'Когда-то давно, когда еще Таурус тут не был возведен, а Ола и в помине не существовало ни нового, ни старого, буквально на границе степей и Алатовских земель, как они в старину назывались, стоял древний город. Настолько древний, что ни название, ни упоминание, ни его точное местоположение неизвестны. Только одно люд современный знает — то был город неживых. И мертвые там покоя не находили, да и живые существовать не могли.

И был в том городе Царь, имя его было вычеркнуто, судьба переписана, а сам он предан пламени столь мощному, что ни один неживой и живой бы не смог в нем выжить. Говорят, что несколько магов свои души отдали, чтобы сжечь то исчадье зла. Несколько магов… и целое войско.

А следом все жители города стали обращаться в прах, пропадали без следа, а ветер уносил их далеко-далеко. И словно сама память о них у тогда живущих стала выдуваться вместе с тем ветром магическим, только хладная пустота была на месте. Но был один старец, который безумцем слыл, и помнил всё он, записал всё он, спрятал книги он, но дал указания, где найти их потомкам своим, коих было всего двое: девица слабоумная да паренек худотелый. И не было веры у него в них, лишь надежда, которая словно из ниоткуда появлялась.

Прошли века, казалось, все уж забыли ту историю, да старика с его детьми тоже помнить никто не помнил. Но были потомки их, кто речи безумия нес в себе и памяти своей. Бредили они, ночами спать не могли, только понимали, что что-то найти надо. Ибо слабоумная жизнь свою отдала, лишь бы брата в прошлом силой наделить, а брат, получив силу ту, направил ее на память крови, которая в потомках его будущих должна была проявиться.

Прошло еще три дюжины лет и одна черная година, Старый Ол уже стоял, а нового пока не было. В планах старейшины-архимага он только был. Не знал тот маг о своем даре, но сила в крови его была огромная. И в один из дней своих последних видел он сон, страшный, словно живой. И накрыла именно в ту ночь Ол Старый пурга, коих тут не было никогда. За сутки вымерла вся скотина, вынудив жителей уйти, оставив старика одного со всеми его пожитками.

Но старик не сдался, из последних сил связался с тем, кому верил больше всех. Передал ему знания, о которых сам не ведал. И открылась люду обычному страшная истина. Зло вернулось, пробудилось, но впало снова в сон. И когда-нибудь город Тех-Кто-Забыт из пепла и пыли соберется вновь, а Зло, которое его создало, возродится!'

— Так было записано пророчество первого старейшины Ола, — закончил свой пересказ Шилек. — Мог в паре слов ошибиться, но именно такие слова и звучали там.

— Как-то всё очень расплывчато и не особо на пророчество походит, а больше на историю, — пожал я плечами. — А пророчество только в последних словах.

— Иногда в этом и суть, — перевел на меня взгляд мужик. — Но холод могильный… такого никогда в наших краях на моей памяти не было. Так что, парень… — присмотрелся он вновь ко мне. — Поброди, коли сам вляпался во всё это. Но не вздумай кому-либо что-то говорить, пока опасность точно не подтвердится, понял⁈

— Понял я, понял, — кивнул для пущего вида, чтобы еще больше подтвердить свои слова. — Но начну всё же с дома Линды. Так хоть, может, пойму, куда она могла пойти.

— Тоже дело… иди за мной.

Мужик с кряхтением поднялся, потер правый бок, что-то прорычал себе под нос, после чего, чуть хромая, пошел вглубь поселения. И я в очередной раз убеждаюсь в том, что оно где-то с треть Тауруса минимум. Да, тут населения меньше, но, Мгла, тут участки у людей просто огромны! Я читал, что у людей в прошлом тоже были дачи, сады, загородные домики и всякое такое… и, Туман, даже завидно на самом деле! Сколько земель! Сколько могли люди выращивать! А сейчас…

— Паста, — с отвращением проговорил Индри. — Я аж через тебя эту отвратную субстанцию вижу и чувствую… ну почти. И как вы только это жрете?

— Как-то, — мысленно ответил я ему, а вот вздохнул физически и шумно, так что даже старейшина вынужденно покосился на меня с немым вопросом в глазах. Пришлось вслух ему отвечать: — Всё хорошо.

