать ему должное. Но при этом он был неопытным. И самоуверенным. Без сомнения, именно поэтому наш магический Орден послал меня помочь ему в том, что они назвали сложным делом.

Эверсон Крофт, волшебная няня, с иронией подумал я.

— Я уже начал думать, что ты решил остаться дома — пошутил Джеймс.

Я выдавил из себя смешок, представив себя в своей мансарде на Манхэттене, с поднятыми ногами, дымящейся кружкой колумбийского кофе в руке и раскрытым томиком продвинутых заклинаний на коленях. Вместо этого меня подменял другой маг, и я вляпался Бог знает во что.

— Нет, нет, мой самолет задержали в... Господи! — Я закричал, когда черно-белая голова питбуля метнулась вперед.

— О, не беспокойся об Энни — сказал он, хватая её за ошейник с заклепками в тот самый момент, когда её зубы щелкнули в дюйме от моей промежности — Она уже большой ребенок. Иди в свою постель — приказал он.

Энни сердито посмотрела на меня, из её горла вырвался рык, и она скрылась в доме. Я убедился, что она не вернется, прежде чем наклонить таз вперед и принять рукопожатие Джеймса.

Он притянул меня в объятия.

— Рад тебя видеть, брат.

— Да, я тоже — выдавил я из его объятий. Хотя мы были примерно одного роста, Джеймс был на добрых двадцать фунтов мускулистее меня. Он дважды похлопал меня по спине и отпустил.

— Вот, дай-ка я возьму это — сказал он, потянувшись к моему чемодану.

Я уставился на его другую руку.

— Ты пьешь пиво?

Джеймс перевел взгляд с меня на зеленую бутылку.

— Да, хочешь?

Я поджал губы.

— Ты же понимаешь, что я здесь по просьбе Ордена, верно?

— Да?

— И ты планировал начать сегодня, как только я приеду?

Он пожал плечами.

— Ты опоздал на два часа, чувак.

Моя шея напряглась, но я сумел совладать со своим голосом. Если я сейчас сорвусь, неделя будет долгой.

— Да, потому что мой самолет задержали. Кое-что, над чем я был не властен. Я позвонил тебе из аэропорта, когда приземлился, но ты не ответил, а твоя голосовая почта была переполнена.

Он в замешательстве скривил лицо, а затем расхохотался.

— О, да, я играл на гитаре. Включил усилители на восемь. Должно быть, не услышал звонка.

— Джеймс, тот факт, что Орден попросил меня приехать, должен был бы сказать тебе, что это серьезное дело. Я просил тебя быть готовым. Я попросил тебя изложить все, что у тебя есть, чтобы мы могли начать планировать. Но из-за того, что я опоздал, ты решил, что ли, пропустить пару кружек пива и устроить джем-сейшн?

— Мой спутник отключился — сказал он — Нечего транслировать.

— Я думаю, ты упускаешь суть. Если…

— Эй, придержите эту мысль, профессор — прервал его Джеймс, протягивая мне руку.

Ладно, с этим покончено. Спокойного, понимающего Эверсона больше не было. Но Джеймс, прищурившись, смотрел куда-то мимо меня, и в его голубых радужках отражались блики света. Сквозь завывания ветра послышался рокот двигателей. Я повернулся и увидел небольшую колонну пикапов, мчавшихся по грунтовой дороге. Над их дальним светом сияли прожекторы. Что-то подсказывало мне, что это был не визит вежливости.

— Вот дерьмо — сказал Джеймс.

— Не хочешь ввести меня в курс дела?

— Возможно, я нажил себе пару врагов в сфере жульничества.

— Жульничества? — Недоверчиво переспросил я — Здесь?

— Дальше лучше, профессор.

— Не могу дождаться, чтобы услышать, как это.

— Они вроде как оборотни.

Я перевела взгляд с приближающихся грузовиков на Джеймса, ожидая продолжения. Он пожал плечами и сделал еще глоток пива.

— Я, черт возьми, не могу в это поверить — пробормотал я.

Джеймс отбросил бутылку в сторону и сунул руки за отвороты жилета, расстегивая на бедрах по кольту "Миротворец". Свет прожекторов осветил его лицо, когда три грузовика резко затормозили перед трейлером.

Он толкнул меня в плечо.

— Я уже говорил, что рад тебя видеть?

На несколько мгновений черные грузовики замерли, выстроившись буквой V. Я поднял руку, чтобы прикрыть глаза от света прожекторов, и почувствовал, как во рту нарастает неприятный привкус адреналина. Энни зашлась в приступе лая. Я уже собирался предложить, чтобы с ней нам было безопаснее внутри, за защитными чарами трейлера, когда двери грузовика открылись.

Девять человек, вышедших из машины, были коренастыми, с лицами и руками, словно нарисованными черными чернилами. Восемь из них встали широким полукругом, держа в руках автоматы, в то время как худощавый мужчина шагнул вперед, засунув большие пальцы рук в шлевки своих черных джинсов. Грузовики осветили его тонкие волосы, собранные в конский хвост, когда он посмотрел на нас.

— Сеньор Вессон — позвал он, блеснув золотом на зубах. Заметив клыки, я крепче сжала трость.

— Привет. Сантана — сказал Джеймс — В чем дело?

— О, я думаю, вы знаете, в чем дело.

— Боюсь, что нет. Тебе придется объяснить это по буквам.

Сантана усмехнулся так, что стало ясно: он знает, что Джеймс всего лишь пытается выиграть время. Толстые шрамы искривили его улыбку, делая её еще более опасной. Несмотря на то, что он был меньше остальных и безоружен, Сантана явно был вожаком стаи. Альфа.

— Пару недель назад вы посетили одно из наших заведений — сказал он — сыграли несколько партий в бильярд. Насколько я понимаю, все прошло хорошо.

— У меня все получилось — уклонился от ответа Джеймс.

— О, я бы сказал, что вы справились лучше, чем просто хорошо. Ты выиграл почти пять тысяч, верно?

Я оглянулся на Джеймса.

— Эй, это была тяжелая неделя — прошептал он.

— Да, и именно в это время тебе следует учиться и тренироваться — прошептал я в ответ — А не шляться по барам с бассейном.

— Профессор, мне нужно, чтобы вы не осуждали меня прямо сейчас.

Сантана резко присвистнул.

— Я задал тебе вопрос, хидзо.

— Да, плюс-минус пять штук — согласился Джеймс.

Я заметил, что остальные оборотни рассредоточились так, что теперь были прикрыты спереди и по бокам трейлера. Двое исчезли из виду, без сомнения, отправились прикрывать заднюю дверь. Глядя на оружие волков, я призвал силу в свою ментальную призму и подготовил заклинание щита.

Сантана покачал головой, подходя ближе. Ворот его белой рубашки был расстегнут, а слова "Los Lobos[1]" были нанесены по трафарету в верхней части груди таким образом, что казалось, будто с них капает кровь. Так что мы имели дело не только с оборотнями, но и с одной из самых смертоносных банд Латинской Америки.