— Тебе кажется, парень, они не шевелятся, — уверенно сказал Чертков. — Это иллюзия. Просто мы слишком пристально смотрим на них и возникает такой эффект.

— Нет, — покачал я головой. — Поначалу я тоже так думал, но сейчас… Вон смотрите, они же ползают друг по другу.

— Да ну? — удивленно воскликнул Александр Григорьевич и постучал по гобелену посохом. — Похоже кто-то из нас явно переутомился сегодня. Хватит на сегодня, Темников, пора отправляться обратно. Думаю, это просто тайное убежище семейства Гофманов, где они прятались от врагов. Уверен, что в следующий раз пауки на гобелене покажутся тебе чуть более спокойными. У тебя слишком разыгралась фантазия.

— Возможно… — сказал я, задумчиво рассматривая гобелен.

— Лучше бы ты подумал, кто здесь может быть еще, кроме той огромной жабы, — посоветовал мне Чертков, нервно осматриваясь по сторонам.

— Почему вы думаете, что здесь еще кто-то должен быть? — не понял я.

— Ты сам слышал, как Гофман сказал: «не трогайте их», — напомнил он мне. — Значит здесь должна быть не только лягушка. Вот только что-то я никого не вижу.

Я тоже никого не видел и, честно говоря, мое внимание в данный момент было сосредоточено на гобелене. Что-то с ним было явно не так, и я намеревался разгадать эту загадку прямо сейчас.

Пока я стоял и рассматривал гобелен, Чертков не терял времени понапрасну и занялся осмотром комнаты, в которой мы с ним были в данный момент, а заодно и предыдущего зала. Лишь после того, как он все исходил и никого не нашел, он вновь вернулся ко мне.

— Думаю Карл-Людвиг имел в виду лягушек, — сказал наставник. — Скорее всего их здесь живет несколько.

— Угу, — кивнул я. — Александр Григорьевич, вы случайно не помните, рисунок на всех гобеленах одинаковый или они просто очень похожи?

— Ладно, черт с тобой, Темников, — устало выдохнул старик и улыбнулся. — Давай займемся твоими гобеленами, если тебе так неймется. По правде говоря, я тоже нахожу странным, что они повсюду развесили эти ковры с пауками. И да, ты прав, мне кажется, они не просто похожи, а именно что одинаковые. Скорее во всем этом есть какой-то смысл, только пока я не могу понять какой.

Вот это совсем другое дело! Когда разгадываешь какую-нибудь загадку, две головы — это явно лучше, чем одна.

— Три, — сказал Дориан и мне послышалась обида в его голосе. — У нас три головы, Макс. Если одну из них ты не видишь перед собой, это не значит, что ее нет.

— Извини, Мор, я уже как-то привык считать нашу пару голов за одну общую, — ответил я.

— Кстати, почему ты решил взяться за эти гобелены именно сейчас, в гроте? — отвлек меня от разговора с Дорианом Чертков.

— Что-то изменилось, Александр Григорьевич, — ответил я. — Хоть вы и считаете, что пауки на гобелене не движутся, на самом деле это не так, и сегодня они намного активнее.

— Хорошо, допустим я с тобой соглашусь, — устало согласился со мной наставник. — Если долго смотреть на пауков, действительно может возникнуть такое ощущение. Но это лишь ощущение, Темников.

— До этого дня мне тоже так казалось, но сегодня… — я протянул руку к гобелену и в этот момент десятки паучьих лапок потянулись мне навстречу. — Сегодня я в этом абсолютно уверен. Я прямо сейчас вижу, как к моей руке тянутся пауки.

— Серьезно? — удивленно спросил старик и уставился на гобелен, как будто увидел его впервые.

— Абсолютно, — усмехнулся я. — Только я пока не знаю, почему так происходит.

Мы помолчали немного, а затем старик вдруг стукнул Модестом по каменному полу и воскликнул:

— Слушай, Темников, а может быть, это как-то связано со словами Карла-Людвига? — спросил он и в его глазах появился огонек. — Помнишь, он сказал, что «Берестянка» признала тебя как нового хозяина? Именно поэтому тебя не должны будут тронуть местные обитатели, которых он имел в виду. Будем считать, что с существами мы разобрались и, я надеюсь, это правда жабы. Но вдруг и гобелен с этим как-то связан? Если ты говоришь, что пауки на нем сейчас активно ползают… Я же не думаю, что ты вдруг спятил? Было бы неприятно об этом узнать вот так, за между прочим.