— Как-то, — выплюнул огонек. — Нет, я понимаю, что у вас мест ни фига нет, а производство пасты, судя по тому, что вижу в твоих же мозгах, держат в строгости, а рецепты — в секрете…

— Я даже этого не знаю… — чуть отрешенно «проговорил» я.

— Знаешь ты это, пха! — посмеялся Индри. — Просто ты мог забыть. А вот чип в твоей башке имеет доступ к твоей долгой памяти, которую мозгу самостоятельно нужно вытягивать определенными нейромаркерами… — завис он, чувствуя мой настрой. — Проще надо, да?

— Не, я плюс-минус понял, — удовлетворенно ответил я. — Но сам я почему-то не могу с помощью чипа вытаскивать эти знания…

— Так… — задумался огонек, положив ногу на ногу. — Подумаю, вернусь.

И снова ощущение, будто Индри куда-то пропал. Даже как-то неуютно было ощущать это в Реатуме. Как-то привык, что он фоном чувствовался. Правда, обычно как-то незаметно он вновь проявлялся и не давал о себе знать. К слову, надо отдать ему всё же должное: просто так он не отвлекает, а висит себе на уме в своей Пустоте.

У Линды домик был ухоженный, но уже сразу я видел следы, что тут что-то не так. Ну как «что-то»: дверь нараспашку, внутри, в коридоре, мебель повалена. А еще растения во дворе были подморожены. И тут возникал весьма интересный вопрос… а почему она была одна? Если я правильно понял контекст из общения с ней, то у нее кто-то да был… или нет?

— А у нее никого не было? Ни супруга, ни молодого человека, ни членов семьи каких-то? — покосился я на Шилека, призывая на всякий случай меч.

Вот бы этого Холодного Холод побрал, с первого раза не призвался!

— Слышь!

— Я же думал!

— А если бы на меня напали⁈

— Ну ой, — развел он ручонки в стороны.

— СЛЫШЬ⁈

И снова умолк. Но сейчас мне тоже было не до споров и возмущений. Потому что тут… тут было практически так же холодно, как в поместье Старого Ола. Терпимо, но немного неприятно. Мурашки по коже побежали от неожиданного похолодания.

— Есть, — внезапно «очнулся» Шилек.

Я уж подумал, он моего вопроса не услышал.

— И кто? — повернулся я к нему боком, чтобы в случае чего мог отразить нападение со стороны дома, если там кто-то есть.

Считайте меня параноиком, но лучше я буду готов к драке. Всегда спасало, даже в школе. Лучше ждать подвоха и быть довольным, что этого подвоха не было, чем сдохнуть. А подыхать я не хочу. Голова потом в реальности болеть начинает…

— Под руководством Литрека есть такой бойкий парень, Хортамом кличут, — почесал щетину старейшина. — Я уже отправил ему, что его возлюбленная пропала, но обратной весточки не получал. Если захочешь, можешь потом сам прогуляться, если провиант решишь им нести.

— Так Зло же… — провел я рукой.

— Если тебе будет по пути, — пояснил тут же Шилек.

Я улыбнулся, кивнул ему. Кажется, он что-то знал, чего не знал я. Логично, не правда ли? Но пока в планах идти к тем местам у меня не было. К постам охраны на границе со степью. Но вот понять, какого Тумана тут произошло, — надо. Холод тут… неприятный, вот очень неприятный. И нужно спросить спеца по Холоду, может, он что мне подскажет.

— Давай, умник, — мысленно обратился я к нему.

— А чего это сразу умник-то⁈ — скрестил он ручонки перед собой.

— Давай без этого, а, — вздохнул, будучи уже в здании. — Ты явно можешь понять что-то больше, чем я. И да, признаю, в отношении Реатума ты куда умнее, чем я. И соображаешь быстрее. Ибо ты машина.

— Умная и чувствительная машина! — поднял он пальчик вверх. — Но вообще не прикольно себя таким осознавать. Так что давай лишний раз об этом не вспоминать.

Дальше мы шли молча… мы… я шел молча, но болтать перестали оба. Я внимательно осматривал всё, что видел. Кроме погрома, никаких других следов не наблюдал. Где-то завален шкаф, что пришлось его руками ставить на место. Тяжелый… девушка бы точно его не смогла опрокинуть. Где-то приходилось с плеча выносить дверь, потому что по ту сторону ее закрыли. Причем таких дверей было несколько! Спрашивается, а как вообще это произошло, да? Но ответа, увы, я так и не получу.