— Возможно, — согласился я, не спуская глаз с гобелена. — Честно говоря, эта мысль мне не приходила в голову. Я думал о другом.

— Поделишься с наставником или будешь просто смотреть на него? — спросил старик. — Ты что-то и правда выглядишь каким-то уставшим. Обычно ты более разговорчив.

— Просто я думаю… — сказал я. — Может быть, дело не в том, что «Берестянка» меня признала? Вдруг именно в гроте находится тот самый гобелен, который является главным среди прочих?

— Ты имеешь в виду, что он вроде ключа ко всем остальным? — уточнил Чертков.

— Почему бы и нет? Мне кажется, моя версия ничем не хуже вашей.

— Наша версия, мой мальчик, — между делом вставил Дориан.

— Хм… — задумчиво нахмурился наставник. — Почему бы и нет? Такое тоже может быть.

В этот момент я дотронулся до гобелена, в надежде, что из этого что-то выйдет. Однако, к моему большому разочарованию, ничего интересного не произошло.

— Если ты надеешься получить от него какой-то ответ, то я думаю, это лучше делать не в некрослое, а в нашем мире, — сказал Александр Григорьевич, догадавшись о моих намерениях.

У меня тут же в голове появилась мысль о том, что можно было бы вернуться ко входу в некрослой, выйти в наш мир, а потом я бы мог снова добраться до этого места. Для этого мне не нужны были никакие Эликсиры Подводного Дыхания. Благодаря дару Инкуберона я мог обходиться своими силами.

Вот только в этом плане был один существенный недостаток. Вряд ли наставник согласится отпустить меня одного, даже если я ему совру и скажу, что собираюсь воспользоваться эликсиром. Что стоит выпить какой-нибудь другой?

— Вы активируете Слово-Врата, чтобы открыть здесь портал? — удивленно спросил я. — Но тогда закроется первый портал и вам нужно будет открывать третий… Я думаю, что…

— Сложная схема, — перебил меня старик. — Силенок мне на это, конечно, хватит, но слишком рискованно. Слово-Врата активируешь ты. Если будет два портала, которые открыты разными магами-некротиками, то какое-то время они могут существовать независимо друг от друга. Правда, со временем первый все равно исчезнет, но я уверен, что нам хватит этого времени. Только тебе придется выпить твой чудоэликсир, который ты наловчился варить вместо моих таблеток. Либо, как вариант, мы можем вернуться сюда в следующий раз.

— Нет, — решительно ответил я и покачал я головой. — Следующий раз еще неизвестно когда будет. Когда я планирую заранее, у меня вечно все идет наперекосяк. Уж лучше пусть поболит голова после эликсира. Тем более, все равно сегодня суббота. Завтра можно дрыхнуть хоть до обеда.

— Тогда начинай, — кивнул Чертков и нахмурился. — Надеюсь, это не просто так.

Честно говоря, я тоже на это надеялся. Движущиеся по гобелену пауки лишь сильнее укрепляли меня в этой мысли. Вариантов я видел два. Первый — все это было как-то связано с тем, что поместье признало меня своим хозяином. Второй — гобелен в гроте действительно был ключом ко всей загадке. Я был уверен, что какой-то из них должен был сработать.

Именно об этом я размышлял, когда пил эликсир и активировал Слово-Врата. Если Чертков разрешил мне это сделать, значит он был уверен, что я не свалюсь в обморок после применения этого некросимвола. Все-таки он отнимал очень много сил. Однако я все равно немного волновался.

За все время я использовал его лишь однажды, когда драпал от некрозмея в подземной оранжерее, и это был довольно-таки печальный опыт. После его применения я очнулся в медицинском блоке. Что будет сейчас?

На этот раз все прошло относительно гладко. Сознание я не потерял, хотя какое-то время перед глазами бегали разноцветные огоньки и мне пришлось хорошенько проморгаться, чтобы избавиться от них.

— Фу! Ну и вонища! — выругался наставник, который вышел из портала сразу за мной и активировал Светящийся Огонек. — Здесь от одного запаха можно сознание потерять, а не от некросимвола!